— Это он, Волан-де-Морт, интересовался у вас этой темой? — догадался я, и профессор снова кивнул мне. — О чём именно он спрашивал?
— Том спрашивал меня, что нужно сделать для того, чтобы создать крестраж. А ещё он спрашивал меня как раз о том, можно ли сделать несколько. Тогда он назвал чудовищную цифру…
— Какую? — затаив дыхание, спросил я, прекрасно понимая, что она в любом случае будет больше двух.
— Семь, — с широко открытыми от ужаса глазами прошептал Слизнорт, и я замер на минуту, осознав, насколько же сильно просчитался.
— Господи… — тихо проговорил я. — Даже если я его убью, то он всё равно вернётся…
— Северус! — воскликнул Гораций, вскинув руки кверху. — Неужели ты серьёзно собрался пойти против него?! Он же очень могущественный маг! Он…
— У меня нет выбора, — обречённо ответил я, вставая из кресла. — Я не дам ему причинить вред Тине.
— Боже, мой мальчик… — жалобно проскулил Слизнорт, но я, бегло посмотрев на него, направился к выходу из комнаты.
— Спасибо, Гораций, — произнёс я на прощание, встав в проёме, соединявшем гостиную и прихожую. — И не говорите, пожалуйста, Альбусу о том, что я сегодня был у вас, хорошо? Это только наше с Томом дело…
Он снова растерянно кивнул мне, и я, выйдя на улицу, сразу трансгрессировал в Хогсмид.
«Что ж, теперь я хотя бы знаю, что это всё ещё не скоро закончится, — подумал я, направляясь по воздуху прямиком к замку. — Но гораздо проще будет уничтожить остальные крестражи, когда сам Том уже будет… мёртв».
Я опустился на землю и быстрым шагом направился в холл замка, но, как только переступил порог школы, то мне навстречу бросился Невилл Долгопупс, до этого сидевший на ступеньках главной лестницы. И моё сердце практически остановилось, когда я увидел его выражение лица, когда тот даже ещё не начал говорить. Я внезапно понял, что в кабинете директора меня уже никто не ждёт.
— Профессор Снейп! — выкрикнул гриффиндорец, подбежав ко мне. — Тина!..
— Что с ней? — тихо спросил я, смотря невидящим взглядом прямо перед собой. В этот момент я понял, что, как бы ни старался, я опоздал.
— Она куда-то уехала! Кто-то прислал ей эти красные розы, сразу после обеда, и ещё там была записка, её нашла Джинни… — сбивчиво стал объяснять Невилл, но я сразу остановил его:
— Где сейчас эти розы и записка?
— Тина… она унесла их в вашу с ней комнату… — растерянно ответил он, и я бегом направился в свою спальню, уже не обращая на него никакого внимания.
Я сразу заметил их, как только вошёл в комнату. Шесть великолепных, кроваво-красных роз с длинным стеблем лежали на нашей кровати, а в воздухе витал неземной аромат, который уже успел пропитать всё вокруг. Я растерянно сел на кровать и взял один из бутонов в руки.
«Тина была права, — словно находясь в трансе, подумал я. — Очень редкий сорт роз… Я никогда таких не видел. Как же он мог обойти мою защиту?»
— Кто именно принёс эти розы? — безразлично спросил я Невилла, который следом за мной вошёл в нашу с Тиной спальню.
— Это был… патронус. Ворон, — со страхом в голосе ответил он, сразу поняв, что произошло что-то ужасное.
Услышав это, я рассмеялся в голос. «Патронус. Защитник. Том смог создать такого мощного патронуса, что тот легко донёс букет до замка, словно почтовая сова, — рассуждал я про себя, всё больше погружаясь в оцепенение. — Мои защитные чары действуют на всё, кроме патронуса. И не могли они на него действовать, ведь никому и в голову не придёт защищаться от защитника».
Я тоскливо окинул взглядом нашу спальню и заметил на стуле рядом с туалетным столиком моей жены джинсы, в которых Тина была с утра.
«Видимо, она переоделась в мотоциклетную одежду, прежде чем уехать», — догадался я, а затем встал с кровати и на ватных ногах подошёл к стулу и взял штаны в руки.
— Тина… она убрала записку… в карман своих джинс… — проследив за моими движениями, пояснил Невилл, и я, проверив правый карман, действительно нашёл внутри кусок бумаги.
На одной стороне были какие-то непонятные записи и фраза, написанная рукой Тины. Я сразу догадался, что это, видимо, был кусок из работы Тома, которую она когда-то давно проверяла.
