— Я думаю, мне самое время последовать вашему совету, профессор, и пойти в свою спальню.
— Мисс Велль, вам действительно пора в кровать. В мою кровать, — прошептал я в ответ и, накинув на себя рубашку и застегнув ремень на брюках, протянул Тине блузку, а потом взял её на руки и понёс прочь из кабинета в свою спальню. И что-то мне подсказывало, что это было всего лишь начало ночи.
***
Пока я немного приходила в себя, Северус накинул на себя рубашку, застегнул ремень на брюках, помог мне надеть блузку, а потом подхватил меня на руки и понёс из кабинета. Мне было так странно оказаться в сильных тисках своего «преподавателя», особенно с учётом того, что, судя по его последним словам, эта ночь для нас двоих только-только началась.
Спустя минут пять быстрого шага он подошёл к закрытой дубовой двери. Я уже хотела встать на ноги, но Снейп ловко перехватил меня, достав из кармана брюк волшебную палочку, постучал ею по двери два раза и вошёл внутрь тёмной комнатки, видимо, прихожей. Дверь за нами захлопнулась сама по себе, а мы в это время уже проникли в основную комнату, довольно-таки просторную, но рассмотреть её повнимательнее я не смогла из-за полумрака вокруг, разгоняемого только скудным освещением с улицы из двух окон, находившихся по обе стороны от массивной кровати с балдахином.
Северус аккуратно положил меня на изумрудное тяжёлое покрывало и, сев рядом со мной, провёл тёплыми ладонями по моим плечам, снова обнажая мою грудь. Откинув блузку в сторону, он провёл ладонью по моему туловищу, потом по всей левой ноге до стопы. Не сводя своего горящего взгляда с моего лица, профессор осторожно снял мои туфли, сначала с левой ноги, потом с правой, затем точно так же снял с меня чёрные чулки, и в итоге на мне осталась только школьная юбка.
— Там две пуговицы, — шёпотом подсказала я, так как он на мгновение перевёл свой взгляд на оставшийся элемент одежды, словно думая, как бы побыстрее избавить меня от него, — сзади… Если хочешь, я…
— Нет, я сам, — уверенно ответил Снейп и, наклонившись вперёд, аккуратно повернул меня набок и расстегнул те самые несчастные пуговицы, и моя юбка тоже оказалась где-то на полу.
Оставшись совсем без одежды, я снова легла на спину, согнув левую ногу, чтобы хоть как-то закрыть обзор своего тела Северусу, так жадно смотревшему на меня. Он снова наклонился ко мне, проведя своей горячей ладонью по моему левому бедру, но я легко его оттолкнула и выразительно посмотрела на его брюки.
— Вы не пускаете меня в мою же кровать, мисс Велль? — пристально посмотрев на меня горящими от страсти глазами, тихо спросил он.
— Не в таком виде, профессор Снейп, — невозмутимо ответила я, снова посмотрев на чёрные брюки.
— Вот как… — прошептал он, а потом встал с кровати, скинул с себя незастёгнутую чёрную сорочку, затем снял ботинки, брюки, снова сел на кровать рядом со мной и, наклонившись, поцеловал мой живот. — А так?..
— Неужели мне сегодня совсем не удастся поспать? — прошептала я, когда он немного отстранился от меня и опять посмотрел мне в глаза. — Надо же, профессор Снейп, ваши предыдущие девушки, наверное, на вас молились.
— Да, может быть, если бы они были… — усмехнувшись, произнёс Снейп, оказавшись прямо на мне и всё так же пристально и страстно смотря в мои глаза.
— Неужели у тебя никого не было до меня?.. — удивлённо уточнила я, застонав от прикосновения его горячих губ к моей шее.
— Нет, — выдохнул он, проведя ладонью по моей левой груди.
— Мне очень трудно в это поверить, особенно учитывая то, что было в твоём кабинете двадцать минут назад, — произнесла я, находясь на грани безумия от прикосновений его горячих губ к моей обнажённой коже. — Откуда ты тогда?..
— Я просто делал то, что мне… хотелось, — глубоким бархатным голосом пояснил Северус, поцеловав мою правую грудь. — Интуитивно…
— Как же хорошо у вас развита интуиция, профессор! — воскликнула я, уже изнемогая от желания. — И что же она подсказывает вам делать сейчас?
— Вот что… — прошептал он, схватив меня за бёдра, а потом снова вошёл в меня.
Северус стал понемногу ускорять свои движения, а из моей груди вырывался один протяжный стон за другим. Когда профессор наклонился ко мне, чтобы жадно поцеловать, я крепко обхватила его спину и, резко дёрнувшись вбок, перевернула его так, что теперь он лежал на спине, а я — сверху.
