— Смотри, — Тея резко остановилась, указывая на дверь в дальнем углу, — кажется, там комната.
Комната, в которую они вошли, словно замерла в плену времени. Стены, когда-то белившиеся, теперь покрывала паутина трещин, словно сетка, прорезавшая их. На полу, среди пыли и листьев, валялись осколки стекла, выбитые из окон.
У дальней стены, покрытые пылью, возвышались три сундука, обитые кожей, которая местами облупилась, обнажив древние резные узоры. Рэнвальду они казались знакомыми, и он хотел бы посмотреть их поближе, но не мог доверять Тее из-за её лжи и поэтому решил бездействовать. Словно пауки, празднующие победу, окутали их паутиной, своими белыми пеленами.
Солнечный луч, пляшущий по углам, словно светлячок, заблудившийся в темноте, проникал в комнату из разбитого окна. Под этим лучом на покрытом трещинами комоде стояла старая кукла в платье из золотистого материала. Её лицо было изъедено временем, но в глазах, сделанных из стеклянных бусин, мерцало что-то похожее на улыбку.
— Посмотри на это, — Тея, не обращая внимания на пыль, подняла куклу, и та, захрустев, издала скрип. — Похоже, мы не одни.
Рэнвальд осторожно приблизился, переступая через осколки. Заметил, что на комоде под слоем пыли лежало несколько листов пергамента. Судя по почерку, это были записи — кто-то писал о звездах и… рунах. Точно таких же, что были выгравированы на кинжалах еретиков и… мече Рэнвальда.
— Как думаешь, кто здесь жил? — спросил он, но Тея уже нырнула в сундук и с грохотом захлопнула его.
— Не знаю, — отозвалась она, достав платье из зеленого атласа, — но точно не вампиры. Ты посмотри на этот цвет! — Встряхивая ткань, на пол посыпались лепестки засохших роз. — Хотя…
— Почему?
— Да потому что, — она стряхнула паутину с платья, и взгляд опустился на соседний приоткрытый сундук, в её глазах мелькнула озорная искорка.
С этими словами она бросила платье за спину на пол и, присев на корточки, стала рыться в нем, словно что-то искала.
Рэнвальд, глядя на куклу в золотистом платье, понял, что в этой комнате, как и в самой Тее, скрывались тайны, но в этом было её очарование.
Её пальцы скользнули по облезлым узорам на крышке, и вдруг она замерла, вытащив из-под слоя тряпок платье. Оно было старым, с выцветшим кружевом, но ткань всё ещё держалась, словно его хранили с любовью.
— Эй, стражник! — позвала она, поднимая платье, — ты не знаешь, где здесь можно найти нитки?
— Меня зовут Рэнвальд.
— Отлично! Давай нитки!
— А зачем? — он всё ещё не отрываясь смотрел на пергаменты, — ты же не собираешься…
— А ты посмотри! — она бросила платье на пол и, откинув крышку соседнего сундука, достала свёрток с атласными рюшами, — это идеально подойдёт для юбки!
— Ты шьёшь? — удивился он, — а я думал, знахарки только травы собирают.
— А ты думал, что я принцесса? — она фыркнула, но в её глазах мелькнула улыбка, — нет, я ещё и мастер на все руки. В отличие от тебя, носящего доспехи, мне нужна одежда, — раскрыв руки, показывая лохмотья, едва прикрывавшие тело, — это ты у нас рыцарь, их не снимаешь, даже свой шлем. А я просто горю желанием это сменить.
Она бросила рюши на комод, где стояла кукла, и та слегка кивнула, словно одобряя её выбор.
— Видишь, и она согласна! Посмотри сюда, — Тея развернула платье и показала Рэнвальду.
Ткань, которая когда-то была шёлком, теперь выцвела, став цвета старой бумаги, но сохранила свою ворсистую текстуру. Юбка, состоящая из трёх слоёв, была узкой вверху и расширялась к низу, словно цветок, раскрывающий лепестки — нижний слой, почти прозрачный, был усыпан тонкими кружевами, напоминавшими паутину, а верхний, плотный, облегал фигуру до талии.
Рукава доходили до локтя, но их края, словно обгоревшие, заканчивались рваными краями. На них, среди выцветших вышивок, можно было разглядеть контуры веток и листьев — узоры, напоминавшие руны, которые Рэнвальд видел на пергаментах.
— Рукава слишком длинные, они будут путаться, — подытожила она.
— Ты хочешь их обрезать?
— Ага, — она потянулась к эфесу меча, Рэнвальд отшатнулся, — а ты что, против?
— Ты что, шутишь? — он отступил.
— Ну тогда, — она махнула в сторону комода, — может, у них тут были ножницы?