«Как же он хорошо всё продумал, — сокрушался я, тяжело вздохнув и перевернув записку. — После таких доказательств и вопросов быть не могло, кто за этим всем стоит…»
Прочитав текст, я подошёл обратно к своей кровати и сел на неё, закрыв руками лицо.
«Вот как ты решил выманить её из замка, — размышлял я, понимая, насколько чудовищную ошибку совершил, когда решил покинуть школу именно сегодня. — Она сделает что угодно, чтобы спасти меня. Точно так же как сделала это уже однажды… ради тебя, а ты даже и не подозреваешь об этом… Отдаст свою жизнь. Почему, почему, Тина, ты не сказала мне, насколько важная сегодня дата? Почему я оставил тебя одну именно сегодня?»
— Профессор Снейп… — нарушил молчание мой помощник, сделав один шаг мне навстречу. — Я должен сказать вам ещё кое-что. Когда Тина прочитала записку, то она выкрикнула… она закричала: «Их должно быть семь!» А потом куда-то уехала…
— Да, я знаю, Невилл, — растерянно ответил я, даже не посмотрев на него. — Их должно быть семь. Спасибо. Спасибо, что рассказал мне обо всём. А сейчас… оставь меня, мне нужно подумать.
— Она в опасности? — нервно спросил Невилл, и мне всё же пришлось посмотреть ему в глаза.
— Да. Ты даже не представляешь, в какой.
— Как её спасти?! — отчаянно воскликнул он с перекошенным от страха лицом.
— Ты тут ничем не поможешь, Невилл, — без единой эмоции сухо ответил я. — Ничем. Я… я сам займусь этим.
— Но Дамблдор!.. — Невилл собрался возразить мне, но я не дал ему такой возможности:
— И он ничем не поможет. Ничем. Дай мне подумать, прошу тебя! Времени почти не осталось…
Невилл несколько минут смотрел на меня с широко открытыми глазами, а потом послушно вышел вон из нашей спальни. Всё ещё находясь в ступоре, я взглянул на часы, висевшие на стене.
«Пятнадцать минут седьмого», — проговорил я про себя.
Так что планируй привести её именно в этот день в восемь вечера, договорились?
«С датой он меня провёл. Но вот время. Восемь вечера. Он не зря сказал мне это. Он хочет, чтобы я увидел её смерть, — снова рассуждал я, постепенно приходя в себя. — Тина знает, где седьмая роза. Скорее всего, она в их старом доме. Только вот я не знаю, где он. У меня остался час и сорок минут. Я могу добраться до их с Лестатом квартиры, обыскать её в поисках старых писем, но… Том, скорее всего, продумал и этот вариант. Я не найду письма, как бы хорошо я не искал. И я не найду её сейчас, только потеряю драгоценное время. Опять опоздаю».
Он проведёт сегодня собрание, как и обещал, правда, на пять дней раньше. И он пригласит её туда. Они ещё не виделись, это точно. Он убьёт её там? Скорее всего. Я уже не смогу помешать Тине узнать правду, сейчас она, скорее всего, уже обо всём догадалась. Но я смогу помешать ему убить её, если она всё-таки решит пожертвовать своей жизнью ради меня.
«А что если она уже мертва? Если он уже убил её? Нет, ему нужен зритель, драма. Он хочет мести в полном её объёме. Что если она вскрыла себе вены? Нет, Тина сначала спасёт всех, кого сможет, а потом уже пойдёт на суицид. Значит, она точно придёт сегодня в Малфой-Мэнор».
Я задумчиво сидел на своей кровати, а потом почувствовал знакомое жжение в левом предплечье.
— Половина восьмого… — прошептал я, вставая с кровати и мельком посмотрев на часы.
Мои догадки оказались верны, ему нужны зрители. Ему нужен я для полного счастья, полного удовлетворения от мести.
«Что ж, это ещё не конец партии, — подумал я, быстрым шагом направляясь к выходу из замка. — Сначала я убью его, а потом буду постепенно уничтожать крестражи, один за другим. Но я не дам ему отобрать самое ценное, что есть у меня в жизни. Не в этот раз».
В семь сорок две я зашёл в большую столовую, в которой уже сидели несколько человек в чёрных костюмах. Я сел на своё обычное место за длинным чёрным массивным столом, справа от того стула, на котором всё время сидел Том. Было весьма странным то обстоятельство, что его до сих пор не было здесь, ведь он обычно садился за стол за полчаса до начала собрания. Хотя думаю, что тёмный маг прекрасно понимал, что если бы он пришёл заранее, как обычно, то дуэль между нами началась бы намного раньше, чем в эту комнату зашла бы Тина.