Ровно в одиннадцать часов я неспешно прошлась по проходу между пустынных церковных лавок в залитой солнечным светом церквушке, одетая в своё любимое повседневное белое платье и венок из весенних цветов. И ровно в одиннадцать часов меня у алтаря ждал он, одетый в простую белую сорочку с расстёгнутыми двумя верхними пуговицами и чёрные классические брюки. Подойдя ближе, я изумлённо посмотрела на Северуса, ведь впервые увидела на нём был какой-то предмет гардероба не чёрного цвета, но он лишь тепло улыбнулся мне в ответ.
Священник, уже довольно пожилой человек в чёрном облачении, начал читать проповедь, затем начал совершать обряд, но я почти и не слушала его, почти не следила за ходом церемонии. Я неотрывно, словно под гипнозом, смотрела в полные спокойствия и уверенности глаза, так мной любимые глаза, и всё больше понимала, что нахожусь здесь по своей воле, по любви. Северус, наверное, передал мои пожелания священнослужителю, поэтому мы не стали обмениваться традиционными обетами, которые были уже так противны мне, ведь я столько раз произносила эти несчастные слова. Вместо этого старик просто задавал нам традиционные для этой церемонии вопросы, обратившись сначала к мужчине напротив меня. И услышав такой спокойный, звучный, бархатный баритон, произносивший «да» на каждый вопрос, уверенность всё больше завладевала мной, поэтому, когда пришла моя очередь отвечать на эти же самые вопросы, я, не колеблясь, громко и чётко ответила то же самое.
Когда я ответила на последний, главный вопрос, Северус достал из кармана брюк ещё один маленький чёрный бархатный футляр, в котором было два простых кольца из жёлтого золота: одно побольше и потолще, другое тоньше и изящнее. Положив коробочку, он взял то, что поменьше, и надел его на безымянный палец моей левой руки, которую взял до этого в свою тёплую ладонь. Я аккуратно взяла оставшееся кольцо и, смотря прямо в глаза Северусу, надела на безымянный палец его левой руки. И не дожидаясь просьбы о первом поцелуе супругов от старца, мой муж обхватил моё лицо тёплыми ладонями и пылко поцеловал меня. Я тут же забыла обо всём на свете и ответила ему, крепко обняв за плечи.
— Миссис Снейп… — прошептал профессор, когда мы немного отстранились друг от друга.
Я мельком виноватым взглядом посмотрела на священника, ведь настолько страстные поцелуи явно не приветствовались в храмах, но тот только пожал мне плечами и ласково произнёс:
— Всё равно здесь никого, кроме вас, больше нет. Я, пожалуй, пойду… Северус, мой мальчик, прими мои искренние поздравления!
— Спасибо, преподобный отец Роджер, — с благодарностью в голосе проговорил мой муж, а потом обратился ко мне:
— Миссис Снейп, не хотите теперь уже со мной прогуляться по окрестностям?
— Конечно, профессор Снейп! — проговорила я, искренне улыбнувшись от необычного обращения ко мне. Тут до меня опять донёсся голос отца Роджера:
— Миссис Снейп, я занесу все необходимые данные в книгу бракосочетаний и буквально через полчаса отдам вам все необходимые документы. Не забудьте поменять имя, там, где это будет нужно.
— Конечно, мы подождём снаружи, — улыбнулась я в ответ, и он удалился прочь в небольшую дверь в стене.
Мы, теперь уже вдвоём, неспешно прошлись по церковному проходу и вышли на свежий воздух, пропитанный весной и солнцем.
— Как же хорошо… — прошептала я, вдыхая полной грудью аромат цветов и молодой травы и смотря на безудержные волны с края обрыва.
— Ты так нежно выглядела в церкви… — прошептал Северус, обняв меня со спины. — Тебе так идут эти цветы… Лучше любых украшений.
— Спасибо, — прошептала я в ответ, а потом удивлённо спросила: — Белая?
— Да! — тихо рассмеялся над моим правым ухом профессор. — Я подумал, что ради такого случая можно и принарядиться… Тебе не нравится?
— Это так… необычно… — я повернулась к нему лицом и с улыбкой посмотрела в его ласковые глаза, — но мне нравится. Очень.
