— Правда? Госпожа пожертвует своим питанием для нас? — Большие голубые глаза Линки начали наполняться слезами, а голос стал настолько пронзительным, что я невольно поморщилась. — Мы не заставим госпожу страдать целую неделю! Линки и Митри управляется за три дня!
— Отлично. Тогда по рукам!
По прошествии трёх дней все действительно было готово. Оставалась самая малость. По моему плану нужно было украсить изнанку обережной вышивкой. Дома у нас было много книг на тему этнических мотивов в одежде, а они неразрывно связанна с вышивкой и прочими украшениями. Мало кто знает, но любые прихотливо выполненные стежки это, прежде всего, символы. А сложная вязь символов часто может нести в себе сакральный защитный либо наоборот проклинающих смысл. В верованиях наших далёких предков кельтов, пиктов и римлян эта идея также присутствовала. Правда, по большей части это были сложно переплетённые орнаменты.
Мать была слабой ведьмой, и она использовала то, что было ей подвластно. В частности, и магию заговоров, что считается примитивизмом и пережитком прошлого в современных магических кругах, зато почти не требовало магической силы. Кое-какие знания я взяла у нее. Конечно, мне очень не хватало наших общих записей, но составить собственный заговор было плевым делом. Более трудновыполнимой задачей оказалась концентрация на нужных словах с равномерномерным распределением силы в процессе вышивания узора. Не знаю кровь чьих народов течет в жилах профессора Снейпа, но сейчас его дом на этой земле, так пускай же древние боги этих краев защищают его.
— Сенью небес, вороний крик,
Золота звон в прожитый миг,
Все зло развей и запрети,
Как сто ветров в ящик замкни.
Пусть по дороге скачет рассвет,
Серпик луны и звёзд бересклет,
Все же враги сгинут во тьме,
Как отблеск росы на солнца луче.
Я неустанно бормотал про себя этот незамысловатый стишок, стараясь сосредоточиться на своей магии. За этим кропотливым занятием пролетела ещё неделя. До рождества оставался всего день, когда я наконец смогла выдохнуть и с гордостью полюбоваться на свою работу. Теперь на всей изнаночной части спинки жилета был вышит триксель, вписанный в круг. Древний кельтский знак единения земли, воды и огня, дарующий своему владельцу удачу, богатство и защиту. Подкладка была черной, как и нитки. Не зная, что искать, сразу и не заметишь. В общем, все получилось, как я и задумала. Осталось только соединить подкладочную и лицевую части. Ну да с этим я и сама справлюсь.
***
Утром я встал позже обычного. Пускай предыдущая формула действительно помогла увеличить расстояние, на которое я мог удаляться от Элиз, но этого мне было мало. Нужно было найти средство, не дающее таких губительных побочных эффектов. Выйдя на запах, ставшего уже привычным кофе, я замер, внимательно разглядывая преобразившуюся гостиную. Похоже утреннее удивление становится моим привычным состоянием.
В камине горел огонь. Обычный, не волшебный. На полках были расставлены банки с магическими светлячками, а в крохотной вазе торчало несколько еловых веток. Кто-то явно постарался.
Я никогда не праздновал рождество. В детстве это был обыкновенный день. Хороший повод ничего не делать. Отец обычно набирался до поросячьего визга, и я с матерью мог некоторое время просто побыть в тишине. Действительно благие моменты. После, в школе, оставаясь на каникулы, праздновал в кругу учеников. Но духом рождества проникнуться так и не смог.
Элиз выпорхнула из-за празднично накрытого стола и радостно подбежала ко мне.
— Знаю, вы сегодня пойдете в большой зал на торжество, но я подумала, что по крайней мере немного угощу вас индейкой и пудингом. Они готовились по моим семейным рецептам. Но прежде, вот.
Она протянула мне свёрток в упаковочной бумаге. Неужели девчонка решила сделать мне подарок? Вот так неожиданность, а я даже и не подумал подготовить что-либо. В душе сразу же вспыхнуло странное чувство. Смесь боязливой радости, ожидания и вины.
— Надеюсь, подойдёт. Но если что я доделаю. Только не выбрасывайте, пожалуйста!
