Пытаюсь тихонько убрать его руку и незаметно соскользнуть от сюда, оставив его одного разбираться с Дереком. Покрасневшие костяшки мимолётно навевают воспоминание, как я вчера ночью расцеловывала и поглаживала их. Когда цель достигнута, и я уже приподнимаюсь, ощущаю себя как-то не комфортно. Оглядевшись, понимаю, что я в чьих-то чёрных шортиках и такого же цвета майке на бретельках. Приглушённый писк вырывается из моего рта, и я резко поворачиваю голову, чтобы убедиться, что не разбудила его. Этот хам, эгоист, придурок и ещё много кто, лежит как самое совершенное, чистое, невинное существо. Я не хочу признавать, что он прекрасен, но не могу этого отрицать. Чёлка снова спадает ему на лицо. Брови очень серьёзные и, наверное, меня это должно отталкивать от него, но меня наоборот притягивает… Его глаза приоткрываются и я попытавшись быть непойманной, отворачиваюсь. Но тщетно.
- Бек, – заспанный голос, такой хрипловатый и нежный.
Поворачиваюсь и сразу же жалею об этом. Ник встряхивает головой и волосы безобразно и далеко не хаотично, лохматятся, от чего он выглядит ещё более обольстительно.
У меня к нему столько вопрос и я даже не знаю, стоит ли мне всё выяснить или просто исчезнуть и оставить одного этого красавчика. Боль и обида скребутся по всему, что касается чувств.
- Бек, прошу, давай поговорим...
- Хорошо, давай! – он не успевает и рта открыть, как я решаюсь начать первая. – Ты меня переодел?
Наступает молчание и мои зубы прикусывают щёку, от ужаса узнать продолжение. Он поднимается с кровати и подходит ко мне. Едкий и недовольный взгляд исходящий от меня, не сколько его не пугает. Он пытается дотронуться до моей руки, но я убираю…
Какой же гад!
- Нет, не я… я бы никогда не смог так поступить, зная что ты этого не одобришь…
Да, но вот почему-то его поцелуй с Синди я бы тоже не одобрила и ему это хорошо известно. Но моей гнев держится пока только в моём сознании и я не он, чтобы так просто выпустить его наружу.
- Ладно. Тогда кто? – агрессивно выпаливаю я.
- Алекса… - я облегчённо вздыхаю. – Твоя одежда промокла, и плюс ты её испачкала. Алекса принесла вещи, помогла переодеться тебе в ванной и я выгнал её, конечно не без её сопротивления и посланий меня куда подальше, – последние слова смешат его, но видя моё безразличие, улыбка испаряется.
- Где мои вещи?
- Она забрала их с собой, чтобы постирать. Оставила только пальто, я сказал ей, что довезу тебя до общежития… - большие пальцы ревностно касаются моих, и от слабости возникающей перед ним я кусаю губу. – Бек, прости меня. Я дьявольски налажал… Я знаю, что обидел тебя, но меня жутко задели твои слова, когда ты скала что мы друзья.
Ах, вот как, его задели мои слова. А меня задела его подлость и лживость. Грубость так и просится съязвить ему.
- Да, Ник.. именно поэтому ты целовался с Синди? Именно поэтому ты сказал ей подождать тебя наверху? Именно поэтому она стала меня унижать и рассказала эту дурацкую историю об эксперименте. И..
- Не было никакого эксперимента, – перебивает раздраженный Ник. – Джон просто попросил, я посчитал это тупой идеей. Он воспользовался желанием и потребовал помочь тебе. Но всё, что я делал, это было искренне, и всё что я сказал Синди – это чтобы она отстала от меня со своими вопросами. Бекка, прости, что так вышло. – как же искренне это звучит. - Просто мне хотелось забыть твои слова… и я слегка подрался с кем-то, а потом решил воспользоваться безотказной Синди, - его пыл понемногу остывает. – Я не знал, что ты придёшь, не знал как поступить. Мне так захотелось причинить тебе боль, поэтому я специально попросил Синди подождать меня…
- Вот видишь, ты сам не отрицаешь, что тебе нравится причинять боль… - он молчит. – И ещё тебе ужасно нравится, когда я тебя ревную.
- Да, нравится…
Меня просто вымораживает его прямолинейность и честность. Терпение на исходе…
- Ты этого даже не отрицаешь?
- Я и не собираюсь этого отрицать . Потому что твоя ревность.. она..
- Что она? – рявкаю я, от нетерпения.
- Так я знаю, что не безразличен тебе. – от преизбытка эмоций я чуть ли не падаю. Опустив голову, пытаюсь не смотреть в его глаза, которые так и хотят, чтобы я растаяла. – Бек, если бы ты только знала, какое сильное передо мной вчера было искушение, когда ты опьяненная приставала ко мне и издевалась над моим обещанием, держать себя. Я весь вечер усмирял тебя и твоё пылкое рвение… А потом пол ночи не мог забыть, крепко врезавшиеся в мой мозг, слова твоих признаний… - его руки тянутся к моему лицу и, потянув меня за подбородок, он поднимает мою голову. Я уже не могу не смотреть на его губы.