Из-за неё погибли родители Гарри Поттера. Из-за неё родители Невилла Долгопупса, дружбу которого она так ценит, были запытаны до потери памяти Беллатрисой Лестрейндж. Из-за неё погибла Лили.
Из-за неё ли? Разве это не я подслушал тогда то роковое пророчество? Разве не я тогда передал его Волан-де-Морту? Разве не я навёл его на мысль, что это именно ребёнок Лили может быть ему помехой? Мог ли я тогда знать, чем это всё обернётся? Могла ли она знать?
Нет, не могла. «Я так хотела, чтобы он жил, жил несмотря ни на что…» Мог ли я поступить по-другому на её месте? Мог ли я, заранее зная, что своими поступками создам чудовище, пожертвовать жизнью той, что любил больше жизни?
Нет, не мог. И она не могла. Она не могла знать тогда, чем это всё обернётся. Она умерла тогда с единственной мыслью, что остался жив тот, кто был ей так дорог. Она сделала всё, чтобы он был жив. Всё.
Почему? Почему именно она, почему именно Тина заменила мне Лили? Почему именно она стала для меня всем? Почему судьба так жестока к нам?
Я люблю её? Разве что-то изменилось со вчерашнего вечера, когда я готов был умереть от счастья, что Тина, наконец-то, очнулась? Разве что-то изменилось с того времени, как я молился у её кровати, молился, чтобы она вернулась ко мне?
Нет. Я люблю её. Она для меня всё. И теперь я окончательно понял Тома. Я понял, почему он стал таким. Я бы легко поверил её словам. Я бы покончил с собой, если бы она сейчас бросила меня. Если бы она сказала, что всё, что между нами было — это игра. Что это неправда. Ложь.
А он… он решил мстить. Мстить остальному миру. Мстить смерти, что забрала её у него. Я никогда бы в это не поверил, но теперь я понимал его.
Он всё ещё любит её? Он хочет вернуть её? Или… он хочет отомстить ей? «Он никогда не простит меня. Никогда» . Он хочет отомстить.
Почему тогда он послал этого патронуса? Почему он спас её? Может, сейчас ещё не время? Да, у этого человека всё всегда рассчитано даже не на пять, а на десять ходов вперёд. Она внезапно ворвалась в нашу жизнь. Внезапно ворвалась в его намерения. Но теперь он, скорее всего, придумал план мести. Он точно хочет причинить ей такую же боль, что она когда-то причинила ему. «Тина… Да, по сравнению с этой все твои предыдущие переделки… просто мелочи жизни. Как же ты могла ввязаться в такую историю? Как же ты могла создать её?»
Я встал из-за стола и, подойдя к своему шкафу, достал оттуда бутылку огневиски, ту самую, что я не мог допить вот уже два года. Она была почти полная. Но сегодня мне нужно было забыться, мне нужно было… потерять разум… хоть на несколько часов. Моя голова просто разрывалась от той информации, что я получил сегодня. От тех выводов, что пришли ко мне в голову.
Я выпил залпом вот уже два стакана, но забвение всё никак не приходило ко мне. Мой разум оставался всё таким же чистым. Я думал.
«Я не дам Тине узнать правду. Я сделаю всё, чтобы она ничего не узнала. Правда сведёт её с ума. Я не дам ему причинить ей вред. Я не позволю ему отомстить ей. Даже если для этого мне придётся убить его. Пусть так. Я не отдам её. Ни за что».
От этих мыслей я разразился горьким смехом в пустом кабинете, выпив третий стакан дурманящей жидкости. «Как же всё могло так получиться?..» И в этот самый момент дверь в мой кабинет со скрипом приоткрылась.
***
В этот день у меня было очень много посетителей. Все так безумно были рады, что я в конце концов пришла в себя, что выстроилась целая очередь из желавших лично пожелать мне скорейшего выздоровления. И меня до глубины души тронуло то, как все переживали за мою жизнь. Да, Хогвартс теперь тоже стал для меня домом. Он был домом для всех, у кого не было семьи. Не было оплота.
Я очень долго ждала отбоя. Я просто уничтожала себя мыслями, что Северус из-за меня столько… страдал. Я ненавидела себя за это. «Как я могла так поступить с ним?!» — снова и снова задавалась я вопросом, занозой сидевшим у меня в душе.
