– Истребление людей не сделает вас великими, оно превратит вас в монстров! Мы сами начали эту войну, изгнав их из наших городов. Мы убивали их тысячами: стариков, детей и их матерей. Просто потому, что они были другими, потому что они не могли колдовать. Мы должны были их защищать, а не сравнивать со скотом! Мы первыми предали их, а они в ответ сожгли нашу столицу и убили наших братьев. Но вся кровь на наших руках. И вы хотите это продолжить? Ещё больше крови, ещё больше смертей?!
– Тогда как нам их остановить? – закричал кто-то, и Эрина с надеждой посмотрела на магов, собравшихся внизу.
У неё было решение, был выход.
– Достаточно просто…
Договорить она не успела. Элдвиг схватил её за плечо, потянул назад и развернул к себе, сжав плечи с такой силой, что Эрина скривилась от боли.
– Дорогая, если ты сейчас не замолчишь, мне придётся применить силу. Понимаешь? – злобно прошипел Элдвиг ей в ухо, и Эрина почувствовала знакомый холод, сковывающий тело.
Он разгорался где-то внутри ледяным огнём, опалял собой внутренности и мешал двигаться. Страшная догадка вдруг пронзила её, словно кинжал – это не совпадение… Все эти годы, месяцы, дни… Элдвиг подчинял её разум, путал её мысли и притуплял эмоции. Холод был не шоком от войны и содеянного. Он был проклятьем, что ядом растекалось по венам все эти годы.
Эрина дёрнулась, попыталась вырваться, но безуспешно. Тело безвольной куклой повисло в руках Элдвига.
– Королева больна, – придав голосу грусти, громко сообщил он, заботливо придерживая Эрину, будто бы она собиралась упасть. – С того самого пожара она не может оправиться от горькой утраты и людского яда. Она жаждет мира, грезит им. Мечтает найти выход, как закончить войну, но всё бесполезно… Эта боль медленно разрушает её, подсылая грёзы, которые могли бы нас спасти. Друзья мои, я должен признаться, что в истреблении людей есть и моя личная цель. Я хочу отомстить за свою жену. За нашу королеву!
Толпа снова взорвалась одобрительным гулом. Эрина беспомощно замерла в руках Элдвига. Туман в голове мешал мыслить, а холод двигаться. Единственное, что она поняла на грани сознания – разъярённый возглас толпы стал тише. Кто-то в зале просто молчал, с недоверием поглядывая на лживого короля.
Эрина знала, что должна бороться. Что может бороться, собирая внутри себя крохи магии, до которых ещё не добрался чужой холод.
– Он врёт! – закричал кто-то.
Эрина с трудом подняла взгляд, и на это ушли почти все её силы. Совет по-прежнему стоял у края ложи, с нескрываемым ужасом наблюдая за происходящим, и Ида – её милая, смелая Ида – свесившись вниз, надрывно продолжала кричать в толпу:
– Он сам отстранил королеву от дел пять лет назад. Нет никакой болезни! Эрина абсолютно здорова, а потому просто мешает ему, пытаясь вас всех спасти. Элдвиг не хочет величия магов. Он жаждет лишь власти для самого себя. А вы просто умрёте за идеи кровожадного тирана!
– Это очень серьёзное обвинение, сестра, - спокойно ответил Элдвиг, наигранно расстроенно покачав головой. – Я не понимаю… Чем заслужил такую клевету?
Эрина с мольбой посмотрела на Иду, но она не видела её взгляда. Да услышит их Атеида! Только не Ида. Если народ ещё и мог кого-то послушать, то только наследницу Костяной долины. Элдвиг не посмеет очернить и её имя тоже.
– Я готова доказать свои обвинения. Поединком, - смело заявила Ида, перекрыв лёгкий шёпот в толпе, но Эрина слышала, как едва заметно дрогнул её голос.
Она тянула время… Она знала, что ей никогда не победить Элдвига в поединке. Зачем же она соглашалась?
Разгневанная собственным бессилием, Эрина сжала руку в кулак и замерла. Тело откликнулось, а значит Элдвиг, разъярённый выходкой сестры, терял контроль.
– Хорошо, – легко, даже очевидно радостно, согласился он, но Эрина слышала его тяжелое, раздражённое дыхание.
Элдвиг отлично умел играть на публику. Он мог оставаться непоколебимым снаружи, но сотрясаться от гнева внутри. Мог выглядеть спокойным, но терзаться сомнениями. Мог улыбаться тебе в лицо, но желать твоей смерти. У неё так никогда не получалось…
Сейчас. Самое время. Другого шанса может и не быть.
Собрав всю магию, клокочущую внутри, Эрина позволила ей вырваться наружу. Тело тут же раскалилось, пропуская через себя чистую энергию. В крови растворились молнии, заставляя кончики пальцев дрожать в нетерпении. Мысли стали лёгкими и воздушными, калейдоскопом закружились в голове и разметались в разные стороны, сделав её лёгкой, как пушинку и оставив на языке сладковатый привкус эйфории. Эрина почти растворилась в этом упоительно ярком водопаде чувств, но остатки разума помогли ей удержаться в реальности, не позволив потерять ту тонкую нить, что ещё соединяла её с миром. Она мысленно ухватилась за неё и вынырнула на поверхность, почувствовав, как вдребезги разлетелась магия Элдвига, сковывающая её тело.