"И не думал". — Едва не сказал я, но чудом сдержался, взамен глубокомысленно хмыкнув, приняв как можно более угрюмый вид. Подарки на Рождество были для меня в диковинку. И директорские леденцы, которыми одаривали всех и каждого не в счёт. К тому же не стоило поощрять все эти посиделки за приемами пищи с самого начала. Мы не семья, а Элиз похоже начала думать именно так. Это все несбыточные надежды, а наш волшебный мир, как ни прискорбно говорити, до отвращения реалистичен. И он не признает восторженных чудаков, быстро ставя их на место. Или малолетних девчонок, желающих поиграть в дочки-матери с Пожирателем Смерти. Нужно развеять ее воздушные замки как можно скорее. Но… наверное, все же не сегодня.
Развернув упаковку, извлёк наружу зеленый, переливающийся на свету жилет. Думаю, и Люциус не отказался бы носить такой. В нем даже были предусмотрены карманы для часов и палочки. Но пришедшая в голову мысль заставила меня нахмуриться.
— Ты где это взяла? Снова домовика посылала? Или в Лондоне купила?
— Нет-нет, как можно! — Отрицательно замахал она руками и торжественно выдала. — Я сама сшила, по меркам вашей старой жилетки, только слегка изменила фасон. Сейчас жилетки под самое горло уже не носят.
— Ты хочешь сказать, что действительно сама сшила эту вещь? — Я с долей скептицизма всмотрелся в переливчатую ткань. Вдруг показалось, что на ней есть тень какого-то волшебства. Однако проверив еще раз не обнаружил ничего странного, но это еще ни о чем не говорило. После заглянул в глаза девушке, пытаясь выяснить что она может скрывать, преподнося такой подарок. Легилименция не дала никаких результатов. Впрочем, как уже было мной установлено, с Элиз этот трюк работал через раз.
— Да, правда мне немного помогли домовики со швами, иначе я не успела бы. Тут увы не найти швейной машины.
Я расслабился. Теперь стало понятно, что за магия ощущалась в изделии.
— Что ж, спасибо. — Я отложил подарок и сел за стол, в процессе мучительно раздумывая над тем, что же ей подарить. В конце концов, не выдержал и спросил. — Чего бы ты хотела на Рождество? Но учти, загадывай в меру.
— Ну… — Она замялась. В ее исполнении это выглядело так, как будто лиса примеряется к добыче по крупнее и все не решается прыгнуть. Похоже она не услышала моих последних слов. Но за этими метаниями и волнениями оказалось любопытно наблюдать. — А куда вы пропадали по вечерам? Я заметила, что ни в лаборатории, ни в личных комнатах вас нет, да и в классах тоже. Вы ощущались, где-то на уровне подземелий, но более детально обследовать местность я не решилась. Слишком близко была слизеринская гостиная.
— Ты можешь чувствовать мое присутствие? — Я насторожился. О подобном от нее слышать ранее не приходилось. Это был крайне любопытный нюанс и во мне проснулся жар исследователя. Хотя не скажу, что открытие было из приятных. — И как же давно? Раньше ты не говорила об этом. Что ты чувствуешь?
Она неопределенно пожала плечами.
— Раньше я этого не ощущала. Впервые оно проявилось после принятия того странного зелья. Я почувствовала утром после завтрака, когда вы отправились на урок, что у меня начало холодить пальцы. Сначала просто не связала одно с другим. Но после стала наблюдать и выявила закономерность. К слову, когда вы приближаетесь, у меня начинает чесаться в затылке, как от стороннего взгляда.
— Любопытно. А когда мы повторно замеряли максимальное расстояние, на котором можем находиться, что ты почувствовала?
— Мне стало так холодно, как будто меня в прорубь окунули. И снова появились мушки и круги перед глазами, как в преддверии обморока. — Элиз передернулась. Ощущения явно были не из приятных.
— Вот как. — Я задумчиво посмотрел в окно, рассчитывая приблизительное расстояние. Если по прямой от лаборатории, в которой на тот момент находилось Элиз, до парадного входа, куда дошел я, выходило что-то около трёхста семидесяти метров. В беспамятство она в тот момент не впала, что уже хорошо. Но это не отменяет того, что зелье оказало ещё один непредусмотренный эффект.