— Обстоятельства? — будто не веря услышанному слову, тихо произнёс мой бывший муж, а потом более громко повторил: — ОБСТОЯТЕЛЬСТВА?!
— Братишка, ну что ты так разнервничался? — наигранно спокойным тоном обратился к нему Лестат, встав за его спиной. — Разве не видишь, с моей дорогой сестрёнкой нужно быть… помягче. Позволь мне?
— Пожалуйста!.. — безразлично бросил он, продолжая испепелять меня своим обжигающим взглядом угольно-чёрных глаз.
— Тина, дорогая, как ты себя чувствуешь? — чересчур заботливым голосом поинтересовался братец, присев на стул с противоположной от Северуса стороны и внимательно на меня посмотрев.
— Превосходно! — уже чуя неладное, воскликнула я, приготовившись возмущаться их… внезапному тандему, но Лестат опередил меня и, повысив тон, произнёс:
— Тина, тогда скажи мне, чёрт побери, почему я узнаю о том, что ты опять вышла замуж, от твоего бывшего мужа?! В этот раз ты превзошла саму себя! Посмотри, рядом первый муж, — он указал рукой на себя, — бывший муж, — он указал на Тома, — и нынешний! — братец махнул рукой в сторону Северуса. — Три короля, фул хаус, дорогая!
— Что?! — меня аж перекосило от таких претензий, но теперь уже Том встал за спиной моего брата и, наклонившись, ядовито добавил:
— Да, доктор Снейп, не могли бы вы пояснить мне, как так получилось, что моя жена умудрилась выскочить замуж, причём за моего главного помощника, который, к тому же, оказался двуличным предателем!
— Том!.. — предостерегающе обратился к нему Северус, но я не дала ему продолжить фразу:
— Ах, извините, ваша тёмная милость! — уже чуть ли не шипя от злости начала возмущаться я, сев в кровати и повернувшись к ним лицом, а в это время Тонкс и Джинни уже чуть ли не разрывало от смеха. — Как же я могла забыть попросить благословения у вас?! Великодушно прошу прощения! Но я вот одного понять не могу: если я так дорога тебе, что ж ты не объявился до того момента, пока я ещё не выскочила замуж! Ты ведь с марта знал об изменениях в моей личной жизни!
— Да я до последнего отказывался в это верить, ведь мне даже в голову не могло прийти, что за какие-то несчастные три месяца ты умудришься обвенчаться буквально с первым встречным!
— Первым встречным! — чуть ли не прокричала я, повысив голос на октаву, а потом повернулась к Северусу и уже зло спросила: — То есть ты три месяца прекрасно знал о том, что мой безмозглый бывший муж жив и здоров, и молчал?!
— Тина… — растерянно ответил он, совсем не ожидая от меня такой реакции, но я тут же перебила его:
— А я-то думала, что Лорд Волан-де-Морт — могущественный и опасный маг! А им оказался этот бездельник, семь лет доводивший меня до белого каления! Северус, да что бы он мне сделал-то?!
— Бездельник?! — воскликнул Том, и я снова повернулась к нему лицом и разъярённо посмотрела в горевшие огнём чёрные глаза. — Не забывай, дорогая, что это именно я спас тебя! Это именно я зашил эту рану, это я выводил тебя из шока, это я переливал тебе свою кровь!
— Да кто тебя просил это делать?! — ядовито поинтересовалась я, ведь, честно говоря, я совсем не планировала выжить в тот роковой день. — Вы за моей спиной устроили не пойми что! Я живой человек, чёрт возьми, а не какая-то дурацкая пешка на вашей шахматной доске!
— Нет, дорогая, ты далеко не пешка! Ты как минимум королева, которая ходит, как ей вздумается! — с неимоверной злостью парировал Том. — И в этот раз ты умудрилась совместить два удовольствия в одном: вышла замуж и по глупости, и назло мне!
— Да с чего ты взял что по глупости?!
— Да потому что только идиот допустит то, чтобы его беременная жена пришла в логово злодея и пыталась ещё кого-то спасать! — прокричал в ответ он, и я, уже сгорая от злости, резко вскочила с кровати, совсем не обращая внимания на пронзившую мою грудную клетку адскую боль.
— Ах, извините! — так же прокричала я, с ненавистью смотря своему бывшему мужу в глаза. — Я же совсем забыла, что должна была где-то в промежутке между тем, когда пила коньяк в Малфой-Мэноре, и тем, когда целилась тебе в голову из ружья, произнести фразу: «Ой, дорогой, а не мог бы ты попросить свою подружку не швырять мне в спину ножи, а то я СЛЕГКА БЕРЕМЕННА!»
