За время завтрака, так заботливо приготовленного Северусом, и непринуждённой беседы моё настроение действительно немного улучшилось, настолько, что я даже не заметила, как пролетело полтора часа. Но Тома, обещавшего прийти в лазарет к этому времени, до сих пор не было, а мне уже порядком надоело быть беспомощной куклой, с которой все сдувают пылинки. Поэтому, закончив завтракать, я решила сама снять ЭКГэшку Северусу, чтобы повнимательнее изучить состояние его подорванного мной здоровья.
— Тина, я не думаю, что тебе уже можно… — неуверенно попытался возразить зельевар, когда я взяла его за руку и потянула к кушетке с электрокардиографом.
— Северус, всё в порядке, мне уже можно ходить самостоятельно, — уверенно заявила я, посадив своего пациента на кушетку. — Том всё ещё колет мне обезболивающее, так что мне совсем не больно ходить, а небольшая физическая нагрузка всегда полезна. Так, надо снять рубашку… можно?
Я лукаво посмотрела на него, и Северус, поняв мой намёк, улыбнулся мне в знак согласия. Наклонившись, а стала медленно расстёгивать его чёрную сорочку, неотрывно смотря в глаза, в которых тоже загорались искры. Закончив с этой приятной работой, я уложила его на кушетку и, установив в нужном порядке все электроды, включила аппарат и стала следить за записью. Спустя некоторое время, получив ленту с линией ЭКГ, я расположилась за рабочим столом доктора Реддла и стала внимательно изучать запись.
— Ну как, есть положительная динамика? — раздался за моей спиной насмешливый голос, и Том, наклонившись над моим левым плечом, тоже всмотрелся в ленту. — Ого, какая тахикардия! Впрочем, ничего удивительного, ведь даже у меня участилось сердцебиение после такого…
— Если завидуешь — завидуй молча, — улыбнувшись его словам, промурлыкала я. — В целом ничего страшного, я скажу, что нужно будет поставить, сделаешь? И кстати, ты вроде обещал прийти через час, а прошло уже почти два…
— Я сдержал своё обещание, дорогая, — услышала я шёпот над своим ухом.
— Знаешь, меня уже начинает раздражать, что вокруг меня одни волшебники, особенно такие умные… — немного возмутилась я, догадавшись, что всё это время мы с Северусом были в лазарете не одни.
— Так что там надо прокапать? — рассмеявшись, спросил Том, взмахнув палочкой и превратив свою одежду в хир костюм.
Получив мои указания, Том поставил систему сначала Северусу, а потом уже и мне, и в этих хлопотах пролетело ещё несколько часов. И я уже почти смирилась с тем, что посетителей раньше вечера мне ждать не стоит, но я как всегда ошибалась: перед обедом к нам заглянул Невилл с Альбусом и ещё кое-кем.
— Невилл, так это сюда ты всё время сбегал? — с порога раздался громогласный голос, а потом появилась и его обладательница: пожилая, но довольно-таки крепкая старушка в довольно специфичном одеянии и огнём в глазах. — Где этот мерзавец?!
— Бабушка… — робко попытался возразить ей мой друг, но та даже слушать его не стала и разгневано уставилась на моего лечащего врача, который в это время как раз проводил мне полный неврологический осмотр, ведь полгода назад я получила очень серьёзную открытую черепно-мозговую травму.
— Миссис Долгопупс… — Дамблдор тоже попытался усмирить этот ураган, но успеха в этом деле достигнуть не смог.
Том, услышав такое обращение к себе, усмехнулся и уже приготовился выплеснуть свой яд на эту несчастную женщину, но я моментально взяла инициативу на себя, строго посмотрев на него.
— А симптомы натяжения кто будет проверять?! — таким же грозным тоном поинтересовалась я, и Том с удивлением уставился на меня, сразу забыв про внезапную гостью. — Давай, бездельник, вспоминай навыки, я шесть лет потратила на твоё обучение, а нервов и того больше!
— Вот как! — улыбнувшись, изумлённо воскликнул он, не понимая, что на меня вдруг нашло.
