— Да, Северус, что происходит в школе? — скучающим тоном повторил свой вопрос Волан-де-Морт, не отрывая взгляда от темноты за окном.
— Как вы и предполагали, никто не верит Гарри Поттеру, заявляющему, что вы вернулись, мой лорд. Долорес Амбридж, как и всё Министерство, делает всё возможное, чтобы выставить его умалишённым. Ваш план работает, — я в общих чертах обрисовал ему ситуацию, аккуратно выбирая слова, чтобы не раскрыть лишнего.
— А что Дамблдор?
— Он избегает мальчика, милорд. Всё так, как вы и планировали, — невозмутимо ответил я, стараясь сохранять хладнокровие.
Тёмный Лорд, наконец, повернулся ко мне, и я смог разглядеть горевшие красным глаза с вертикальными зрачками и бледное, похожее на череп, лицо.
— Я так ценю твою преданность, Северус, — глядя мне в глаза, прошептал он, — к нашему общему делу. Ко мне.
— Мне приятно это слышать, милорд, — тихо ответил я, но, несмотря на произнесённые мною слова, в воздухе витало ощутимое напряжение, как будто перед бурей. И я ждал её начала.
— Северус… — всё так же тихо начал говорить он, подойдя к письменному столу и прислонившись спиной к переднему его краю, и мне пришлось развернуться на пол-оборота влево, чтобы по-прежнему смотреть в его глаза. — До меня дошли слухи, что в Хогвартсе новая ученица на пятом курсе… Это правда?
Услышав эти слова, я напрягся. «Откуда он мог узнать об этом? Неужели мои догадки подтвердились, и она была одной из Пожирателей? Или как-то ещё была с ним связана? Но зачем тогда она пыталась узнать у меня о нём, если она ему помогает?» Но сейчас был не самый подходящий момент для подобного рода рассуждений, поэтому, моментально взяв себя в руки, я небрежным тоном произнёс:
— Да, мой лорд, это действительно так. Мисс Тина Велль, Когтевран. Она может помочь нам в выполнении задуманного?
Я изо всех сил старался сохранять прежнюю невозмутимость, но сердце начало стучать на пять ударов чаще. Ровно на полминуты Тёмный Лорд словно снова оказался в трансе, невидящим взглядом смотря куда-то за моё плечо. Казалось, что последним вопросом я снова ввёл его в непростые раздумья, из которых я его, видимо, вырвал своим приходом. Но вдруг Волан-де-Морт посмотрел мне прямо в глаза, словно просверливая в черепе дыры, но я, ни разу не мигнув, встретился с ним взглядом и невозмутимо посмотрел в ответ, догадавшись, что тот в очередной раз проверял мою выдержку. Он усмехнулся и отвёл взгляд, как бы подтверждая, что я прошёл проверку на стойкость.
— Нет, Северус, ничем не может, — растерянно ответил тёмный волшебник, отстранившись от стола и снова подойдя к окну, а моё сердце опять стало биться в привычном ритме. Мне пришлось вновь повернуться, уже вправо, чтобы не терять Волан-де-Морта из виду. — Тебе не кажется странным, что она вот так пришла посередине обучения? По-моему, такого ещё не было, если я не ошибаюсь?
Произнеся последние слова, он снова повернулся спиной к окну, и я опять встретился взглядом с багряно-красными глазами.
— Да, милорд, это странно. Такого ещё не было, — невозмутимо подтвердил я, немного удивлённый растерянностью, промелькнувшей в голосе этого хладнокровного убийцы.
Он словно ждал этого ответа, поэтому, едва я закончил предложение, тёмный волшебник быстро прошептал:
— Покажи мне её.
Это была не просьба. Это был приказ. Мне уже не впервые было показывать воспоминания Тёмному Лорду, но в этот раз я на секунду потерял самообладание. «Какое выбрать? Как не выдать то, что я общаюсь с ней?» Но все раздумья заняли не больше двух секунд, и я снова посмотрел ему в глаза, открывая сознание.
Она не видела, что я наблюдаю за ними. Долгопупс активно добавлял что-то в котёл, параллельно рассказывая про какое-то недоразумение, случившееся с ним на днях. Тина тихо смеялась после каждой реплики. Она была далеко не красавицей, немного полнее, чем школьницы на пятом курсе, с длинными каштановыми волосами, собранными на макушке в конский хвост, и грубыми, симметричными чертами лица. Но её улыбка, светлая и искренняя, заставляла сжиматься моё сердце. Она перебивала его и задавала вопросы, а Невилл всё больше от этого смущался, но во время каждого приступа смеха он смеялся вместе с ней.
