— Ты её потеряешь, непутёвая! — возмутился Том, судорожно ища повод не отдавать мне её.
— Отдай Северусу, если не веришь мне, — невозмутимо предложила я. — Он такой же педантичный, как и ты… Между вами действительно много общего.
— Ладно, — наплевательски ответил Том, протянув моему мужу свою палочку. — После ужина сразу же отдашь мне, договорились?
— Конечно, Том, — вежливо улыбнувшись, ответил зельевар.
Мы договорились с доктором Реддлом, что ужин должен состояться в десять, но на кухне я со своим супругом появилась за три часа до этого, сразу после основного ужина, чтобы быть непосредственным наблюдателем приготовления нескольких несложных, по словам Северуса, блюд итальянской кухни. Можно долго описывать весь процесс приготовления этих блюд и моё искреннее удовольствие от скрежета зубов Тома, когда у него что-то не получалось, но в итоге ужин всё-таки был готов, и великий кулинар пригласил нас к столу.
— Я надеюсь, не отравлено? — съязвила я, присмотревшись к неплохо выглядящей пасте.
— Тина, к волшебным ядам ты невосприимчива, а твой муж, я уверен, точно принял заранее противоядие на всякий случай, — усмехнувшись, ответил Том на мою колкость. — Так что можешь не беспокоиться… И палочку, пожалуйста.
— Держи, Том, — Северус невозмутимо отдал волшебную палочку, а потом добавил, попробовав блюдо: — Весьма неплохо.
— Спасибо, — высокомерно произнёс он, убрав палочку во внутренний карман пиджака и направившись к выходу из кухни.
— А ты сам не останешься? — кинула я вслед, ведь мне казалось, что Том не упустит возможности попробовать свой шедевр.
— Я уже попробовал, дорогая, — догадавшись о моих мыслях, пояснил он. — Как выразился Северус: «Весьма неплохо». Так что не буду вам мешать…
Мне было очень неловко пробовать блюда, приготовленные для нас Томом, которого к тому времени уже не было на кухне, но на самом деле получилось у него очень хорошо, даже я могла это признать. Но наш ужин с Северусом отсутствие Тома почти не омрачило, и прошёл он выше всех ожиданий. И я была бесконечна благодарна зельевару за такую поистине гениальную мысль, как можно было бы воспользоваться моим желанием. А ещё я была крайне удивлена благородством Северуса, ведь он же мог воспользоваться этим желанием, чтобы отомстить своему сопернику. Но он не стал… и всю оставшуюся ночь я думала над тем, а смог бы Том поступить так же?.. или нет?
***
Я резко дёрнулась от нахлынувшего на меня ночного кошмара и тут же услышала спокойный голос над своим ухом:
— Ш-ш-ш… всё в порядке… ты в безопасности… я рядом.
Услышав его, я сразу успокоилась и, крепче обняв человека, лежавшего рядом со мной, снова попыталась уснуть. Но буквально через пять минут мой заспанный мозг проанализировал полученную информацию и выдал результат: что-то было не так. Голос был не тот, что раздавался обычно, и человек, лежавший рядом со мной и обнимавший меня, был в одежде. Широко открыв глаза, я уставилась на Тома, которого тут точно не должно было быть в это время суток.
— Проснулась всё-таки, — улыбнувшись, спокойно произнёс он, не разжимая своих объятий.
— Что ты здесь делаешь?! — воскликнула я, соображая, реальность ли это или очередной сон. — Где?..
— Успокойся, всё в порядке. Я попросил Северуса дать мне возможность поговорить с тобой с глазу на глаз, и он разрешил мне побыть с тобой тут до самого утра, — всё таким же невозмутимым голосом ответил Том, поведя кончиками пальцев по моему обнажённому плечу. — Какая у тебя интересная пижама…
— Чем тебе она не понравилась? — проворчала я, отгоняя от себя остатки сна. — Обычная футболка с котиками…
— Это очень… мило, — всё с той же спокойной улыбкой пояснил он.
— Да уж… — немного смутившись, ответила я. — О чём ты вдруг захотел поговорить со мной?
— Тина, я уезжаю послезавтра…
— Да, я знаю, — нервно сглотнув, сказала я, догадавшись, о чём будет разговор. Но мои догадки подтвердились лишь частично.
— Знаешь, я вот что хотел тебе сказать. Я думаю, что тебе лучше остаться тут, в Хогвартсе.
