— И после этого ты стала такой странной, Полоумна?! — за нашей спиной загоготал главный красавчик школы, гордый и неприступный Эдриан Пьюси, слизеринец на седьмом году обучения.
Остальные слизеринцы и пара девочек, которые всегда вились вокруг него, засмеялись в ответ, а Луна как ни в чём не бывало старалась не обращать на них внимания. Но меня его тон задел до самой глубины души.
— Эй, Пьюси! — громко крикнула я парню, и он и остальные изумлённо уставились на меня, видимо, поразившись моей наглости. — А тебе слабо искупаться в холодненькой водичке посреди зимы?
— А тебе, Велль? — с вызовом переспросил меня гордый красавец, как только пришёл в себя. Он явно не привык, чтобы с ним разговаривали в таком тоне.
— Да мне-то точно нет, я ведь не такая слабачка, как ты, — я подошла к нему на два шага ближе и дерзко посмотрела прямо в холодные голубые глаза.
— Спорим, что слабо? — Пьюси протянул мне свою большущую ладонь, и я незамедлительно уверенно пожала её.
— Спорим, — со сталью в голосе ответила я, не отводя от него взгляда. — На желание. Если я не искупаюсь в проруби в этот четверг, то я выполню любое твоё желание…
На последнем слове я немного наклонила голову вбок и, улыбнувшись, посмотрела на него своим самым обольстительным взглядом. Я прекрасно знала, что, когда мне нужно, я могу очаровать кого угодно. И мой план сработал: в его глазах тут же появились искры заинтересованности, и я тем временем продолжила объяснять правила нашего спора:
— Но если искупаюсь, то ты выполнишь любое моё желание. Любое. Согласен?
— Да, — шёпотом произнёс слизеринец, а интерес в его глазах разгорался ещё сильнее.
— Берегись, Пьюси, у меня очень… извращённая фантазия, — произнося последние слова, я подошла к нему вплотную и поправила его зелёный галстук. Затем резко развернулась и направилась к своему месту, ни капли не сомневаясь, что Эдриан ещё минут пять продолжал смотреть мне вслед.
— Тина, ты ведь это несерьёзно? — ко мне сразу подбежали Невилл с Луной и неразлучная троица. Тон моего друга был крайне обеспокоенным, но я невозмутимо ответила:
— Почему нет, Невилл? В четверг как раз будет Крещение, православный праздник. И в этот праздник принято купаться в проруби. Так сказать, совмещу приятное с полезным и вспомню старые традиции…
— Тина, ты с ума сошла?! — воскликнула Гермиона, но я так же невозмутимо посмотрела на неё и пояснила:
— Я не позволю никому издеваться над таким замечательным человеком, как Луна. Гермиона, поверь мне, я прекрасно знаю, на что иду. И я знаю, что выиграю этот спор. И этот наглец ещё узнает, каково это — терпеть издевательства.
В этот момент зазвонил колокол, приглашая всех собравшихся начать завтракать, и мои друзья расселись по своим местам. Я нисколько не жалела о том, что решилась заступиться за свою подругу и поставить на место этого самоуверенного парня. Но к одному правильному выводу в то утро я всё же пришла.
«Северусу точно необязательно знать про этот спор, — подумав об этом, я мельком взглянула на него и загадочно улыбнулась, а профессор вопросительно посмотрел на меня в ответ. — Да, точно необязательно».
***
— Северус, а ты в курсе, что сделала Беллатриса Лестрейндж с родителями Невилла? — задумчиво спросила я профессора, лёжа в его крепких объятиях в спальне декана Слизерина в ночь со среды на четверг.
— Конечно, Тина, — тихо ответил он, проведя кончиками пальцев по моему правому предплечью. — Это ужасно. Она много чего ещё сотворила омерзительного, поверь мне. Безумная женщина.
— Как ты можешь терпеть её? Как ты можешь так спокойно разговаривать с ней? — я недоуменно посмотрела на своего любовника, а тот лишь горько улыбнулся мне:
— Тина, теперь ты понимаешь весь ужас моей работы на Дамблдора? В окружении Волан-де-Морта много таких, как она. Но переплюнуть Беллатрису, конечно, непросто…
— Господи… — выдохнула я и, взяв правой рукой его левое предплечье, снова вгляделась в чёрную метку.
