Одинокая слеза, сорвавшись с длинных ресниц Миранды, прочертила влажную дорожку до губ, где расцвела благодарная улыбка. Она рывком приблизилась к Астрид и крепко сжала её в объятьях, прошептав куда-то в плечо:
– Спасибо тебе за всё. Ты должна знать, что ты тоже часть моей семьи, и я буду любить тебя так же, как Эльтариона, несмотря ни на что. Ты даже не можешь себе представить, как нам помогла…
– Мы, – мгновенно поправила Астрид, улыбнувшись в тёмные вихры волос. – Мы помогли друг другу. Не обесценивай свои заслуги.
– Ладно-ладно, твоя взяла, принцесса, – наигранно проворчала Миранда, отстранившись и утирая последние дорожки слёз.
Её взгляд снова был полон решимости и жизни. О недавней боли напоминали лишь красные глаза и растрёпанный волосы.
– Что с ним? – осторожно спросила Астрид, не называя имени, но Миранда тут же поняла, о ком речь.
– Думаю, он бы тоже хотел увидеть тебя сейчас, – задумчиво отозвалась она, отведя странный взгляд.
Астрид была не уверена, что готова встретиться с последствиями своих поступков. Особенно, когда из-за них пострадали другие. Но это было бы жестоко, а это последнее, чем она хотела бы отблагодарить Эльтариона за его доверие.
Оглянувшись, Астрид вдруг поняла, что они находятся в одной из спальных башен. Она мало чем отличалась от её собственной, разве что только пол был устлан красным ковром. Слабый ориентир, но что-то подсказывало ей, что они находились рядом с комнатами Эльтариона и Миранды. Астрид никогда не была в этой части замка…
– Не знаю, как посмотрю ему в глаза, – честно ответила она.
Кровавая битва пару часов назад казалась пустяком по сравнению с предстоящим разговором.
– Только не вздумай извиняться, – серьёзно предупредила Миранда, кивнув на дверь напротив. – Поверь, если бы не этот случай, Рэндалл наказал бы его за что-нибудь другое. Ему нужен был лишь повод… Просто побудь с ним, ему это сейчас необходимо. Хотя, разумеется, он никогда в этом не признается.
– Почему ты думаешь, что он вообще захочет меня видеть? – неуверенно уточнила Астрид, и Миранда одарила её таким красноречивым взглядом, что все слова разом застряли в горле.
Знакомое тепло разлилось в груди. Надеяться, что Эльтарион всегда рад её видеть, и знать об этом – совершенно разные вещи… Астрид действительно не всегда хватало смелости взглянуть правде в глаза. Особенно, когда эта правда была такой сложной и запутанной.
– Ранда, – неожиданно для самой себя позвала Астрид, пока принцесса не скрылась в своих покоях. – Что бы ты сделала, если бы добралась до Рэндалла?
– Если бы мне повезло – убила бы. Но мне бы не повезло, – пожав плечами, ответила Миранда с грустной улыбкой и закрыла за собой дверь.
Астрид осталась одна в пустом коридоре. Слова принцессы эхом отдавались в ушах. А могло ли им действительно повезти? Едва ли… На смерти Рэндалла ничего бы не закончилось. Выигранная битва не гарантировала победу в войне.
Не давая себе шансов передумать, Астрид шагнула к комнате напротив и решительно постучала в дверь. Ответ прозвучал почти сразу же, и на этом её уверенность испарилась.
Комната Эльтариона утопала в полумраке. Шторы на окнах были плотно задёрнуты, камин не горел, и единственным источником света служили свечи, расставленные на столе перед креслом, где расположился сам принц. В воздухе летали остатки перьев, выпотрошенных из подушек. Ими же был устлан пол. И посреди этого безумия сидел Эльтарион – настоящий принц хаоса. В его пальцах была зажата ненавистная ему корона, мерцая тёмным таинственным блеском в свете огня. За своей маской спокойствия Эльтарион прятал намного больше чувств и боли, чем позволял себе показать кому-либо.
Астрид замерла на пороге, так и не посмев нарушить гнетущую тишину.
– Извини, у меня бардак, – его тихий голос утонул в скрежете металла – корона оказалась небрежно отброшена куда-то в сторону.
– Глупости, – коротко ответила Астрид, заставив себя сделать шаг вперёд на негнущихся ногах.
Эльтарион продолжал бездумно любоваться игрой пламени на свечах, пока Астрид не подошла совсем близко. Только тогда он поднял голову, позволяя разглядеть творение Рэндалла на своей щеке. Глаза мгновенно застлала влажная пелена, и Астрид пришлось до боли закусить губу, чтобы не разрыдаться прямо тут. На бледной коже Эльтариона уродливым пятном разливался яркий фиолетовый синяк.
Такой неправильный и несправедливый… Такой незаслуженный!
– Даже не думай…
– Прости…
Эльтарион не успел договорить. Они встретились взглядами. В одном горели вина и раскаянье, а в другом – уверенность с хорошо скрытой болью. Астрид сама не знала, что собирается сделать. Она просто шагнула ближе, и её ладонь замерла рядом с щекой Эльтариона. Ей ужасно хотелось его коснуться… Но посреди разрушенной комнаты, утопающей в полумраке, спустя пару часов после кровавой битвы, где они могли лишиться жизней, всё это казалось странным и неправильным. Однако далеко не самым безумным из того, что они делали или собирались сделать…