Для новой столицы они выбрали побережье, с одной стороны защищённое горной грядой, а с другой – океаном, теперь разделяющим два материка. Спустя года город превратился в яркую жемчужину, сверкающую на солнце пёстрыми домами и изысканными светлыми храмами.
Лишившись Лунной гавани и Тёмной пустыни, Моргана и Эрнест открыли школу для юных магов. Людям нужно было снова показать, что они не монстры, и волшебство может не только разрушать, но и создавать: сеять, возделывать поля, развеивать тучи, возводить дома, лечить раненых. Покой и мир пошли им на пользу, и вскоре они поженились, немало удивив остальных членов совета, и обзавелись двумя прелестными дочками. Вспыльчивая, резкая Моргана и сдержанный, непоколебимый Эрнест – снова такой противоречивый союз льда и пламени. Камилла продолжила защищать Изумрудный Лес, расширяя его границы и создавая новые поселения для магов и людей вдоль него. Она всегда предпочитала обществу своих соплеменников животных и природу. Забота о беззащитных существах была для неё смыслом жизни, поэтому никто не удивился, когда она и вовсе перестала посещать столицу, приглядывая за территориями за её пределами.
Иде пришлось взвалить на себя ответственность за растерянный и испуганный народ, пока Эрина лежала в магическом сне, восстанавливаясь после стазиса. И это оказалось настоящим испытанием для неё. Власть пугала её, потому что она видела, что случилось с её братом, когда он стал королём. Помнила, как власть забрала у них родителей: отца убили во время мятежа в их племени, а матери перерезали горло, когда она отказалась выйти замуж за особо настырного ухажёра. Всё всегда сводилось к одному – влиянию, богатству и власти. И в этом что люди, что маги были очень похожи.
Дипломатии и красивым словам Ида предпочитала действия и оружие, но пока не было Эрины, кому-то пришлось взять на себя эту роль. Тьен и Камиллу всегда мало интересовали дела совета, Бернард был решителен только в том, что касалось битв, Эрнест немногословен, а Моргана, дай ей волю, сделала бы жизнь людей невыносимой просто ради забавы. О том, чтобы отдать власть в руки людей, не могло быть и речи. Лишившись Эрины, они впервые осознали, почему ей удалось объединить некогда разрозненные племена. Её могли недолюбливать, презирать и даже ненавидеть, но сомневаться в её силе и решениях не смел никто.
Эрина почти год пролежала в магическом сне, и то, что она вообще пришла в себя, можно было считать настоящим чудом. Каждый знал, чем обычно приходится расплачиваться за безграничную мощь чистой магии. Эрина же не только выжила, но и вернула свой рассудок, заплатив совсем иную цену. Она навсегда потеряла изумрудный цвет глаз. Зрачки накрыла белая пелена, а радужки выцвели, став почти прозрачными, на солнце отливая голубоватым блеском, как напоминание о пережитом. По всем законам природы магия должна была забрать её зрение, но и тут Эрине повезло.
Её красота была ничтожно малой платой за силу, что она получила в тот день. Однако смотреть на неё теперь мог не каждый: люди боялись её, а маги восхищались, возводя чуть ли не в статус Бога. Но Эрина и раньше не сильно заботилась о том, что подумают о ней другие, главное – благополучие народа. Для кого-то она навсегда останется бездушной, безэмоциональной куклой, лишённой всяких чувств, а для кого-то будет образцом для подражания. Так или иначе, она, несомненно, могла бы отдать много больше – даже свою жизнь – за мир, воцарившийся вокруг, за спокойствие, наполнившее душу, и за прелестную дочь, о которой мечтала столько лет. И если она по-прежнему была жива, значит, зачем-то это было нужно…
Увы, по-настоящему впустить в сердце человека, подарившего ей ребёнка, Эрина так и не смогла. Но его искренняя доброта и забота вызывали в ней уважение наравне с мыслью, что королева первой должна подать пример того, что маги и люди могут жить вместе. Их счастье продлилось недолго, ведь человеческая жизнь в сравнении с жизнью мага оказалась не только короткой, но и хрупкой: отец Рэйвен сильно заболел вскоре после родов, и ни один лекарь не смог справиться с хворью, в конце концов отправившей его на тот свет. Какое-то время ходили слухи, что его сгубила связь с волшебницей, но количество смешанных пар всё росло, а смертей не прибавлялось. Это было простой случайностью… А может быть и запоздалой платой за магический стазис.