Мануэлла Юрьевна Макута
Тени Равенсхолма
1. Равенсхолм
"Вампиры- темные сущности, питающиеся человеческой кровью. Упырь, вампанец, вампир, мертвяк, кровосос- у детей ночи много имен, но суть их едина. Жизнь ради крови, кровь ради жизни. В этой книге собраны знания об этих порождениях тьмы, которые могут помочь вам, если вы, не приведи Господи, столкнетесь с одним из них.".
Виктор Харт, " Вампирские хроники". "
Узкие улочки Равенсхолма тонули в вечерней мгле. Старинные фонари, словно глаза ночных стражей, отбрасывали тусклые желтоватые круги света на брусчатку. Городу было более семи веков, и каждый камень здесь помнил времена, когда на площадях пылали костры инквизиции, а в подвалах благородных домов происходили тайные собрания тех, кто избежал истинной смерти. Почти каждый ребенок в городе с детства знал о древней истории охоты на ведьм и прочую нечисть, и отнюдь не школьная программа тому способствовала- собственные родители перед сном частенько любили рассказывать непослушным чадам, что за непослушание их заберёт злая ведьма, или же упырь, обернувшись летучей мышью, влетит в комнату непослушного ребенка, который не дремлет в своей кроватке, чтобы испить сладкой детской крови. А тем из детей, кто любил вечером погулять далеко от дома, говорили, что оборотень со сверкающими во тьме глазами схватит такого ребенка- и мигом унесёт в непроходимый темный лес. Нет, дети в Равенсхолме не имели детских травм, связанных с жуткими родительскими рассказами, но и не были излишне послушны и покладисты, боясь нечисти. Они просто не верили во все это, воспринимая услышанное как жуткие сказки.
Но одна из жительниц городка, Элеонора Харт, с детства знала, что в Равенсхолме существуют две реальности. Одна — для обычных людей: с рассветами и закатами, рождениями и похоронами, работой и праздниками. Вторая, скрытая от любопытных глаз, принадлежала тем, кого называли различными именами, но чаще всего — просто Бессмертными. Или, за их спинами, вампирами. Порождениями ночи, детьми Тьмы, упырями, кровососами — люди давали множество имен и прозвищ древнему злу, вера в которое со временем осталась лишь на экранах кино или страницах книг для молодёжи о том, как древний вампир влюбляется в обычную старшеклассницу. В реальности всё было гораздо прозаичнее и проще. В пищевой цепочке " вампир- человек" больше не было насилия, которое сплошь и рядом присутствовало раньше. Наоборот, сейчас стать донором для вампира считалось почетной участью, только для избранных. Элеонора знала это, верила- и никогда не видела одновременно. Как так может быть? Все очень просто- отец Элеоноры, Виктор Харт, был самым известным охотником на вампиров в трёх провинциях. Официально- историк и консультант полиции по особым делам. Неофициально — глава тайного общества "Серебряный крест", чьё существование так же тщательно скрывали, как и присутствие нежити в стенах города. Многие века велись споры- кто же из них более жестокий и опасный, вампиры или члены братства, что раньше не гнушались ничем перед проставленной целью. Человеческие жертвы, разрушения, хаос? Ничего из этого не было преградой для охотников. Но их кодекс многие десятилетия претерпевал изменения, чтобы дойти до наших дней в самой мягкой из когда-либо существовавших форм. Так вот, Виктор очень оберегал свою дочь от всего, что связано с тьмой и её порождениями. Но, при этом, с самого детства посвящал дочь в то, что другим показалось бы абсолютным бредом выжившего из ума родителя. В существование детей ночи. В их, семьи Хартов, собственное предназначение.
— Ты никогда не должна забывать, кто мы, — повторял отец с тех пор, как Элеоноре исполнилось семь лет. — Мы- не убийцы. Мы всего лишь хранители равновесия.
Теперь, в свои двадцать два, она прекрасно понимала, что означали эти слова.
Впрочем, много девушка не знала. Например, что Равенсхолм давно жил по негласному договору, заключённому столетия назад. Вампиры не убивали людей, довольствуясь добровольными донорами. Люди закрывали глаза на существование бессмертных, а такие как её отец следили, чтобы ни одна из сторон не нарушала правила. Виктор Харт считал, что не стоит делать из дочери слепое подобие себя, он жалел её, надеясь, что Элеонора сможет хоть немного пожить своей жизнью, прежде чем превратится в охотника, человека, одержимого страстью охоты не менее, чем те, на кого он охотится, вампиры.
Элеонора поправила воротник тёмно-синего пальто и ускорила шаг. Вечерний туман стелился по земле, обволакивая ноги холодными щупальцами. Сегодня она задержалась в библиотеке университета дольше, чем планировала, а возвращаться в темноте через Старый город было не лучшей идеей.