— Что?! — не веря своим ушам, переспросила я, ведь мне казалось, что Том наоборот попытается убедить меня уехать с ним.
— Тина, послушай меня внимательно. Я не сказал Северусу, о чём именно хочу поговорить с тобой, так что он, скорее всего, будет думать так же, как и ты. И это не очередная моя уловка, можешь даже не переживать по этому поводу.
— Почему ты вдруг решил отпустить меня?.. — неверящим тоном спросила я, ведь Том был самым упрямым человеком, которого я знала, и я ни за что бы не поверила, что он вдруг решил отказаться от своей цели.
— Потому что я хочу, чтобы ты была счастлива, — тихо ответил он. — И я не слепой, Тина, ты действительно счастлива. Рядом с ним. С ним ты именно такая, какой всегда хотел тебя видеть я. Подожди, дай мне договорить. С ним ты другая. Сколько мы с тобой умудрились поругаться раз за эти неполные две недели? Явно больше, чем-то количество ваших с Северусом ссор…
— Мы с ним вообще ни разу не ссорились… — прошептала я, всё больше впадая в ступор от его слов.
— Вот видишь, — улыбнувшись своей правоте, произнёс Том. — А теперь вспомни наши семь лет брака… Хорошо, если без ссор наберётся хотя бы несколько месяцев… Да, пожалуй, так и будет. Вспомни наши с тобой… игры. С ним ты так себя не ведёшь, я сразу это понял. У тебя в этом нет необходимости. Ты привыкла к стрессу, тебе нужна боль… Я старался как-то убрать у тебя эту необходимость, но… у него вышло лучше. Подумай, Тина, что тебя ждёт со мной? Нервная работа, которая требует полной моральной отдачи, требует души? Смерти в операционной, боль, страдания других людей? Я точно вернусь к этому, ведь у меня в жизни больше ничего не осталось, я хочу искупить все свои грехи, но ты… тебе это делать необязательно…
— Но ведь у нас же была семья?.. — попыталась возразить я. — Я даже была беременна…
— Тина, я тоже сейчас об этом вспоминаю. И сейчас мне кажется, что хорошо, что вот так всё вышло… Что бы мы могли дать этому ребёнку? Вечно пропадающие на своей работе родители, которые к тому же ещё и постоянно ругаются? Кошмар. Здесь тебя ждёт совсем другая судьба. Здесь ты сможешь спокойно преподавать… воспитывать детей. Северус очень спокойный… мудрый. Он уравновесит тебя. Я тоже вроде далеко не самый вспыльчивый человек, но только не рядом с тобой…
— Не могу поверить… — прошептала я, а из моих глаз, наконец, хлынули слёзы, причём по самой банальной причине: я знала, что Том был абсолютно и полностью прав.
— Знаешь, ты так изменила его! — рассмеялся он, хотя я отчётливо слышала в его голосе неприкрытую боль. — Я ведь его знаю девятнадцать лет. Если подумать, то намного больше, чем знакомы мы с тобой. Когда он пришёл ко мне, девятнадцать лет назад, то он был… совсем другим. Мальчишка, озлобленный на весь мир, стремящийся доказать окружающему миру и той девушке, что его бросила, что он вовсе не пустое место. Но всё же я разглядел в нём алмаз. Дикий, необработанный, но бриллиант. И со временем он начал оттачивать своё мастерство. Он стал замкнутым, превосходно владел собой, своими эмоциями, мыслями, способностями. Он стал действительно очень сильным волшебником…
— Но окончательную огранку придала ему ты, — продолжил Том свой монолог после непродолжительной паузы. — Я сразу это почувствовал. Он перестал меня бояться. Девятнадцать лет он трясся от страха передо мной, а тут вдруг перестал. Стал ещё сильнее, увереннее, уравновешеннее. До сих пор удивляюсь, как же он мог так долго обманывать меня?! Бриллиант, по-другому не скажешь… Кстати, он снял проклятие с твоего кольца. Хочешь взглянуть?
— Да, — сквозь слёзы проговорила я, и Том вынул из внутреннего кармана своего пиджака чёрный футляр и, достав пальцами оттуда кольцо, протянул мне. Я повертела в руках своё старое обручальное кольцо, а мой бывший муж тем временем продолжил говорить:
— Это действительно Воскрешающий камень, Тина. Ты сама видела как он работает. Дамблдор вызвал свою давно погибшую сестру.