— Она мне не подружка… — полным льда и скрытой угрозы голосом прошипел в ответ он. — А теперь немедленно вернись в свою постель, пока я не приковал тебя к ней!
— Даже не подумаю! — прокричала я, отойдя от кровати на пару шагов, но сразу остановилась, так как мою грудь снова пронзила острейшая боль.
— НЕМЕДЛЕННО. ВЕРНИСЬ. В. СВОЮ. КРОВАТЬ, — выделяя каждое слово, громко проговорил Том, а с моих губ начала капать кровь от открывшегося лёгочного кровотечения.
— НЕТ! — последнее, что я успела зло выкрикнуть, прежде чем хирург в бордовом костюме, сделав два быстрых шага, не подскочил ко мне.
Я моментально отступила на шаг, но Том больно схватил меня за запястье правой руки и попытался силой притянуть к себе. И прежде чем он прижал меня к себе, я успела замахнуться, и в воздухе повис громкий звук пощёчины. А в следующее мгновение я оказалась в стальных тисках его сильных рук и буквально сгорала от таких крепких, пьянящих, пропитанных болью, кровью и немыслимым наслаждением поцелуев. Тут же испарилась вся злость, вся ненависть, вся боль… остался только он, он, в ком я растворялась, полностью растворялась, едва его губы касались моих. Я изо всех сил вцепилась в его плечи, а Том ещё крепче обнял мою грудь, так, что казалось, ещё немного и мои рёбра, уже не раз сломанные, треснут снова, и стал неистово водить широкими ладонями по моей спине, отчего я загорелась ещё сильнее. Но я так хотела, чтобы мои рёбра треснули! Я так хотела быть к нему ещё ближе, насколько это только возможно!
— Том! — донёсся до меня голос Лестата, как будто он был в другой комнате, а не в двух метрах от нас. — Том! Опомнись! Рана!
В этот же момент моя голова закружилась, и я обмякла, а он, немного отстранившись, со страхом в глазах посмотрел на мою пижаму, насквозь пропитавшуюся алой кровью.
***
— Том! — донёсся до меня голос Лестата, как будто он был в другой комнате, а не в двух метрах от нас. — Том! Опомнись! Рана!
Я не сразу понял, что пытается сказать мне вампир, так как мой разум полностью затуманил огонь, пожар, от одного только её поцелуя. Я сжимал её, крепко сжимал, словно не мог поверить, что она тут, рядом, и отчаянно целовал её влажные от крови губы, такие родные, горевшие неистовым пламенем губы. Только она одна могла так разговаривать со мной! Только она одна могла разжечь во мне этот огонь, сжигавший всё на своём пути.
Но смысл слов брата Тины всё же дошёл до моего обезумевшего сознания, может быть ещё и потому, что я почувствовал, как мой хир костюм тоже начал становиться влажным. Я совсем немного разжал объятия и заметил, как Тина начала терять сознание, а её белая пижама, которую я оставил ей днём, перед тем как уйти из лазарета, почти полностью пропиталась артериальной кровью.
— Твою мать!.. — прошептал я, со страхом в глазах смотря на расползавшееся красное пятно, пропитавшее и мою одежду тоже.
— Это… из… раны… — прошептала Тина, прежде чем потерять сознание.
Я моментально подхватил её на руки и понёс в свою комнату отдыха, в которой было достаточно пространства, чтобы организовать перевязочную и даже малую операционную. Положив свою пациентку на свою просторную кровать, я тут же создал всё необходимое оборудование, а Лестат тем временем переложил Тину на операционный стол.
— Что же вы творите?.. — прошептал он, с болью в глазах посмотрев на меня, но я молча отвёл взгляд и стал быстро снимать насквозь промокшую повязку.
Тина была права: оттого, что она так резко вскочила с кровати, немного прорезался шов и открылся небольшой сосуд, из которого и текла маленькой струйкой кровь. Шов сердца был состоятельным, ведь во время контрольной пункции перикарда я не получил крови. Перевязав сосуд, я снова закрыл рану, а затем, очистив с помощью магии белую пижаму, надел её на Тину. И, подхватив её на руки, вынес в основной зал, где на меня уставилось не меньше десяти испуганно-изумлённо смотревших пар глаз. Аккуратно уложив Тину обратно в кровать, я сел на стул рядом и тихо попросил: