Тени стали агрессивнее. Они материализовались на мгновения – клубки костей, обтянутых синеватой кожей, пустые глазницы, полные ненасытной тоски. Они бросались на пси-барьеры, которые Анна пыталась настроить с помощью резонаторов из своего комплекта, и отбрасывались с визгом. Бойцы «Омеги» открывали огонь особыми патронами, начиненными измельченным артефактным серебром и резонансными пьезоэлементами. Твари рассыпались в черную пыль, но их становилось больше.
Лео шел впереди, его дар работал на пределе, как радар, предупреждая о сгустках враждебности, о точках, где пространство вот-вот разорвется, выпуская очередного «Голодного». Он чувствовал пульсацию Знака – круга, треугольника, точки – у себя во лбу. Она нарастала, синхронизируясь с гулом земли. Его обожженная ладонь горела огнем.
– Лео! – крикнула Екатерина. – Смотри!
Сквозь разрыв в багровой метели открылся вид. Гигантская скала, выточенная ветром и временем в форму огромной медвежьей головы. Ее пасть была черным провалом – входом в узкое, извилистое ущелье. Камень покрывал не красный снег, а иней цвета старой крови и синевы мертвого льда. От него веяло древностью и нечеловеческой мощью. Это был не просто камень. Это был Страж.
Камень-Хранитель. Калле-Йок.
Они подошли к его подножию. Ветер стих, как по команде. Наступила звенящая, давящая тишина. Даже «Голодные» отступили, затаившись на периферии видения. Воздух стал густым, тяжелым. Дышать было трудно. Датчики температуры зашкаливали за -60°C, но холод был иным. Он проникал сквозь костюм, сквозь кожу, в саму душу.
– Вот он… – Анна упала на колени в снег, не в силах устоять под напором энергии места. Она вытащила тетрадь бабушки, открыла на странице с рисунком Камня. – Хранитель… Мы пришли… Мы ищем Имя Того-Кто-Шьет-Из-Слез…
Ничего не произошло. Камень молчал. Но давление нарастало. Лео почувствовал, как его сознание сжимается. В ушах зазвенело. Перед глазами поплыли пятна. Он увидел обрывки:
* Ледяную пустыню под черным, беззвездным небом.
* Фигуру в серых одеждах (Архитектора?), склонившуюся над чем-то, похожим на карту из человеческой кожи, где горели точки – шрамы на реальности.
* Артема-Адамаса, прикованного цепями из теней к черному алтарю, с кинжалом, воткнутым ему в грудь; его глаза были пусты, но в них отражался знак – круг, треугольник, точка.
* Черную звезду шрама в Центре, из которой тянулись щупальца холода и безумия.
– Он… проверяет, – прошептал Лео, с трудом выпрямляясь. – Смотрит в нас. В наши страхи. Наши мотивы.
Дроздов подошел к самому краю черного провала-пасти.
– Капитан! Не надо! – крикнула Анна, но было поздно.
Дроздов шагнул вперед, чтобы осмотреть вход. В этот момент из черноты пасти вырвалось нечто. Не тень. Сгусток абсолютного холода и тишины. Он прошел сквозь капитана, как призрак.
Дроздов замер. Его стальная серая аура погасла. Он медленно повернулся. Его лицо, всегда бесстрастное, было искажено чистым, животным ужасом. Он смотрел не на них. Он смотрел сквозь них. На что-то, что видел только он.
– Нет… – прохрипел он. – Не я… Я не виноват! Маша… прости…
Он вскрикнул – коротко, по-звериному – и рухнул лицом в кровавый снег. Не двигался. Его датчики жизнеобеспечения замигали тревожным красным, а затем погасли. Мозговая активность – ноль.
Бойцы «Омеги» замерли в шоке. Их железная дисциплина дала трещину. Один из них рванулся к капитану.
– Стоять! – рявкнул Лео, включая дар на полную мощность. Он видел – сгусток не исчез. Он висел над телом Дроздова, как хищная птица, высасывая остатки тепла, страха, самой жизни. – Не подходи! Это не физическое! Это его… кошмар. То, что он больше всего боялся увидеть. Хранитель показал ему. И забрал за это.
– Цена Вопроса… – Анна поднялась, опираясь на Екатерину. Ее глаза были полны слез, замерзающих на ресницах. – Он не был готов. В его душе… было слишком много спрятанного ужаса. Хранитель взял плату.
Оставшийся старшим по званию сержант «Омеги», мужчина с лицом, изборожденным шрамами (Лео запомнил его позывной – «Гренада»), подошел к Лео. В его глазах горела ярость и… страх.
– Что это было, Петров?! Что убило капитана?!
– Его собственная тьма, сержант, – ответил Лео, не отводя взгляда от висящего над телом сгустка, который начинал рассеиваться, насытившись. – Камень показал ему самое страшное. И он не выдержал. Следующий шаг – только для тех, кто готов заплатить такую цену. Или… кто может пройти, не заплатив. – Он посмотрел на Анну. – Твоя бабушка знала путь. Ты должна попробовать.
Анна кивнула, стирая ледяные слезы. Она подошла к самому подножию Камня-Хранителя, к границе черного провала. Вытащила из-под костюма маленький кожаный мешочек – амулет бабушки, по словам Анны, содержавший щепотку священной земли с родового капища и волос шаманки. Она прижала его ко лбу, где у Лео пульсировал знак, и запела.