Кафе «Сумеречный час» в этот вечер было почти пустым. Элеонора забралась в угловую кабинку, заказала горячий шоколад и достала учебник по древней литературе. Завтра у профессора Валериана семинар, а она ещё не дочитала рекомендованные тексты.
Себастьян Валериан... Элеонора почувствовала, как щеки наливаются румянцем. Высокий, элегантный, с едва заметной сединой в темных волосах, несмотря на то, что ему едва за тридцать. Глубокий голос, который заставлял её внутренне трепетать каждый раз, когда он произносил её имя на занятии.
— Мисс Харт? — Элеонора подскочила от неожиданности. Профессор Валериан стоял у её столика, с книгой в руке и легкой улыбкой на губах. — Простите, я не хотел вас напугать.
Снова на "вы", хмурый, словно бы ему самому была неприятна эта случайная встреча. А случайная ли? Но нет, не думает же она всерьез, что профессор следит за ней? Или, всё же, следит?
— Профессор! — Элеонора чуть не опрокинула чашку. — Ничего, просто я задумалась...
— Готовитесь к завтрашнему семинару? — он указал на учебник. — Похвально. Не возражаете, если я присоединюсь к вам? В такие вечера одиночество может быть... обременительным.
Элеонора кивнула, не доверяя своему голосу. Было что-то гипнотическое в его глазах, в их глубоком синем цвете, который в приглушенном свете кафе казался почти фиолетовым. Ещё и его манера вовремя переключаться с отношений мужчины и женщины на отношения студентки и профессора была отточена до идеала. Только она собиралась высказать ему, что их общение стало уж слишком интимным, близким, как он надевал маску холодного преподавателя, которого интересует лишь наука. И Элеонора попросту не могла ничего сказать, ведь тогда бы вышло, что она преувеличивает, или, что ещё хуже, выдает свои мечты за реальность.
Они говорили о литературе, о древних мифах, о том, как представления о бессмертии меняли культуру человечества, как мечты о вечной жизни рефреном звучали во многих произведениях. Жизнь после смерти не заканчивается, душа вечна. Валериан говорил сдержанно, иногда останавливаясь, словно тщательно выбирая слова.
— Вы когда-нибудь думали о том, что значит жить вечно, мисс Харт? — спросил он внезапно, отодвигая чашку с нетронутым кофе. — О том, что это значит — наблюдать, как проходят века, как умирают все, кого ты знал, как мир меняется до неузнаваемости?
— Звучит одиноко, — ответила она искренне.
— Да, — его голос стал тише. — Это... очень одиноко.
Когда они вышли из кафе, уже стемнело. Профессор настоял на том, чтобы проводить её домой.
— В последнее время в Равенсхолме случались странные происшествия, — сказал он, глядя куда-то в сторону. — Молодым женщинам лучше не ходить в одиночестве.
По дороге они прошли мимо полицейского участка, у входа в который Элеонора заметила знакомые фигуры. Отец и мать Бена, мистер и миссис Гризерс.
— Добрый вечер. — воскликнула она, останавливаясь.
Мистер Гризерс стоял на ступенях участка, его лицо было осунувшимся и уставшим.
— Мистер Гризерс! Что случилось? — Элеонора взволнованно подошла к нему, уже предчувствуя нехорошее- уж слишком подавленными они оба выглядели.
— Элли, — мистер Гризерс нервно пригладил волосы, оглянувшись на жену. Та лишь продолжила вытирать платком слезы. — Мы звонили тебе, думали, Бен с тобой. Его телефон не отвечает, а сам он должен был быть дома ещё три часа назад.
Элеонора виновато достала телефон — действительно, три пропущенных звонка.
— Прошу прощения. Я поставила на беззвучный. Что-то случилось?
— Мы хотели подать заявление о пропаже сына, — сказал мистер Гризерс устало. — Бен пропал.
Элеонора замерла. Бен... пропал?
— Я... -она вспомнила последнее сообщение. — Он писал мне сегодня. Хотел встретиться у библиотеки. Это было несколько часов назад. Возможно, у него разрядился телефон? Или он чем-то занят.
Рядом возник профессор Валериан, его лицо было непроницаемым.
— Мистер Гризерс, если не ошибаюсь, тот молодой человек, который устроил сцену в университетском кафе? — спросил он ровным голосом.
— Да, это он, — кивнул отец Бена, не подозревая, что говорит со вторым участником той сцены. — Вы его знаете?
— Мы имели несчастье столкнуться, — Валериан слегка сжал губы. — Весьма импульсивный юноша.
— Мы не знаем, как быть. — вступила в разговор Роза Гризерс- Бен...Они говорят- всхлипнув, указала она рукой на дверь отдела полиции, — Что для взрослых нужно выдержать трёхдневный срок, прежде чем подавать заявление. Что Бен мог загулять. Но я знаю, он ведь не такой. К тому же, он никогда бы не пропустил семейный ужин, а у нас сегодня тетя Сара и дядя Эдвард. И я приготовила его любимые пирожные, Бен их так любит.