— Неужели я всё-таки дождался? — прикоснувшись губами к моим губам, спросил мой муж. — Даже не верится…
— Да, дождался, — улыбнулась я, ответив ему на поцелуй. — Северус?
— Что, любимая?
— Знаешь, я не очень люблю, когда на моих руках много украшений… — начала говорить я, но он, сразу догадавшись о моих мыслях, невозмутимо спросил:
— Ты хочешь носить только одно кольцо?
— Да, — выдохнув, согласилась я. — Мне так будет проще.
— Я не против, — улыбнулся в ответ зельевар. — С сапфиром?
— Да, — повторила я с такой же тёплой улыбкой на лице, — оно прекрасно…
— Куда положишь второе?
— Я хотела повесить его на цепочку с кулоном… чтобы оно всегда было со мной, — предложила я, и мой муж ласково поинтересовался:
— Тебе помочь?
— Да, — попросила я, и Северус, найдя застёжку от цепочки, расстегнул её и протянул мне.
Я сняла со своего безымянного пальца маленькое изящное колечко и, нанизав его на цепочку, снова отдала ему в руки. Он аккуратно помог мне надеть кулон с кольцом и обратно застегнул цепочку.
— Вместе? — шёпотом спросил Северус, приобняв меня за талию, и я, повернувшись к нему лицом, так же прошептала в ответ:
— Да.
И, улыбнувшись, нежно поцеловала своего молодого супруга, стоящего на самом краю отвесного обрыва, а под нами с шумом разбивались волны о твёрдую горную породу.
***
В Хогвартс мы прибыли как раз к ужину. Мне так не хотелось расставаться с Северусом, теперь уже моим законным мужем, что я ещё полчаса целовала его в тайнике рядом с байком. И я уже была готова наплюнуть на все условности, готова была открыть всем правду и уехать уже куда-нибудь подальше отсюда, но… пока было не время, и эта мысль немного привела мой разум в порядок.
В итоге через час я, сиявшая от счастья, села на своё обычное место за большим деревянным столом Когтеврана, и мои соседки, только заметив меня, сразу набросились с расспросами:
— Тина, где ты была целый день?! — воскликнула Падма, сев рядом.
— Тина, что с тобой? — так же взволнованно спросила Лайза, но я, широко улыбнувшись девочкам, спокойно ответила:
— Ничего. Я целый день гуляла по окрестностям, вот вы меня и не нашли. На улице такая хорошая погода…
— Ой, Тина, а я и не думала, что уже расцвели первые цветы! — воскликнула Полумна, выцепив из моих густых волос, собранных в аккуратный пучок, небольшую веточку тех самых цветов.
— Да, уже расцвели… — согласилась я с подругой, так же мечтательно улыбнувшись и ей.
— Ты такая странная в последнее время, Тина… — немного удивлённо заметила Лайза, но я мечтательно произнесла в ответ:
— Просто наступила весна…
— Ясно всё с тобой… — рассмеялись девочки, правильно решив, что кроме улыбок они больше от меня ничего не добьются, и я звонко рассмеялась вместе с ними.
Еле-еле дождавшись окончания ужина, я незаметно проскользнула в такое родное подземелье и чуть ли не бегом направилась к кабинету профессора, ведь знала, что он уже ждёт меня там. Робко постучавшись, я приоткрыла дверь и увидела Северуса, опиравшегося на край стола и горящим взглядом смотревшего прямо на меня. Я тут же бросилась к нему в объятия и страстно принялась целовать его, а он всё крепче и крепче обнимал меня.
Не знаю, сколько времени мы так пылко целовались, но внезапно со стороны входной двери раздался мальчишеский голос:
— Тина…
Я аж подскочила от неожиданности, ведь только сейчас вспомнила, что забыла закрыть за собой в кабинет дверь. Но, к счастью, в дверях кабинета стоял Невилл и растерянно смотрел на нас с Северусом.
— Невилл, ты так испугал меня! — облегчённо выдохнула я и попросила своего друга: — Проходи и закрой дверь, пожалуйста!
Он выполнил мою просьбу, а Северус изумлённо посмотрел на меня, осознав, что Невилл уже давно в курсе наших с ним отношений.