Я провела по татуировке кончиками пальцев, и Северус невольно поморщился: он явно не привык к прикосновениям в этой области. Тогда я наклонилась немного вперёд и, поднеся к своим губам предплечье профессора, поцеловала его.
— Тина… — прошептал Северус, словно в этот момент он почувствовал боль.
— Мой герой… — я посмотрела ему прямо в глаза и улыбнулась, а Северус, обхватив своими горячими ладонями моё лицо, начал неистово покрывать его поцелуями. — Мой герой…
***
Мы с Пьюси договорились, что сразу после занятий в четверг встретимся на Чёрном озере, чтобы разрешить наш спор. В итоге все собрались, когда солнце уже начало подходить к горизонту. Народу собралось немало, ведь про наш спор сразу стало известно чуть ли не всей школе. Слава богу, что ни один преподаватель ещё не прослышал про него, иначе всё могло пропасть.
Когда я подошла к компании слизеринцев, то неподалёку от них уже было проделано небольшое окно во льду озера, что не могло меня не радовать, ведь колдовать я не могла, а вот так проколоться у всех на виду мне очень не хотелось. Я самоуверенно улыбнулась им и крикнула:
— Я смотрю, ты уже всё приготовил, Пьюси! Как это мило с твоей стороны!
— Всё для тебя, Велль, — усмехнувшись, ответил Пьюси, а затем грубо добавил: — Только никакой магии!
— Обижаешь… — я достала свою волшебную палочку из кармана мантии и, помахав ею перед слизеринцем, положила на сумку, которую уже успела бросить на снег.
— Тина, не надо этого делать! — крикнул мне с ужасом в голосе Невилл, но я посмотрела на него своим убийственным взглядом и твёрдо произнесла:
— Невилл, не мешай, пожалуйста.
Снова сконцентрировав всё своё внимание на Эдриане, я расстегнула свою тёплую мантию, и в этот момент за моей спиной раздалось присвистывание. Не обращая никакого внимания на присутствующих, я медленно сняла с себя голубой свитер с юбкой, стараясь, чтобы каждое моё движение выглядело как можно привлекательнее. Он, как зачарованный, не сводил с меня глаз, а я коварно улыбалась ему в ответ, уже придумав, как буду мстить за обидные слова в адрес Луны.
Наконец, я осталась в одном чёрном раздельном купальнике, который мало что скрывал, если честно. Все сразу же оценили мои формы и мою агрессивную татуировку во всю спину, благо никто из присутствовавших не знал про шрамы и их происхождение, но я, нисколько не стесняясь, снова подошла к своей сумке, аккуратно свернула свою школьную форму, а затем достала оттуда полотенце и бутылку.
— Я знаю, что мы договаривались обойтись без магии, но небольшой допинг я всё-таки использую, — опять соблазнительно улыбнувшись, я открыла бутылку и залпом сделала пару больших глотков огневиски. Вокруг меня сразу раздался одобрительные возгласы парней, а на лицах среди присутствовавших девочек читался страх и ужас. Особенно на лице Гермионы, которая, как и Невилл, с самого начала не одобрила мою затею.
Закрыв пробкой бутылку и кинув её в сугроб, я перекрестилась:
— Ну, с Богом!
И, подбежав к краю проруби, прыгнула в неё с головой. И в это же мгновение моё тело словно пронзила тысяча иголок, а грудную клетку сжали стальные тиски. Казалось, что сейчас я потеряю сознание, но остатками его я всё-таки умудрилась заставить себя всплыть на поверхность. Как только я вынырнула, вокруг меня сразу раздался оглушительный шум и аплодисменты. Все восторженно закричали, а я улыбалась толпе.
— Как водичка, Велль? — спросил насмешливым голосом наглец Пьюси, когда подошёл к краю проруби и восхищённо посмотрел на плававшую меня.
— А ты сам потрогай! — предложила я ему и как только Эдриан наклонился и опустил свою правую руку в воду, резко схватила его за запястье и утащила под воду. Оказавшись в ледяной воде, он вскрикнул от неожиданности, а я только громко рассмеялась:
— Ты проспорил мне желание, красавчик!
Но не успела я как следует насладиться своим триумфом, как в воздухе раздался пронзительный крик:
— Мисс Велль! — в нашу сторону направлялась Минерва МакГонагалл, и она была не одна. Рядом с ней быстрым шагом к нам направлялась ещё одна фигура, и я даже издалека могла догадаться, кто это был, по развевавшейся на ветру чёрной мантии.