Благо теперь у неё была весомая причина, чтобы не выходить из комнаты и не спускаться на совместные приёмы пищи. Пускай у неё не было прямых доказательств причастности Рэндалла, да и никогда не будет, Астрид не сомневалась в том, что он замешан в покушении. Король-параноик позволил каким-то чудесным образом проникнуть наемнику в замок? Просто смешно. Кому как не Рэндаллу было выгодно её молчание и послушание?
Эльтарион и Миранда пропадали где-то в подземельях. Астрид не сомневалась в том, что им опять удастся что-то придумать. Они были, без преуменьшения, гениальны. Удивительно, что Рэндалл не видел в них этого потенциала. Он больше ценил жестокость и грубую силу, чем изощрённый ум и хитрость. Иронично, что именно его недооценённые дети должны были стать погибелью для всего Элдергарда.
Себастьян тоже не приходил, хотя Астрид многое хотелось ему сказать. Его корзинка с фруктами так и осталась нетронутой в знак протеста. Никакими дарами невозможно было искупить жизни сотни невинных магов. Она вспоминала о том, с каким теплом Себастьян отзывался об Эринбурге, и ей становилось мерзко. Он не раз бывал на её Родине, но вовсе не за тем, чтобы любоваться их храмами и изучать их культуру.
Астрид знала, что Себастьян прятал в своём шкафу немало скелетов, но правда, как всегда, оказалась ещё более жестокой и отвратительной. Как и всё в Элдергарде…
– Госпожа, – тихо позвала Мари, застав Астрид за туалетным столиком, пока она укладывала свою новую причёску.
Матильда пришла в ужас, когда увидела, что она сотворила со своими волосами. Но в этот раз обошлось без скандалов. Кажется, даже она наконец приняла тот факт, что Астрид окончательно выросла.
– Да, Мари? – улыбнулась Астрид, поймав её взгляд в зеркале.
Голос по-прежнему был хриплым, но благодаря великолепным отварам Мари из золотолистника и корня древнедуба звучал уже не так страшно, как вчера.
– Лорд верховный канцлер спрашивает позволения войти.
Улыбка тут же соскользнула с её губ.
– Пусть заходит, – холодно кивнула Астрид, продолжив невозмутимо расчёсывать волосы.
В отражении зеркала она увидела, как он прошёл в комнату и замер на пороге, удивлённо распахнув глаза.
– Твои волосы… – растерянно выдохнул Себастьян, заставив Астрид раздражённо вздёрнуть бровь.
Она думала, что будет готова к этой встрече. Что сумеет сдержать гнев, ничем не выдав своей злости. Но если у неё начало получаться усмирять свои эмоции быстрее прежнего, это вовсе не значило, что она научилась подавлять их полностью. Астрид резко развернулась в его сторону, проигнорировав внезапное головокружение и слабость.
– Мои волосы не должны тебя волновать! – грубо ответила она, прожигая его холодным взглядом. – Когда ты собирался мне рассказать?!
– О чём именно? – спокойно уточнил Себастьян, пройдя дальше в комнату. Его взгляд скользнул по нетронутой корзине фруктов и остановился на Астрид.
Он перебирал в голове сотни вариантов, о чём должен был ей рассказать. И это взбесило Астрид ещё больше.
– О том, что ты убил сотни моих поданных! Сотни невинных! Просто потому, что они были другими!
– Бывших поданных, – машинально поправил он бесцветным голосом и опустился в кресло у камина, устало коснувшись виска. – Ты не понимаешь…
– Я и не хочу понимать! – перебила его Астрид.
Она встала с места и подошла ближе, чтобы видеть его лицо. Чтобы слышать каждое лживое слово, которое он снова захочет ей сказать. Себастьян отсутствующим взглядом смотрел на огонь в камине, не решаясь поднять на неё глаза.
– Я считала тебя другом. Я верила тебе. А ты оказался таким же чудовищем, как и Рэндалл с его Аллеей Смерти!
– Я не выбирал этот путь! – вдруг с отчаяньем закричал Себастьян, и это заставило Астрид замереть. – Понимаешь?! Всё было решено задолго до моего рождения. Это у тебя, Астрид, есть привилегия свободного выбора. Ты могла решать в своей жизни всё. Но посмотри, где ты сейчас? Красивая невеста принца Элдергарда. Ты правда думаешь, что будешь королевой? Они запрут тебя в золотой клетке и слова не позволят сказать.
Его слова, его правда, о которой она и так прекрасно знала, ударили хуже пощёчины. Врезались в сердце острым кинжалом, выпустив наружу все страхи. Он не должен был этого говорить! Не имел никакого права!
– Замолчи! – зашипела она, яростно сжимая пальцы на подоле своего платья. – Как ты смеешь?..