— Очень хорошо… — прошептала я, наклонившись и легко поцеловав его горящие огнём губы. Теперь была его очередь стонать от удовольствия, как только я начала медленно двигаться. — Как ты хочешь: вот так, медленно, или быстрее?
— Быстрее… — выдохнул Снейп, снова громко застонав и обхватив руками мои бёдра.
— Умоляй меня, — приказала я шёпотом, наклонившись к его левому уху, намеренно двигаясь медленнее, чем полминуты назад.
— Умоляю… — застонал Северус в ответ, проведя горячими ладонями по моему телу снизу вверх до самых плеч. — Тина, пожалуйста…
— Неубедительно, — хищно улыбнувшись, проговорила я, продолжая медленно двигать бёдрами вверх-вниз. — Я вам не верю, профессор…
— Тина! — отчаянно крикнул он, сжимая своими ладонями мою совсем немаленькую грудь. — Пожалуйста!
— Не верю, — едва слышно выдохнула я над самым его левым ухом, хотя сама в это время почти что сгорала от его слов.
— Тина… — из последних сил прошептал Северус, крепко хватаясь за мои плечи своими руками. — Умоляю…
— Кончай, — приказала я, оперевшись ладонями на его грудь и начав быстро поднимать и опускать таз, — кончай, Северус!
— Тина! — последнее, что услышала я, прежде чем моё тело свела знакомая судорога блаженства, и я, широко открыв рот, беззвучно закричала.
Когда она отступила через минуты полторы, я мельком заметила, что и на лице моего любовника застыла такая же гримаса невероятного блаженства. Я обессиленно легла ему на грудь, пытаясь хоть немного отдышаться. Да, давно, очень давно я не чувствовала чего-то подобного. И как же меня сейчас заводило это всё…
— А теперь я могу пойти к себе в спальню? — делая глубокие вдохи через слово, спросила я, легко коснувшись левой рукой правого плеча Северуса.
— Почему ты всё время хочешь сбежать от меня, Тина? — услышала я такой же прерывистый вопрос. — Я тебя не выгоняю из своей спальни… можешь пока немного отдохнуть, а потом…
— Немного отдохнуть? — ошеломлённо переспросила я, привстав и посмотрев в блестящие чёрные глаза. — Я правильно тебя поняла, ты решил сегодня отыграться на мне за всех тех девушек, что у тебя не было до меня?
— Вас что-то не устраивает, мисс Велль? — усмехнувшись, поинтересовался он, положив свою сильную ладонь на мою спину и прижав меня к себе, наверное, чтобы я точно от него не сбежала.
— О, боги… — выдохнула я, снова положив голову на левое плечо профессора, только сейчас поняв, что поспать мне сегодня точно не удастся. А вот моё подсознание радостно потирало руки в предвкушении очередной полной блаженства судороги. И, возможно, даже и не одной…
***
Резко дёрнувшись во сне, я проснулась и растерянно поморгала пару раз, пытаясь привести спутанные мысли хоть в какой-то порядок. И буквально через одну минуту я вдруг осознала, что лежу на горячей груди обнажённого мужчины, мирно спавшего рядом и крепко обнимавшего меня. От осознания этого факта мои глаза открылись шире, чем когда бы то ни было, а потом в сознании стали всплывать фрагменты вчерашнего вечера и… ночи.
«Господи, что же я натворила?! — воскликнула я про себя, поняв, что рядом со мной лежит мой преподаватель Зельеварения, с которым я вчера вечером переспала сначала в его личном кабинете прямо на рабочем столе, а потом ещё и не один раз в этой самой кровати. — Чтобы я хотя бы ещё раз выпила что-то крепче тыквенного сока!»
Очень аккуратно высвободившись из крепких объятий Снейпа, я в полумраке нашла свою юбку с блузкой и, кое-как их накинув, взяла в руки туфли и на носочках вышла из комнаты. С отчаянием нажав на дверную ручку, я изо всех сил молилась про себя, чтобы у меня получилось открыть её без помощи магии, ведь мне так не хотелось, чтобы зельевар застал меня в своей спальне. Я готова была просто сгореть от стыда за то, что вчера с ним творила. К счастью, боги услышали мои молитвы, и дверь открылась, немного скрипнув. Ловко проскочив в образовавшуюся щёлку, я прошла босиком пару шагов по тёмному коридору, потом надела туфли и быстрым шагом направилась в свою гостиную, чтобы весь оставшийся день уничтожать себя за произошедшее накануне.