***
Дорога домой была кошмаром. Каждый темный переулок, каждый силуэт за спиной казался Человеком в Плаще. Лео метался по освещенным улицам, прижимаясь к стенам, его дыхание сбивалось. Видение смерти Дмитрия накладывалось на черно-фиолетовый кошмар Ольги, создавая какофонию ужаса. Мигрень била по черепу тяжелым молотом. Он принял двойную дозу таблеток, но они едва притупили боль.
Дома, в своей маленькой, аскетичной квартире, он запер все замки, задвинул засов. Включил все лампы. Тень Человека в Плаще, его молчаливый жест, преследовали. Лео вытащил осколок перламутра. Он лежал на ладони, холодный и безмятежный, воплощение зловещей красоты. Улика. Которая могла стоить ему жизни.
"Что делать?" Отнести в полицию? Сказать: «Нашел у тела Дмитрия. Это с шкатулки убитой неделю назад Ольги Воронцовой. Я считаю, убийца один»? Его мгновенно сочтут сумасшедшим или главным подозреваемым. Сомов уже навел на него подозрение. А Человек в Плаще… он мог быть кем угодно. И он видел Лео на месте преступления.
Лео спрятал осколок в маленькую металлическую коробочку из-под таблеток и засунул ее в глубь ящика с бельем. Потом сел за стол, достал блокнот и ручку. Старые привычки психолога: систематизировать данные. Выписать все, что знал. Найти связь.
"Жертва 1: Ольга Воронцова." Убита в своем доме. Официально – падение с лестницы. Лео знал – убийство. Мотив: наследство, контроль над фондами. Подозреваемые:
1. Дмитрий Воронцов: Ярость, долги, обделен в завещании. Но убил бы свою тетку? Теперь мертв.
2. Екатерина Белова: Страх, финансовая нестабильность. Но искренняя скорбь. Боится Сомова.
3. Глеб Сомов: Холодная выгода, власть. Абсолютная эмоциональная пустота. Удовлетворен смертью Дмитрия. Видел Лео на месте преступления – заинтересован/подозрителен.
4. Человек в Плаще: Наблюдал за Лео у особняка. Был в подсобке после смерти Дмитрия. Знает о даре Лео (предположительно). Направлял на него убийцу? Или сам убийца? Связан с Сомовым?
"Жертва 2: Дмитрий Воронцов." Убит (или инсценировано падение?) сразу после публичного обвинения Сомова. Улика: осколок перламутра от шкатулки Ольги. Намеренная подстава? Чтобы связать два убийства и указать на Дмитрия как на убийцу тетки, который затем либо покончил с собой от угрызений совести, либо был «наказан»? Но зачем тогда убивать Дмитрия "до" того, как полиция «найдет» улики против него?
Лео чувствовал, что упускает что-то важное. Шкатулка «Древо Предков». Почему она так важна? Екатерина сказала: «хранит память предков". Что это значит? Возможно, не просто безделушка? Завещание? Какие-то документы? Тайна, из-за которой убили Ольгу, а теперь пытаются замести следы, убив Дмитрия и подбросив улику?
Он вспомнил теплую, медово-янтарную грусть от книги в коробке. Обрывок: "...как же быстро летит время, Сереженька..." Кто Сереженька? Муж Ольги? Брат? Что с ним случилось?
Лео полез в интернет, игнорируя пульсирующую боль в висках. Поиск: «Сергей Воронцов». Нашел. Сергей Воронцов. Младший брат Ольги. Пропал без вести… 25 лет назад. Во время хаотичных событий, связанных с переделом собственности в 90-е. Тело не найдено. Дело давно закрыто. Ольга много лет искала брата, финансировала частные расследования, но безуспешно. Последняя надежда умерла вместе с ней.
"Сереженька." Грусть Ольги была о нем. О пропавшем брате. И шкатулка «Древо Предков»… могла ли она быть связана с ним? С его исчезновением? С какой-то тайной, которую Ольга хранила?
Теория обретала форму. Убийство Ольги – не только из-за денег. Из-за тайны. Которую она знала. И которая была связана с шкатулкой. Убийство Дмитрия – чтобы замкнуть круг, убрать неудобного скандалиста и подставить его, подбросив осколок. Но кто? Сомов, который контролирует все? Человек в Плаще, его исполнитель? Или кто-то еще, кто знает тайну Сергея Воронцова?
Лео вздрогнул от резкого стука в дверь. Громкого, настойчивого. Сердце ушло в пятки. "Они нашли меня." Он вскочил, прижался к стене рядом с дверью, не дыша. Взгляд метнулся к окну – второй этаж, прыжок смерти.
– Откройте! Полиция! – прозвучал из-за двери грубый мужской голос.
Не Человек в Плаще. Полиция. Хуже? Или лучше? Лео медленно, с дрожащими руками, открыл замки.
На пороге стояли двое. Один – коренастый, с лицом боксера на пенсии и усталыми глазами, в обычном темном пальто. Второй – моложе, стройный, с пронзительным взглядом и блокнотом в руке. Лео мгновенно почувствовал их ауры: от старшего – тяжелый, устало-серый цвет рутины и легкое раздражение; от младшего – острый, дотошный желтый интерес и холодная синева подозрения.