Матильда сомневалась ещё пару секунду, а затем всё же выполнила просьбу. Её тихий голос был насквозь пропитан беспокойством:
– Когда это началось?
– Сегодня, – нехотя призналась Астрид, не упоминая странного сна накануне.
– Почему сейчас? – принялась размышлять вслух Матильда, выуживая склянку из сундука. – Волнение? Потеря контроля? Ты плохо спала этой ночью.
– Я плохо спала весь месяц, начиная с того момента, как узнала о своей скорой свадьбе, – раздражённо напомнила Астрид, наблюдая за тем, как кормилица всё ещё медлит, сжимая в руках склянку с полупрозрачной жидкостью. – Мне нужны маги, чтобы всё объяснить. Но их здесь нет. Потому что приезжать в Элдергард было одной большой ошибкой!
Матильда дёрнулась от её слов, как от пощёчины, и, больше не сомневаясь, протянула ей откупоренную склянку. Астрид впилась в холодное стекло дрожащими пальцами и залпом осушила содержимое в надежде, что голова вновь станет ясной. Матильда молчала, задумчиво разглядывая окровавленный платок. Она знала, что Астрид права. Но это уже не имело значения…
– Ты должна бороться, – тихо сказала Матильда.
– Как мне бороться с тем, о чём я даже не знаю? – хмыкнула Астрид, надеясь, что Мати правда сможет ей ответить.
Но кормилица молчала. Смотрела на неё ужасно странным взглядом из смеси переживания и сочувствия, будто от этого Астрид могло стать легче, и молчала.
Астрид подавила волну раздражения, опалившую внутренности, и устало откинулась на спинку кресла. В конце концов, Мати не виновата в том, что с ней происходит. Никто не виноват… Кроме разве что судьбы и её жестокой, несправедливой насмешки.
– Мне нужно поспать, иначе у Мишель будет ещё один повод напомнить мне о том, что я сумасбродная, капризная и далее по списку. Разбудишь меня перед ужином? – спросила Астрид, чтобы нарушить напряжённое молчание, повисшее между ними.
Никто не мог ей помочь. Ни здесь, ни в Эринбурге. Она всегда была один на один со своей болезнью, со своим проклятьем, что по сути природы не должно было таковым являться.
– Конечно, милая. Отдохни, – согласно закивала Матильда.
На деле же ей тоже просто хотелось развеять гнетущее напряжение между ними. Она ушла, и Астрид стало почти стыдно от облегчения, которое она испытала, наконец оставшись одна. Тишина ощущалась настоящим спасением, позволяя мыслям рассыпаться в голове неясными обрывками.
Всё плохо. Всё по-настоящему плохо…
Астрид знала об этом давно, как только услышала, какую роль для неё уготовили. Нужно было бежать ещё в Эринбурге, там хотя бы был шанс. Подданые поддержали бы её, помогли бы ей скрыться, спрятали на какое-то время. Астрид ушла бы в горы, где жило обособленное племя.
А что дальше?.. Прятаться всю жизнь? Убегать от себя столько, сколько сможет, пока её всё же не разорвёт на куски от собственной слабости и трусости? В любом случае слишком поздно. Она в Элдергарде. В статусе невесты наследного принца.
Нужно бороться. Нужно… Боро…
Отчаянная мысль резко оборвалась, рассеявшись в сознании горьким пеплом. Астрид поняла, что её утягивает в пучину сновидений. Или она просто теряла сознание. Такая тонкая грань… Единственное, что она ощущала в полной мере – ужасный жар, что пытался сожрать её изнутри. Когда-нибудь он обязательно до неё доберётся.
[1] Флориса – богиня веселья, смеха и мечтаний. Защитница снов и радости, одна из четырёх Богов Верхнего мира.
[2] Энтел – бог войны, силы и стойкости. Защитник Верхнего мира.
По легендам магов и людей 4
Когда-то Элдвиг был одним из членов совета и главой Костяной долины. Молодой амбициозный маг, мечтающий привести свой народ к величию и процветанию. Ничего в нём не выдавало безумных идей по порабощению людей. Он был сильным, но мудрым. Суровым, но справедливым. Гордым, но готовым на всё ради благополучия своих поданных. И его быстро полюбили наравне с королевой, объединившей разрозненные племена в единое королевство.
Эрина была по-настоящему могущественной, но никогда не теряла голову от той силы и власти, которыми её наделила судьба. Она уважала каждый голос, культуру и традиции других племён, не пытаясь сломить их или принудить к новому порядку. Она дала людям и магам выбор – и за ней последовали. За неё боролись и за неё умирали. Ей посвящали песни и жизни. Её любили и уважали. Никто не смел оспаривать её решений. Никто, кроме Элдвига.
Он был единственным, кто смело выступал против её идей, находя правильные слова в противовес. И единственным, кого Эрина действительно слушала… Её мягкий нрав и его решительность: сплетаясь в одно целое, они рождали идеальных правителей. Такие абсолютно разные, но равные по силе духа, они влюбились, и это было ожидаемым исходом. У Астадора[1] появился король, и какое-то время они жили в мире и спокойствии.