— Не нужно становиться эгоистом, Давид. Он помогал тебе всегда. Выполни мою просьбу и позови его, — произнесла она, не зная, как именно выразить потребность в любви, которая стала всё более призрачной.
Уголки губ Давида дернулись, и он отвернулся, словно решая, стоит ли открывать душу в этот миг раздора, или лучше оставить всё как есть.
— Скажи почему я должен позвать Макса? — произнес он, как будто это был вопрос жизни и смерти.
— Я хочу, чтобы ты наладил с ним общение! — тихо сказала она, и оба они поняли, что эта фраза потребует времени, чтобы осознать её истинный смысл.
— А может дело в другом, дорогая супруга. Он случайно не нравится тебе? Ответь!
Глава 10
Ева взбесилась после его слов. Действительно нарцисс. Ему неважно как себя чувствуют другие. Поэтому с гордостью заявила.
— У тебя крыша поехала от ревности?
— Да, я ревную. Меня бесит, как ты говоришь о нем. Видимо, реально скучаешь!
— Всё, Давид. Я спать. Выкинь эти мысли из головы! — нагрубила ему.
Приближались выходные. За три дня до торжества. На даче раздавался треск жарящегося мяса, и звучал смех. Погода была прекрасной — солнце светило над головой, а лёгкий ветерок придавал всему этому особый шарм. Но, несмотря на идиллию, в воздухе витало что-то напряжённое.
— Как же мне нравится этот запах! — смеясь, сказала Ева, протягивая руку к дымку, который поднимался над мангалом.
— Да, вкусный шашлык получится, — ответил Давид, но его взгляд метнулся в сторону, заметив, как она в очередной раз искоса посмотрела на Макса, который кому-то звонил.
— Макс, ты не хочешь помочь мне? Я так устала — Ева обвила руками его плечи, смех в голосе смягчал нарастающее напряжение.
— Я уже помог достаточно. Наверное, ослепла и не видела! — буркнул он, отвернувшись.
— Ворчун какой! Но именно твоя помощь мне и нужна — ты ведь так хорошо жаришь шашлык. А у меня он постоянно подгорает! — продолжала она, флиртуя. В тот момент, её супруг отлучился в гараж, проверить карбюратор.
Макс приподнял одну бровь, его глаза метнули искры недовольства.
— Ева, не думай, что я не вижу, что ты делаешь, — произнёс он, поджав губы.
— Что я делаю? — она сделала удивленное лицо, но в глазах её сверкает игривый огонёк. — Я просто предлагаю тебе поучаствовать в укрощении огня.
— В укрощении огня? Или, может быть, ты просто хочешь, чтобы я снова взглянул на тебя с восхищением? Или хотел, скажем трахнуть? — его голос стал холодным, резким.
— Какие извращённые фантазии, — отозвалась Ева, её улыбка исчезла, уступив место сомнению. — Ты просто не понимаешь, что я делаю.
— И что же это «что-то»? — его голос стал почти хриплым от возмущения. — Может быть, ты просто играешь со мной? Но только я не похож на сопливого придурка.
— Почему так груб ко мне? — закричала она, горечь нарастала в её голосе.
— Сильно раздражают распутные женщины. Вроде не дебил. Реально со мной кокетничаешь! — его глаза сверкают гневом. — Ты сомневаешься в своей жизни с Давидом, да?
Ева, глядя ему в глаза, не выдержала напряжения.
— Да, я сомневаюсь! — крикнула она. — Я не могу больше притворяться, Макс! Я увязла в этой рутине, и каждый миг рядом с тобой разжигает во мне что-то, что я старалась подавить.
Под гул мангала и треск углей их миры пересеклись в одной точке. Макс избежал взгляда, его лицо вдруг стало пустым.
— Ты просто играешь с огнём, Ева. У вас дети и хорошая семейная жизнь. Наверное, просто не выспалась. Или как там у вас у женщин, критические дни! — произнес он, чувствуя, как злость уходит, оставляя лишь раненую душу.
— Какой ты холодный, Макс! Я не хочу опять возвращаться к этой скучной жизни! Вместо этого я хочу... — она остановилась, собирая свои мысли, и наконец произнесла вслух: — Я хочу тебя.
Макс закрыл глаза, будто пытаясь заглушить её слова, но она продолжала:
— Каждый раз, когда ты смеёшься, твоё лицо заполняет мои мысли. Я мечтаю о том, каково это — быть с тобой, а не с Давидом, но я застряла!
Он шагнул от неё, отводя взгляд в сторону леса.
— Не подходи ко мне! С алкоголем завязывай. В ваших семейных ссорах не участвую! — произнёс он, гнев сменился отчаянием.
Макс ушёл, а она почувствовала, как пустота заползает в её сердце. Ева, не раздумывая, побежала за ним, стараясь догнать.
— Макс! — крикнула она, изнеможенная от потока эмоций. — Пожалуйста, остановись!
Он остановился у границы леса, его плечи дрожали от напряжения.
— Что тебе нужно, Ева? — голос его стал тихим, почти безжизненным.