Внезапно воспоминание переменилось. Я попытался закрыть его, но у меня ничего не получилось.
Я стоял на верхней площадке Астрономической башни, скрытый Маскирующими чарами. Было начало октября, перед самым рассветом. Тина сидела полураздетая на холодном полу напротив того места, откуда начинало появляться солнце, и смотрела на горизонт. Казалось, что она в каком-то трансе, что пребывает в ином мире, ведь она ни разу не шевельнулась, хотя было достаточно холодно. Я тоже перевёл взгляд в ту сторону. Небо, от линии соприкосновения с землёй, было мягкого розового цвета, постепенно переходя в оттенки голубого и синего, и завершалось на западе чёрной синевой. Затем постепенно начало выходить солнце. Едва кроваво-красный кусочек показался над верхушками деревьев Запретного леса, небо тут же стало играть всеми возможными и невозможными оттенками красного и розового. Туман озарился солнечным светом и стал золотым, обволакивая, словно тёплое одеяло, каждое дерево, что было видно с башни. Открывшийся вид полностью захватил меня. Во мне возникло необъяснимое чувство, что рождается что-то большее, чем просто новый день.
Через некоторое время, когда солнце наполовину показалось над землёй, я снова посмотрел на неё. Её лицо в свете красных лучей выглядело спокойным и умиротворённым, словно всё, что она хотела от этой жизни — это видеть этот самый рассвет. Вдруг она прошептала в пустоту: «Может быть, это мой шанс начать всё сначала? С чистого листа?» — и повернула голову влево, смотря невидящим взглядом прямо сквозь меня.
Воспоминание закончилось, и я едва заметно выдохнул. Я абсолютно не понимал, как оно могло всплыть из памяти, ведь я надёжно спрятал его и другие в глубине сознания. Никогда до этого ситуация не выходила у меня из-под контроля настолько. Но я тут же осознал, что не выдал ничего, что касалось бы наших взаимоотношений и её личных тайн. И уж тем более это было не самое опасное воспоминание, в которое Волан-де-Морт мог бы заглянуть. И именно поэтому я моментально взял себя в руки и спокойно взглянул в красные глаза, стараясь показать этим, что выскользнувшее воспоминание, невольным зрителем которого он оказался, для меня не значит ровным счётом ничего.
На лице тёмного волшебника снова показалась задумчивость, и только спустя несколько минут молчания он рассеянно произнёс:
— Благодарю, Северус. Ты можешь идти.
Я медленно развернулся и вышел из тёмной комнаты. Уже покидая Малфой-Мэнор, меня не оставляло ощущение, что Волан-де-Морт знает намного больше меня о ней. «Зачем же он тогда хотел её видеть? Зачем она хотела узнать о нём?»
***
— Что ж, профессор, какие тайны скрывает ваша тёмная душа? — со смехом полюбопытствовала я, когда мы вновь встретились на старом месте и поприветствовали друг друга. Преподаватель, одетый в неизменный строгий чёрный костюм, уселся рядом со мной, но на достаточном расстоянии, чтобы я могла его разглядеть, слегка повернувшись вправо.
— Тина, называйте меня Северус, — мягко попросил он, улыбнувшись моему приветствию.
— Северус, ты опять уходишь от ответа, — с лёгким укором напомнила я, не переставая улыбаться. К моему удивлению, мне было настолько приятно находиться в его обществе, приятно было разговаривать с ним, что улыбка всё никак не хотела покидать меня во время наших ночных встреч. — Начинай делиться секретами.
— Если честно, я не знаю, что тебе рассказать, — просто ответил он, повернув голову набок и улыбаясь в ответ.
— Ну же, пожалуйста. Я ведь излила тебе свою душу, мне даже стало легче, — на этих словах я ему подмигнула, ведь моё настроение становилось лучше и лучше с каждым днём, — может быть, и у тебя есть история, которую ты никому больше не рассказывал? История, которая сидит занозой и бередит душу? Расскажи, вот увидишь, тебе станет легче.
Я посмотрела на него, и взгляд, которым Снейп встретил мой, был оценивающим. Он, так же как и я два дня назад, размышлял, стоит мне доверять или нет. Но видимо, решив, что доверять мне всё-таки стоит, спокойно начал рассказывать: