— Дарья... — в трубке раздался истерический, прерывающийся голос Светланы. — Полиция... Они позвонили матери Ирины… Просили приехать в морг на опознание... — Светлана тяжело дышала, явно сдерживая слёзы. — Я не знаю, что делать... Они просят, чтобы кто-то приехал с ней... Дарья, я знаю, что это ужасно, но не могла бы ты поехать с нами? Пожалуйста...
Дарья замерла, в груди сжалось от неприятного предчувствия.
***
Дарья всё-таки решила поехать, хотя сама не могла понять, зачем. Ирина ей не подруга, даже не просто знакомая — это человек, который пытался разрушить её жизнь, затянуть её мужа в свои маниакальные сети. Но, несмотря на это, что-то внутри не давало ей остаться в стороне. Может быть, это было любопытство, стремление наконец разузнать всё до конца. А может, чувство ответственности за то, что эта история всё же коснулась её семьи. Она пыталась убедить себя, что в крайнем случае сможет собрать все факты и сделать из этого журналистский материал. Эксклюзив. Но и эта мысль не приносила облегчения. Чувство тревоги и неизвестности росло с каждой минутой.
Такси подъехало к месту, и Дарья заметила у дверей морга две фигуры — Светлану и мать Ирины. Они стояли, казалось, в полном оцепенении, не решаясь зайти внутрь. Дарья вышла из машины и, пытаясь сохранить спокойствие, подошла к ним. С холодной тяжестью на душе она чувствовала, как с каждым шагом тревога усиливалась.
— Привет, — тихо сказала она, обращаясь к Светлане. — Как вы?
Светлана всхлипнула и кивнула. Мать Ирины плакала, её плечи вздрагивали от беспрестанных рыданий. Это была пожилая женщина, её лицо выдавало всю боль и беспомощность, которую она испытывала в этот момент. Она едва заметила приближение Дарьи, слишком погружённая в свои страхи.
— Спасибо, что приехала, — пробормотала Светлана, нервно теребя край пальто. — Я… я не знаю, как мы бы это пережили сами…
Дарья кивнула, не находя слов. Ей тоже было не по себе, слишком странным казалось её присутствие здесь, у этих дверей, в окружении людей, с которыми она не имела ничего общего, кроме общей драмы. Но она уже не могла уйти. И теперь, когда мать Ирины начала говорить, её голос, дрожащий от слёз, приковал к себе внимание Дарьи.
— Она пропала, — сказала женщина, вытирая глаза платком. — Моя Ира… Доченька… И внук… Никита… Никиточка… — она задохнулась от рыданий и сделала паузу, чтобы собраться с силами. — Они ушли из дома, и я ничего не знаю, ничего… Мне позвонили и сказали… сказали, что нашли женщину… и что описание совпадает…
Дарья нахмурилась. Она смотрела на страдающую мать и понимала, что, несмотря на то, что Ирина пыталась разрушить её брак, эта женщина не виновата. Она страдала так же, как страдала бы любая мать, потерявшая след своей дочери. Её горе было настоящим, и это никак не зависело от того, кем была Ирина.
— Мне страшно, — тихо продолжала мать Ирины, её глаза были широко открыты, как будто она ждала самого худшего. — Что если это она? Что если это моя девочка?
Дарья молчала. Ей нечего было сказать, никакие слова не могли бы сейчас утешить эту женщину. Она просто стояла рядом, чувствуя, как в воздухе повисла густая напряжённость.
— Они сказали, что женщина похожа по описанию, — повторяла мать Ирины, как будто пыталась убедить себя, что это ещё не факт. — Но может быть, это не она, правда? Может быть, это кто-то другой...
Дарья лишь кивнула, стараясь не смотреть в глаза женщине, в которых отражалась такая бездна боли. Это было слишком тяжело.
— Я не могу зайти туда, — всхлипывала мать Ирины. — Я не смогу… Как же мне увидеть её? Узнать?
— Мы с вами, — попыталась успокоить её Светлана, но даже её голос дрожал от напряжения. — Вы не одна.
Дарья посмотрела на двери морга, и от одной мысли, что за ними может находиться тело Ирины, её передёрнуло. Всего несколько дней назад эта женщина буквально была в шаге от разрушения её семьи, и вот теперь... Её судьба оказалась совсем иной.
Мать Ирины тяжело вздохнула и снова вытерла лицо платком.
— Пойдёмте, — наконец сказала она, хотя её голос всё ещё дрожал. Светлана поддержала её под руку, и они медленно пошли к дверям.
Дарья осталась стоять на месте, наблюдая за ними. Её ноги казались приросшими к земле, она не могла сделать ни шага, как будто что-то удерживало её здесь, на расстоянии от этой страшной сцены. Светлана оглянулась на Дарью, их взгляды встретились, и в её глазах Дарья увидела то же напряжение и страх. Но она не могла помочь. Здесь был предел того, что она могла сделать.