Мгновенно смолкшие лихоборцы протянули сразу три или четыре фляги. Шагнувший вперед Назар отодвинул всех крепким плечом.
– На малине, – с озорным прищуром протянул он свою круглую флягу, обтянутую потертой кожей.
– То, что надо, – согласно кивнул староста. – Давай сюда.
Взяв у охотника флягу, он приложил ее к губам Теодора, бессмысленно уставившегося пустым взглядом перед собой. Почувствовав холодное горлышко, тот сделал большой глоток и тут же закашлялся, согнувшись пополам.
– Вы совсем на радостях сдурели, Авдей! – возмущенно взорвался отдышавшийся маг, вытирая выступившие на глазах слезы. – Я же воды просил!
– Сейчас и вода будет, – покладисто пообещал усмехнувшийся староста. Не глядя, отобрал первую попавшуюся флягу с водой и протянул ее все еще кашляющему волшебнику. Тот жадно припал к горлышку. – Зато сразу ожил. Вон, глаза как сверкают. Держи свое лекарство.
Добродушно улыбающийся Авдей вернул Назару одолженную флягу. Довольный охотник сделал щедрый глоток и, крякнув, вытер губы. Староста помог еще слабому магу подняться и, подведя к забору крайнего дома, усадил на широкую лавку:
– Ты посиди, отдышись, господин волшебник. Ты же, почитай, всю нашу деревню от верной смерти спас. Чего бы мы сами с этими делали? – Авдей кивнул в сторону лежащих на дороге обугленных куч. Потом обвел взглядом придвинувшихся поближе односельчан. – Правильно я говорю, мужики?
– Правильно, – загудела в ответ смущенная толпа переминающихся лихоборцев.
– Твоя правда, дядька Авдей, – за всех ответил снова протолкавшийся вперед Назар. – Схарчили бы нас эти ходячие мешки с костями. Это к бабке не ходи. Так что со всех сторон получается, что ты всех нас от неминучей беды спас.
– Спасибо тебе, волшебник. – Стоящий в переднем ряду Данила-бортник неуклюже бухнулся на колени. – Ты, вон, хоть и совсем еще молодой, а скольким людям так помог. Кабы не ты…
Остальные лихоборцы тоже стали кланяться в пояс или опускаться на колени.
– Не-е, ну вы точно сдурели! – Теодор попробовал подняться на ноги и слегка пошатнулся.
– Сиди. – Серьезный староста положил ему руку на плечо. – Все правильно! Наши мужички теперь тебе по гроб жизни обязаны.
– Авдей, да хватит вам! – Даже в темноте было видно, как густо покраснел юный маг, стряхнув с плеча тяжелую руку старосты.
– Да ты не тушуйся, господин маг, – задорно улыбнулся Назар. – Получается, у тебя после сегодняшней ночи целая деревня родни.
– Что-то вроде того, – солидно подтвердил Авдей.
– Вы мне еще памятник в центре деревни поставьте… – пробормотал вконец смущенный Теодор.
– Чего поставить? – переспросил деревенский кузнец Шимяка, непонимающе посмотрев на Назара.
– Я почем знаю? – пожал плечами охотник. – Но что надо, то и поставим! Так ведь, дядька Авдей?
– Так, Назар, так, – рассмеялся староста.
– А можно, господин волшебник, я сына в твою честь Теодором назову? – робко спросил кузнец.
– А если девочка родится? – хитро посмотрел на него маг. Озадаченный Шимяка растерянно поскреб в затылке. А окончательно пришедший в себя молодой волшебник поклонился в пояс: – Почту за честь, кузнец.
Теодор поднялся на ноги и умоляюще посмотрел на старосту деревни:
– Авдей, уйми людей!
Вдруг его глаза помертвели, замерли на какой-то далекой точке в ночном небе. Скрипнули крепко стиснутые зубы. Насторожившиеся сельчане снова окружили своего старосту. Ничего не понимающий Авдей повернул голову, глядя, куда смотрит окаменевший волшебник. Теодор с трудом оторвал остекленевший взгляд от горизонта и, тряхнув головой, посмотрел старосте прямо в глаза. Тот испуганно отшатнулся, увидев в его взгляде обреченное спокойствие приговоренного к смерти:
– Уходите! Сейчас же! Вот она, гостья непрошеная. А то все присказка была. Приближается то, что я почувствовал с самого начала.
Попятившиеся лихоборцы закрутили головами, пытаясь разглядеть в усыпанном звездами небе опасность, так испугавшую их волшебника.
– Чего столпились, как стадо баранов? – В срывающемся голосе юного мага звучала смертельная тоска. Подскочив к Авдею, он толкнул его в сторону раскинувшегося за деревней поля. – Бегите! Пока еще не поздно!
Староста упрямо оттолкнул Теодора, продолжая разглядывать ночное небо:
– Не мороси, господин волшебник. И эту напасть всем миром одолеем.
Отчаявшийся маг обреченно махнул рукой:
– Только сгинете зря. Против этой твари вся моя магия, как мальчишка с прутиком против закованного в латы рыцаря.