- Эм. Да, спасибо, – неуверенно протягивает руку и забирает.
Наблюдаю, как она отдирает обертку и достигнув цели, отламывает половинку и протягивает Рейчел. Другую половинку она оставляет себе и откусив кусочек протягивает мне. Я только сейчас замечаю, какой тишиной наполнена аудитория и лишь где-то недалёко кто-то о чём-то шепчется. Не подав никакого виду наклоняю голову и откусываю шоколадку, которую она всё ещё держит в своих руках.
Меня могут благодарить главные сплетники и сплетницы колледжа за то, что я дал им такой повод. Теперь они могут смаковать эту сцену всю неделю.
Всё время, все два часа, до самого конца лекции я сижу молча и даже немного вникаю. Несколько раз я отвлёкся на сообщение придурка-Джона, который написал мне, чтобы я не залил слезами счастья всю аудиторию. Я вежливо его послал, на что он написал, что обиделся. Дурак. Мы выходим из аудитории, и мой живот тревожно оповещает меня, что пора обедать. Я мельком посмотрел на Ребекку, которая о чём-то говорила с Рейчел и не дожидаясь её, в одиночестве направился в столовую.
***
Две недели проходят слишком импульсивно, я стараюсь успевать, чтобы каждое утро затаскивать уставшую после стажировки Ребекку бегать, и она покорно, но лениво мне подчиняется. Мне так жалко её становится, она плохо владеет ножницами и из-за этого её пальцы постоянно приобретают новые порезы. Но главное то, что мы успешно сдали все сессии и это последняя неделя стажировки у Ребекки. Я практически с ней не виделся, только по утрам на пробежке, не всегда в столовой и на общих парах, и то она не была особо разговорчивой. Она так сильно устаёт, при виде её измученного лица, мне просто хочется забрать её ото всех, кто причиняет ей эти муки, исцеловать и прижать к себе. Отгородить абсолютно ото всех. Эти две недели стали для меня ещё запутанней, я совсем не могу разобраться со своими мыслями и чувствами. Думаю, нам нужно поговорить об этом с Ребеккой, но пока не могу найти подходящий случай. Страшно видеть её лицо, если я скажу ей, чтобы она не рассчитывала на что-то большее, на свидания и всю ту романтику на то, что мы можем быть просто друзья. Сплетни, которых я ожидал, пока не распространились по всему университету и это временно успокаивает.
Пятница была такой долгожданной и вот она, наконец, настала! Сидя в своей спальне поглощаю знания о магнитном поле земли. Но больше всего меня поражает солнце, оно предоставляет Земле то самое нужное количества энергии. В одном журнале говорилось, что солнце названо уникальной звездой и так оно и есть. Иногда, глядя на Ребекку, я сравниваю её с солнцем, глупо, наверное, но мне кажется, что какая-то доля логики в этом присутствует. Не смотря на тяжелое прошлое, она нашла в себе силы, и пускай она считает себя слабой, я так вовсе не считаю. Она, как солнце в ней столько энергии, но она не прячет её эгоистично. Нет. Она делится ею со всеми, всегда, бесперебойно, постоянно…
Закрыв учебник, я не заметил, что, на часах половина одиннадцатого. Прижав к себе подушку, я крепко засыпаю,… Внезапный звонок прервал мой спутанный сон, мельком я успеваю посмотреть на время и, если моим спящим глазам не показалось, время на часах уже близилось к двенадцати. На экране появилось имя той самой Бекки. Пусть у меня и сонное, но очень счастливое лицо.
- Солнышко, ты на время смотрела? – иронично мурлычу я.
- Мне плохо. Мне очень-очень плохо, – до меня доносится хмыканье и чуть ли не вопль. Я даже понять не могу всерьёз она это или решила поиздеваться над моим сном.
Всё же, подскочив с кровати, я серьёзно спрашиваю:
- Бек, что случилось, где ты?
- Ник, мне плохо… – её трясущийся голос, меня напрягает. – Я открыла холодильник, а там нет ничего сладкого. Я хочу сладостей. Я не могу пойти спать, пока что-нибудь не съем… Ник, надежда на тебя…
У меня такое чувство, что когда она появилась на свет, где-то свыше забрали одно из полушарий её мозга и наполнили его сладостями. И вот поэтому одно полушарие старается работать, а другое нуждается в сладостях.
- Детка, сейчас не особо рабочее время для магазинов. И я не собираюсь вставать и невесть куда ехать за сладостями. Я тебе не водитель… - одной рукой, провожу по лицу, пытаясь прийти в себя.
- Нет, ты не водитель… Ты моя фея-исполнительница.
- Я твоя кто? – переспрашиваю её, в надеже что мне послышался этот бред.
- Ты мой спаситель, моя фея, моя надежда…- она начинает перечислять.
Когда человек, который много для тебя значит, говорит тебе, “Мой” это превыше всех эпитетов и преувеличений. Пусть это даже мой спаситель или моя фея. Не важно, главное что этот человек считает вас СВОИМ.