Но моя хитрость сработала, и бабушка Невилла, почувствовав, что в этом помещении она не единственная стерва, сразу поумерила свой пыл. Я, подняв брови, вопросительно посмотрела сначала на миссис Долгопупс, потом на Невилла, как бы возмущаясь, что нас прервали от очень важного занятия, и Невилл так же робко, как и до этого, пояснил:
— Тина, прости, что отвлекаю, но… познакомься, моя бабушка, Августа Долгопупс… Бабушка, это моя подруга, Тина, я тебе про неё писал…
— Очень много писал! — воскликнула она, попытавшись прогнуть меня своим взглядом, но я абсолютно невозмутимо смотрела ей в ответ. — Настолько много, что я даже подумала, что ты влюблён в эту вертихвостку! А она умудрилась выскочить замуж за твоего преподавателя!
От этой фразы Том в голос рассмеялся, но, заметив мой разгневанный взгляд, сразу же прекратил и с улыбкой произнёс:
— Я помню, дорогая, ещё патологические рефлексы…
— Бабушка! — попытался возразить мой друг, густо покраснев. — Тина — взрослый человек! И мы с ней хорошие друзья…
— Дамблдор, что за безобразие творится у тебя в школе?! — Августа Долгопупс начала отчитывать уже директора Хогвартса, всё ещё разгневано смотря на нас с Томом, который тщательно начал проверять наличие у меня патологических рефлексов с помощью неврологического молоточка сначала на руках, а потом и на ногах. — Почему этот преступник находится в одном помещении с моим внуком и остальными беззащитными детьми?! Ему самое место за решёткой, а не в школе! Невилл, ты помнишь, что твои родители?!..
— Бабушка, я помню! — уже более твёрдо и решительно воскликнул Невилл, так же разгневано посмотрев на свою пожилую родственницу, что та даже открыла рот от удивления, ведь это, похоже, был первый раз, когда её внук решился возразить ей. — Я помню! И Тина тут ни при чём, тебе ясно?! Профессор Дамблдор уже десять раз объяснил, как всё так получилось, зачем опять начинать по второму кругу? Тине всё ещё требуется помощь, и только доктор Реддл может её оказать, оставь их в покое!
— Невилл?.. — тихо пробормотала миссис Долгопупс, с широко открытыми от удивления глазами уставившись на своего внука, но тот даже и не собирался отступать.
— Августа, — вежливо обратился к ней директор Хогвартса, воспользовавшись возникшей паузой, — доктор Реддл действительно единственный, кто может помочь… профессору Снейпу, и пока ей не станет лучше, я не смогу позволить ему покинуть замок. Тем более что Том уже осознал все ошибки своего прошлого и искренне в них раскаялся. И как я понял, доктор Реддл собирается восстановить свою прошлую квалификацию и дальше спасать жизни людей, обычных людей…
— Миссис Долгопупс, — вежливо обратилась я к бабушке Невилла, тоже воспользовавшись замешательством пожилой волшебницы, так грозно смотревшей на меня несколько минут назад. — Я уже не единожды извинилась перед Невиллом за… ту трагедию, причиной которой я стала, и также приношу свои искренние извинения вам. И я могу вас смело заверить, что мой непутёвый ученик, доктор Реддл, у которого произошло… весьма долговременное помрачение сознания, больше не сотворит ни одного опасного заклинания. Я даю вам своё слово, тем более что он уже предупреждён о том, что если что-то подобное произойдёт, то я лично ампутирую ему правую верхнюю конечность на уровне верхней трети плеча по всем правилам асептики и антисептики.
Та угроза, что была скрыта в моём спокойном тоне, окончательно добила эту старушку с железным характером, и она осела на стул рядом с моей кроватью и кивнула в знак согласия с моей позицией.
— Кстати, профессор Снейп, — закончив с проверкой рефлексов, ехидно обратился ко мне Том, — мне тут вспомнилось, как мы однажды пытались вылечить одного мужчину с… амнезией от заклинания Забвения высокими дозами нейролептиков… Правда, результат тогда оказался так себе…
— Чёрт… — прошептала я, тоже вспомнив о том случае и догадавшись, на что конкретно он сейчас намекал мне. — Знаешь, а уже три поколения сменилось тех препаратов, и сейчас они намного лучше действуют, да и побочек намного меньше… И почему мне в голову не приходят такие гениальные идеи?!