Разбойники, осознавая серьёзность ситуации, набросились на Рэнвальда с разных сторон. Их атаки были хаотичными и поспешными, что играло на руку воину. Используя приёмы, о которых Рэнвальд и сам не подозревал, он парировал удары и наносил точные контратаки. Каждый его выпад был смертоносным, оставляя за собой тела поверженных врагов.
Пока разворачивалась битва, Варак и Гримм, осознав, что ситуация выходит из-под контроля, решили воспользоваться моментом и сбежать. За общей суматохой они скрылись в темноте, бросив своих товарищей на произвол судьбы. Их стремление выжить пересилило все остальные соображения.
— Вот же чёртовы крысы! — выругался Рэнвальд.
Тем временем Броктон, наблюдая за тем, как его люди падают один за другим, решил вмешаться лично. Он поднял свой массивный топор и с рёвом бросился на Рэнвальда. Сила и ярость старого разбойника делали его опасным соперником, но Рэнвальд не дрогнул. Встречный удар клинков прозвучал как раскат грома, заставив землю содрогнуться. Рэнвальд, превосходивший Броктона в технике и скорости реакции, сумел нанести решающий удар, пронзив сердце Броктона. Лидер разбойников рухнул на землю, оставив после себя лишь тишину.
Когда последние остатки сопротивления были подавлены, Рэнвальд осмотрелся. Выпрямившись во весь рост, подняв голову к небу и вдохнув горячий воздух, он увидел, что логово разгромлено, а тела разбросаны по всей территории. И прямо сейчас, переступая через отрубленную руку, он бросил взгляд на стены. Мёртвые, истерзанные тела непонятных животных были разбросаны по пещере, словно краски. Хоть она и была такой, но всё же имела отверстия в стене для проникновения лунного света. От того, что лучи падали, картина не становилась лучше.
Повсюду стояли клетки, в некоторых из которых всё ещё находились эти волшебные, разноцветные существа. Рэнвальд, перешагнув через груду оружия, направился к клеткам, и его взгляд остановился на одной из них.
В углу, в тусклом свете луны, сидела девушка.
Молодая, но в её ярко-голубых глазах уже горел огонь. Светлые волосы, словно россыпь белых с золотыми нитями, ниспадали на плечи, а овальное лицо с нежными чертами скрывало что-то таинственное. Она сидела, скрестив ноги, и, несмотря на плен, держалась прямо, словно королева, попавшая в ловушку.
Подойдя ближе, Рэнвальд окинул её взглядом и только сейчас заметил пятна крови, разбросанные по всему её некогда белоснежному одеянию, от которого остались лишь потрёпанные лоскутки.
— Что с тобой случилось? — осторожно приблизившись и присев рядом с дверцей, спросил он.
Девушка не дрогнула; её пристальный взгляд переместился на Рэнвальда и, казалось, выражал интерес.
— Неужели, — вдруг воскликнула она, — а я уже начала думать, что мне придётся развлекать себя разговорами с этим унылым тараканом, — она кивнула в сторону, — или, может, я попробую сбежать, пройдя сквозь стену? Видимо, вы, разбойники, не только безмозглые, но и без воображения.
Рэнвальд, насмешливо приподняв бровь, прислонился к решётке клетки.
— Ты весьма раздражительна для той, кто сидит в клетке.
— Раздражительная? — фыркнула она, скрещивая руки на груди и бросая на него взгляд, который, вероятно, должен был быть устрашающим. — Я просто берегу силы, чтобы потом разнести эту клетку вдребезги. А ты случайно не хочешь мне помочь? За спасение я могу дать тебе… — она театрально прикусила губу, — …половину своего завтрака. Если он еще не закончился, конечно.
Рэнвальд хмыкнул, кидая взгляд на её лохмотья.
— Ты что, ввязалась в драку с драконом? Или это следы твоих «развлечений» с тараканом?
— О, это? — она махнула рукой, словно речь шла о капле дождя, а не о больших кровавых пятнах на её платье, — просто я решила проверить, можно ли превратить твоих «безмозглых» охранников в коврик для йоги. Не получилось. Они оказались слишком… твердыми.
— Тогда я рад, что ты не пыталась использовать их в качестве подставки для ног, — слегка усмехнулся он, подумав про себя:
— «Что такое коврик для йоги?».
По девушке было видно, как сильно она устала; ей было холодно, и она дрожала от озноба, из-за чего у неё дрожали руки. Но стойкость её характера не могла не воодушевлять.
— Ты вообще разбойник? — девушка вдруг наклонилась вперёд, прищурившись. — Ты на него не похож, да и представление такое устроил. Взмах туда, взмах сюда, — раскидывая руки то в одну, то в другую сторону.