Но как только зазвонил колокол, и все мои гости разошлись по своим комнатам, никто не появился рядом. Никто не появился ни спустя двадцать минут, ни спустя сорок. Ни спустя час.
«Он же обещал… — проносилось у меня в голове, а сердце сжималось от страха. — Что-то случилось!».
Не в силах больше терпеть эту пытку, я вскочила с кровати и тут же упала на холодный пол. Моя кожа была словно гранит, но ноги отказывались меня держать, а мозг — ориентироваться в пространстве.
— Тина! — возмущённо воскликнул Лестат, появившись из ниоткуда и взяв меня на руки, уже собрался вернуть в кровать, но я начала сопротивляться. Я уже была не такой сильной, как непосредственно после того, как кровь вампира попала ко мне в организм, но всё же могла оказать на него определённое воздействие. — Что ты творишь?!
— Северус!.. — жалобно простонала я брату и посмотрела прямо в фиалковые глаза. — Он обещал прийти… Что-то случилось…
— Ты хочешь найти его? — догадался Лестат, и я кивнула ему. — Я слышу его. Он в своём кабинете. Отнести тебя?
— Да, — прошептала я и крепче обхватила его за шею.
Буквально через сорок секунд мы оказались перед дверью личного кабинета профессора Зельеварения. Лестат поставил меня на ноги, и я схватилась за ручку двери, чтобы не упасть.
— Всё в порядке… — тихо сказала я и, открыв дверь, добавила: — Если что, ты знаешь, где я…
Лестат через секунду исчез, а я на непослушных ногах зашла внутрь. Оглядевшись по сторонам, я заметила, что зельевар сидит на своём обычном месте за массивным чёрным столом. А перед ним стояла бутылка с алкоголем, выпитая почти наполовину и полный стакан.
— Северус?! — удивлённо воскликнула я, и Снейп сразу поднял на меня свой взор, по которому я смогла оценить его состояние. — Ты пьян?!
Ошеломлённая этим зрелищем, я попыталась сделать пару шагов вперёд, но ноги всё никак не хотели меня слушаться, и я снова упала. Профессор в строгом чёрном костюме моментально вскочил со своего места и подбежал ко мне.
— Что ты тут делаешь, Тина? — удивлённо спросил он и, приобняв, помог мне встать на ноги.
А у меня от обиды из глаз покатились кровавые слёзы. Я посмотрела на него и прошептала:
— Ты обещал прийти ко мне… ты обещал… я ждала тебя… — я обхватила его лицо ладонями, и он немного поморщился от их холода. Заглянув ему в глаза, я совершенно точно поняла, что что-то не так. — Что случилось?
— Тина… — профессор крепко обнял меня и положил свою голову мне на плечо. Он судорожно вдыхал запах моих волос, словно боялся, что я испарюсь в это же мгновение. От такого его поведения тревога в моей душе только нарастала.
— Что случилось, Северус? — нервно спросила я, а слёзы вовсю катились по моим щекам. — Почему ты напился? Ты ведь никогда до этого…
— Тина… — зельевар отклонился немного назад и посмотрел на меня своими чёрными, такими глубокими и полными невыразимой печали глазами, а затем задал немного странный вопрос: — Ты меня любишь?
— Да, — прошептала я в ответ. Я не понимала, зачем он это спрашивает. Он ведь и так всё прекрасно знает.
— Скажи мне это, Тина, — так же шёпотом потребовал он.
— Я люблю тебя, Северус, — громко и чётко произнесла я, а потом добавила уже более тихим голосом: — Я люблю тебя.
Я впервые сказала ему эти слова вслух. Но я нисколько не кривила душой. Я действительно любила его.
— А Тома? — Снейп тут же задал свой следующий, не менее странный вопрос, и я изумлённо посмотрела на него.
— При чём здесь?.. — начала я возмущаться, но он резко перебил меня:
— Тина, ответь мне! Ты любишь его?
— Да, — я послушно выполнила его приказ. — Я люблю его. Я люблю вас обоих. И не надо спрашивать меня, кого сильнее. Нельзя любить одного человека больше или меньше другого. Ты или любишь, или нет. А я люблю тебя. И его. Зачем ты спрашиваешь меня? Ты что-то узнал?
На мгновение на лице Северуса промелькнул страх, но он сразу крепко сжал меня в объятиях и прошептал:
— Нет… я просто выпил лишнего… Я ужасно тебя ревную… прости меня…