Большая толпа посетителей, наводнившая к ночи «Морскую лошадку», совершенно его не пугала. Наоборот, она вызывала жгучее любопытство у никогда не покидавшего родные земли Мелиорна. Стараясь не привлекать лишнего внимания, эльф осторожно разглядывал собравшихся людей, прислушиваясь к доносящимся до него обрывкам разговоров и забавляясь видом эмоций на лицах собеседников.
– Так это все она! – возмущенно утверждал сильно поддавший мужик за одним из соседних столов. Сидящий напротив бородач отличался от него только отсутствием колоритного синяка под глазом. Неопределенно пожав плечами, он сдул густую шапку пивной пены и с вожделением приложился к кружке. – Только я за порог, так она уже тащит домой какого-нибудь морячка. Вона, вчерась пришел пораньше домой, да как грохнусь в сенях! – Полупьяный бородач замахал руками, чуть не смахнув на пол собственное пиво. Его собеседник успел вовремя отодвинуть свою кружку.
– Ну и при чем тут твоя корова Марта, если ты на ногах спьяну еле стоишь? – весело фыркнул он в ответ.
– Да ты слушай, кум! Я ж не просто грохнулся-то. Споткнулся я! Гляжу, прямо посреди сеней сапоги чьи-то валяются. Порог переступить не успел – мне ка-ак прилетит! Будто поленом по башке. И кто-то – нырь в окно! – Бородач потрогал заплывший глаз. – Это я сквозь посыпавшиеся искры разглядел. Здоровенный, черт! В плечах как два меня! Чего-то схватил со стула и в окошко. Только стекла посыпались. Благо хоть раму не высадил. – По ходу рассказа муж ветреной Марты все время пытался вскочить на ноги, стараясь в красках изобразить произошедшее.
– А благоверная твоя чего? – продолжал веселиться второй бородач, с удовольствием потягивая свое пиво.
– Марта-то? – пьяно переспросил первый. – На шею мне кинулась. Спасибо, грит, мой дорогой, спас ты меня. Беса нечистого выгнал, не дал сгинуть смертью лютой. А то сплю, говорит, и слышу: под кроватью что-то скребется. Глядь – тень черная рядом колышется. Не иначе, сила нечистая! Я, грит, в крик. А тут как раз ты!
– Брешет! – уверенно заявил собеседник.
– Да, знамо дело, брешет! – Бородач с синяком снова чуть не смахнул свою кружку со стола. – Я пока под окошком вал… тоись дышал перед сном воздухом, никто не кричал. Охи там, хихиканье – это было. Бормотанье какое-то… Но не кричал никто – это точно. Да и на кой бесам одежка-то? Я ж не совсем дурак!
– Ага, – неопределенно отозвался кум, с фырканьем уткнувшись в кружку.
– Я потом на лавке штаны парусиновые нашел, шапочку вязаную и куртку просмоленную. Во! – внушительно поднял кривой палец обманутый муж.
– Черту шапочка со штанами точно ни к чему, – глубокомысленно выдал его собеседник. Сделал глоток и крякнул от удовольствия. – Я тебе вот чего скажу, кум… Если верить твоей Марте, у нее уже добрая половина чертей побывать успела! Что ни вечер – новый! И все они на моряков смахивают! – Он допил пиво и со стуком поставил на стол пустую кружку. – Шалава она у тебя! Вот чего! Ты бы лучше, чем здесь со мной лясы точить, жену в узде держал. Пошел бы сейчас домой и…
– …во второй глаз получил для красоты? – закончил за него горе-муж. – У меня и так в голове будто колокол бухает. Доведет она меня. Когда-нибудь возьму грех на душу и прибью эту стерву!
– А и прибей! – поддержал его приятель, хлопнув ладонью по столу. – Мужик ты или нет?
– Я-то? – Фингалистый выгнул грудь колесом. – Знамо дело, мужик! О-го-го, какой мужик!
– Ну так и приструни Марту свою, а то перед соседями уже срамота!
Мелиорн тихо потягивал свое вино, прислушиваясь к этим горячим призывам. За другим столиком приказчики обсуждали рост цен на зерно, тут же прикидывая, на сколько еще хватит хозяйских запасов. А рядом компания мрачных наемников в рваных кольчугах распивала не первую бутылку дешевого вина, лениво оценивая снующих по залу служанок.
За этим занятием пролетел час, может, полтора. Улицы совсем затихли. Собравшийся в «Лошадке» народ начал потихоньку расползаться по домам. Мелиорн бросил на стол монету и, поставив опустевший бокал, отодвинул стул, собравшись пойти к себе наверх.
– Осторожнее, остроухий! – Стул неожиданно натолкнулся на непонятно откуда появившегося сзади человека. – Смотри, куда двигаешься. Тут, между прочим, люди ходят.
Пробурчав еще что-то невнятное, плохо стоящий на ногах крепыш покачнулся вперед и словно ненароком выплеснул эльфу на плащ почти половину кружки пива, с которой шагал к своему столику. Мелиорн возмущенно вскочил.
– Ты… – Он еле сдержал рвущиеся с языка слова.
– А? – Крепыш вроде бы непонимающе глянул на эльфа, и Мелиорн увидел цепкий и расчетливый взгляд обидчика. – Что ты хотел сказать?