Дракон пролетел совсем близко, выпустив из пасти пламя справа от них. Из-за жара огня едва удалось разглядеть на мощной шее существа маленькую фигурку. Крепко вцепившись в острые шипы на теле дракона, Рэйвен со всех сил тянула его голову на себя, вынуждая повернуться в нужном направлении. Эрина не хотела думать о том, как она туда забралась. И о том, что ещё секунда, и её самой могло бы и не быть…
Орудие Элдвига обернулось против него же. Рэйвен заставляла дракона выпускать языки пламени, кружась в воздухе над ними, и с каждым разом рык существа становился всё более разъярённым. Эрина с новыми силами принялась барахтаться в воздухе, отчаянно пытаясь сбросить с себя чужую магию. Элдвиг то и дело обновлял над собой щиты, и у него всегда была передышка в несколько секунд, потому что Рэйвен приходилось разворачивать голову дракона, направляя огонь в нужную сторону.
– Мама? Как трогательно, – язвительно протянул он. – Ничего не хочешь мне рассказать?
Эрина почувствовала, как невидимая удавка на шее стала туже. Элдвиг умудрялся контролировать её одной силой мысли, даже не прилагая особых усилий. То, что он сотворил с собой, было ужасно, но великолепно в своей мощи. Оно прокляло его, отравило его кровь и саму суть, а взамен даровало ту силу, о которой он всегда мечтал. Силу, способную осуществить его кровожадную цель.
Это произошло уже давно. Ещё до того, как Эрина расколола материк. Просто она не замечала этого. Или не хотела замечать… Гораздо проще было поверить в то, что молодого гордого мага развратила сила и власть, а не проклятье, изменившее его раз и навсегда. С каждым годом оно всё больше и больше разрушало его изнутри, погружая в пучину безумия.
– Не мечтай. Мир не увидит твоих наследников, – просипела Эрина едва слышно, но Элдвиг прекрасно услышал каждое её слово. Они наносили удары по его самолюбию, резали не хуже клинка, выпуская наружу не кровь, но истинную ярость.
Со звериным рыком Элдвиг бросился вперёд, и Эрина зажмурилась от агонии, прострелившей тело. В кости будто бы вцепились невидимые когти, потянули их на себя, словно пытаясь вывернуть наизнанку. Из носа хлынула кровь, а в глазах потемнело. Она закричала. Ей показалось, что это конец. Что она умерла. Навсегда. В ушах отдавался собственный крик, а магия грохотала внутри, отчаянно требуя свободы, но фиолетовые молнии продолжали скользить по коже, блокируя ей выход. Пальцы вцепились в горло, оставляя на коже красные борозды от ногтей.
А потом всё затихло. В ушах зазвенела пугающая тишина, глаза обожгло яркой вспышкой, и удавка на шее исчезла. Эрина почувствовала, что падает.
Конец. Это конец…
Но отступившая ненадолго боль вновь вернулась. Удар с землёй привёл её в чувство. Судорожно вздохнув, Эрина тут же закашлялась и поняла, что жива. Но эта мысль не принесла должного облегчения. Всё тело ощущалось одной большой саднящей раной. Почувствовав свободу, магия тут же просочилась наружу, принявшись залечивать кровоточащие царапины, однако это не особо помогало. Эрина потеряла слишком много сил и крови.
Нужно вставать… Нужно бороться… Она слишком долго к этому шла…
Поистине волшебным образом ей удалось подняться на ноги. Голова раскалывалась, а руки мелко дрожали. На земле, где она лежала, виднелись тёмные следы крови. Осторожно коснувшись затылка, Эрина зашипела от боли. Пальцы тут же окрасились алым.
Форас! Она разбила голову.
Сделав осторожный шаг вперёд, Эрина поняла, что дела совсем плохи – мир закружился перед глазами, и она чудом устояла на ногах. В паре метрах от неё Элдвиг заканчивал тушить на себе одежду, шипя от боли. Своим спасением она была обязана его гневу, заставившему его пропустить залп огня. Сквозь лоскуты, оставшиеся от его одежды, проглядывали куски обгорелой изуродованной плоти. В воздухе витал тошнотворный запах крови и мяса.
Эрину замутило, но она заставила себя выдержать это зрелище.
– Помоги Иде и остальным! Уходи немедленно! – охрипший, каркающий голос казался чужим и незнакомым. Эрина с трудом подняла голову и умоляюще посмотрела на дочь.
Только бы Рэйвен услышала… Только бы не начала спорить… Эрина не представляла, каково сейчас было дочери. Это была её первая настоящая битва. Кровавая, жестокая и решающая. Ей так хотелось уберечь Рэйвен от этих ужасов, но они знали, на что шли, когда плыли сюда. Даже если мысленно Рэйвен содрогалась от ужаса, внешне она оставалась собранной и непоколебимой. Эрина могла ей гордиться. Она воспитала достойную замену…
Коротко кивнув, Рэйвен с усилием развернула голову дракона, заставляя его двинуться к хаосу сплетённых в битве тел. Думала ли она о том, что в последний раз видит мать?