- Боже! – всхлипываю, когда трясущимися руками не могу порезать овощи на салат.
Откидываю нож в сторону и стараюсь дышать ровно. Звонок в дверь окончательно сказывается на моих нервах, резко повернувшись, я задеваю стеклянную чашку, в которой лежали струдом нарезанные мной овощи. Чашка соприкасается с кафельным полом и осколки стекла разлетаются в районе островка кухонного гарнитура. Да что со мной происходит?! Иду в прихожую встречать гостя. Открываю дверь, и даже сама удивляюсь, с каким не скрытым любопытством я его разглядываю. Лицо серьёзное, но грустное. В одной руке небольшой белый листок, в другой спортивная большая сумка. Я помню, он ездил с ней в Чикаго… Он уезжает?
- Как долго ты будешь держать меня в дверях? – усмешка с трудом вызывает улыбку.
Он серьезен. Значит, что-то случилась.
- Если ты решил переехать к нам, то у нас нет свободной комнаты, – ногой указываю на сумку.
- Твоя кровать вполне не маленькая…
Закатив глаза, отхожу от двери и, пропустив его, закрываю и направляюсь в кухню. Он идёт следом за мной и, остановившись, выгибает бровь и оглядывает кухню. Достав веник и совок заметаю всё стекло и испорченные мной продукты, аккуратно вываливаю в пакет и убираю всё по своим местам.
- А я вижу ты сегодня очень буйная, – почёсывая затылок, он наклоняет голову, чтобы я не видела прорезающуюся улыбку, пропитанную издёвкой.
- Нет, - складываю руки у груди. - Просто не дала шанса тебе всё разгромить. Решила принять удар!
Один из уголков тянется ввысь и помотав головой он приближается ко мне. Обхватив мою талию, он прижимает к своему мускулистому телу. Вцепившись в мою руку, в один миг я оказываюсь в его объятьях. Он наклоняется и нагнувшись под меня, резко закидывает к себе на плечо. Я уже перестала удивляться, поэтому ухватившись одной рукой за его крепкое плечо молча, ожидала посадки. Ноги ведут в мою комнату и, подведя к кровати, он небрежно кидает меня на неё и присаживается рядом. Рука Ника тянется к заднему карману его джинс и достаёт оттуда листок. Ник протягивает его и я, недоверчиво взглянув, беру листок.
- Что это? – интересуюсь у него, когда вижу две колонки.
В одной колонке его имя и расставлено много цифр, в зависимости от строк.
- Читай, – приказный тон, вызывает моё разрежения, но всё же подчиняюсь.
Уж слишком интересно, что это может быть.
- Николас. Номер один - черствое сердце, номер два - неуравновешенность, номер три - бездушие... – опустив листок, я поднимаю голову и даже не желая продолжать чтения, отдаю обратно. – Я не собираюсь это читать.
- Ё-моё, Бек, ты должна это прочесть, - он встаёт с кровати не взяв листок. - Потому что я вчера потратил полночи, чтобы понять, какое я дерьмо. Я и раньше это знал, но рядом с тобой я считал себя нормальным и поэтому причинял тебе боль. Множество дурацкой боли...
- Нет, не хочу даже слушать - закрываю уши и, подскочив, подхожу к нему. - Бред какой-то, ты не дерьмо, ты самое лучшее, что случилось со мной здесь.
- Просто прочти - просит он, и я отрицательно мотаю головой. - Господи, Бек, неужели это так трудно!?
Снова подчиняюсь. Бегая глазами по пунктам, потрясение не сходит с лица. В списке не только его плохие качества, но и поступки, которые были сделаны мне. С каждой строчкой его мелкого, корявого почерка и его признательностью самому себе, мои слёзы подступаю к горлу, и будто бы застыв там, не пускают кислород. Я снова сажусь на кровать, и полностью окунувшись в треклятый список, забываю о существовании его владельца. Когда список уже заканчивается, я чувствую, как тёплая ладонь прикасается к моей пылающей щеке и вытирает слезу. Даже не знаю, сколько времени я была поглощена чтением, потому как некоторое перечитываю сотни раз. Колонка Ника закончилась, и я перехожу к своей.
- Дружелюбие. - вслух прочитала я, больше как вопросом. Это единственное, что было в списке и понятно к чему это относится. - Неужели это мой недостаток?
Ник усмехается. Взяв мою руку, он сплёл свои пальцы с моими и повернув тыльной стороной мою руку, поднёс к своим губам. Прикосновение его губ всего в одной точке, устроило войну всем органам.
- Вот видишь, ты настолько совершенна, что твой единственный недостаток, это достоинство. - уточнил он. - Мы словно небо и земля - абсолютно разные и это ещё раз доказывает, что я недостоин тебя. Особенно, после этого списка.
Любимое лицо становится таким грустным, и я так хочу доказать ему, что он лучший. Но как, ведь Ника переубедить просто немыслимо. Потянув к себе сплетённые пальцы, я наклоняю голову и оставляю поцелуй, на его руке.
- Но ведь и земля не может существовать без неба, – пожав плечам, даю ясный намёк.