И почему я подчиняюсь? Встав прямо, наблюдаю за тем, как его руки огибают мою талию и поднимают меня.
- Теперь ты должна прижать свои ножки к моим бёдрам и крепко обнять.
Что он собирается делать? Юбка немного задирается, когда Ник сжимает руки по обе стороны от моего таза и плавно спускает вниз. Полностью подчинившись его власти и вверяя свою жизнь в его руки, я обвиваю его плечи и всем телом прикасаюсь к нему. Первые секунды дыхания Ника меня успокаивает, но постепенно оно учащается и, как и он, я начинаю нервничать. Его ноги плавно начинают набирать скорость и от паники, разрывающей моё сердце, я зажмуриваю глаза.
- Не бойся, – шепчет он около уха, без каких-либо издёвок. – Расслабься и получи настоящий кайф…
Любопытство распирает изнутри, я открываю глаза… Всё кружится вокруг меня и в этот короткий момент я чувствую себя солнцем. Всё вокруг в движении и только я не делаю ни единого. Это просто неописуемо…
- А теперь, если ты мне доверяешь, отпусти руки и наклонись вниз…
Близкое дыхание Ника, ласкает слух. Говорят, что у некоторых перед смертью вся жизнь пролетает перед глазами. Вот так и у меня, она пролетела и, не успев опомниться, я, будто бы под гипнозом, медленно опускаю руки, прижавшиеся к плечам Ника…
- Я тебе доверяю, – гордо отвечаю ему и в один миг изгибаю тело, наклоняясь.
Теперь всё становится вверх тормашками и это новое необъяснимое чувство. Алекс бы сказала, что такова вся её жизнь, и я бы с ней согласилась. Это будто бы тот же самый мир, но только с другой стороны. Так мы едем не долго и, наконец, он просит меня подняться. Я снова прижимаюсь к нему и, не сдержавшись, оставляю поцелуй за ухом и цепочкой направляюсь к щеке. Вздохи и довольные стоны срываются из его чуть приоткрытых губ. Пусть мы едем и это опасно, но я окончательно сбита с толку и уже не могу сдерживаться:
- Я влюблена в тебя, Кеннеди… - еле слышно проговариваю я.
Ник резко сбавляет скорость и, остановившись в самом центре льда, он опускается на колени. Я толкаю его вниз, и он, не сопротивляясь, ложится спиной, закидывая руки за голову. Ложусь сверху него, упираюсь подбородком в свои руки прижатые к его груди. Наверное, ему сейчас очень холодно и мне его жаль, но увидеть такой вид, наверное, сможет не каждый - лёд и лицо человека, на котором ты лежишь и просто любуешься.
- Скажи ещё раз… - просит он. Глаза, в которых было столько печали, светятся от счастья и я просто не могу отказать, ведь это приносит им столько счастья.
- Я влюблена в тебя! Влюблена, не смотря на то, что ты грубый, скрытый, и вспыльчивый. Не смотря на то, что любая трудность заставляет тебя забываться с помощью алкоголя. Но всё это меркнет, когда твои губы заставляют чувствовать страсть ни с чем не сравнимую. Я задыхаюсь, не чувствую кислорода, мне не хватает воздуха… Но когда этих поцелуев нет, я перестаю дышать, а это намного хуже.
Ник убирает одну руку из-под головы и заправляет прядь моих волос. Другой рукой он упирается об лёд, приподнимая наши тела. Теперь я сижу на его ногах, боясь узнать его дальнейшую реакцию. Наверное, не стоило так откровенничать.
- Бек, – требовательный голос Ника заставляет посмотреть на него. Ладонь коснулась моей щеки и прильнула к ней. – Я обещал, что я исправлюсь и, хотя это тяжело, я исполню обещание. Ты сказала, что я скрытный, так теперь этого не будет и ты можешь стереть это из дурацкого списка, потому что я откроюсь тебе и только тебе. Хоть ты и никогда не настаивала, чтобы я делился с тобой своим прошлым.
- В смысле, я не понимаю тебя?
- Сегодня то, что произошло, я не хотел этого, – признаётся он и я верю ему. У меня просто нет выбора. – Но я не мог сдерживать себя, этот человек, мой отец, испортил мне всё детство. Его часто не было дома и я много времени проводил с матерью – глаза Ника бегают по территории. – Она была фигуристкой, и целые вечера я ожидал её здесь. Я не особо любил этот вид спорта, но делать было нечего, и так я постепенно втянулся. Мы жили в другом городке, Кембридже, и после школы мама забирала меня, и мы приезжали сюда. Иногда, когда маму что-то злило или у неё что-то не получалось, она приезжала сюда и просто наматывала круги одна. – улыбка лишь на мгновение проскользнула на его губах. – Однажды, когда мама уехала на тренировку рано, я пришёл в наш отель отца. Охранники без особых упрашиваний пропустили меня в номер, в котором отец решал свои дела.
Ник опускает руку с моё щеки, смотря вдаль, сглатывает слюну. Его кадык начинает двигаться всё чаще.
- Этот урод даже не удосужился запереть дверь. Войдя я стал кричать, звать его…но… но никто не отвечал. Пройдя я услышал женские голоса, смех и крик. Не знаю по какой причине я открыл дверь в спальню, в тот момент даже не знал что делать. Отец сидел на кровати его шею обвивали две молоденькие девушки, на которых практически не было одежды. Господи, Бек, это даже не одна любовница, с которой он мог сорваться и я всё равно бы его не простил. Это были девушки, а это значит, что он менял их, как перчатки. И изменял маме со всем городом…