12. Марта
Серые облака заволокли небо, и комнату окутал полумрак, хотя было всего три часа дня. Элеонора сидела за письменным столом, рассеянно просматривая записи к курсовой работе. События прошлой ночи не давали сосредоточиться. Перед глазами стояла картина: элегантная брюнетка в алом платье входит в дом профессора Валериана, а затем... то, что она увидела потом, заставляло руки Элеоноры дрожать. Да ещё и отец был странным, на самого себя не похожим. Девушка долго обдумывала, последовать ли его требованию, или же ожидать чего-то, но чего тогда? Что отец вернётся и скажет, что ошибся и ей не стоит одной идти к самому настоящему вампиру? А, может быть, так он проверял её? Своеобразное испытание перед тем, как посвятить дочь в дела ордена полностью. Выполнит ли приказ не думая, или же будет действовать осторожно и рационально? Вполне себе похоже на то, только вот что выбрать? Поддаться голосу разума и остаться дома? Её позвалят за то, что умеет мыслить логически и принимать решения самостоятельно. Но вдруг это будет означать провал, если от нее требуется беспрекословное подчинение. Тогда, пойти к Себастьяну? Её, вероятно, перехватят где-то на полпути, похвалив за то, что действовала, не обдумывая приказа.
Звонок в дверь прервал поток мыслей. Элеонора знала, кто это — Марта всегда приходила по вторникам и пятницам. Пока отец был в отъезде, Элеонора предпочла бы остаться одна, но отменять устоявшийся порядок казалось слишком подозрительным.
— Мисс Элеонора! — Марта, красивая темноволосая женщина лет сорока пяти, с улыбкой вошла в дом, отряхивая капли дождя с плаща. — Какая мерзкая погода, не правда ли?
— Здравствуй, Марта, — Элеонора попыталась улыбнуться в ответ. — Да, погода ужасная.
— Я встретила миссис Гризерс по дороге, — Марта сняла плащ и повесила его на крючок в прихожей. — Говорит, их Бен наконец объявился. Вы ведь, кажется, учитесь вместе?
Элеонора напряглась.
— Да, учимся. А она сказала, что с ним случилось? Они так переживали...
Марта принялась вытирать пыль с полок гостиной, беспрестанно болтая:
— Несколько суток пропадал! Представляете? Родители с ума сходили, полиция искала. А он явился, как ни в чем не бывало, только странный какой-то, говорят. Будто подменили парня.
Элеонора вспомнила, как Бен раньше не давал ей прохода — постоянно приглашал на свидания, когда-то даже дарил цветы и писал стихи. Поначалу это льстило, но вскоре стало утомлять. Поэтому она честно сказала Бену, чтобы прекратил свои ухаживания. Она никогда не воспринимала его всерьез. Но в последнее время Бен будто опасность в лице Себастьяна почувствовал, и начал доставать Элеонору с удвоенной силой.
— Я бы чаю выпила, — сказала Марта, закончив с полками. — Не присоединитесь, мисс Элеонора?
Элеонора кивнула, радуясь возможности хоть ненадолго отвлечься от тревожных мыслей. Она поставила чайник и достала серебряный сервиз — подарок бабушки. Отец часто настаивал, чтобы его использовали даже для повседневного чаепития.
— А как ваш отец? — поинтересовалась, будто невзначай, Марта, садясь за кухонный стол. — Когда вернется профессор Харт?
— Через неделю, — ответила Элеонора, расставляя чашки. — Конференция в Вене затянулась. — выдала она привычную ложь.
Что-то мелькнуло в глазах Марты — то ли разочарование, то ли облегчение. Элеонора отвела взгляд. Она знала, что между Мартой и отцом давно существуют особые отношения. Они никогда не обсуждали этого, сохраняя видимость приличий, но иногда Марта оставалась в доме после ухода Элеоноры в университет. Однажды она нашла длинный темный волос Марты на подушке отца. Ну а в другой раз и сама Марта под утро выскользнула из отцовской спальни в халате.
— Я слышала, в университете сейчас настоящий переполох из-за какого-то профессора — Марта размешивала сахар в чае.
Чайная ложка выскользнула из рук Элеоноры и со звоном упала на блюдце. Но Марта имела в виду другого, а не того профессора с темными глазами, чье лицо постоянно стояло перед глазами дочери Виктора Харта.