— Покажи мне себя. — велел он- Я хочу на тебя посмотреть.
Встретившись с ним глазами, девушка увидела, какое дикое желание в них полыхает- и будто смирилась с судьбой. Этой ночью она станет его. Она медленно встала, стянув с себя тонкую ткань ночной рубашки, и уже собиралась снять трусики, как он приказал:
— Оставь.
Груди Элеоноры вздымались от участившегося дыхания, лёгкий ночной ветерок обдувал их, заставляя соски напрячься под жадным мужским взглядом.
— Ты прекрасна. — наконец, выдохнул Себастьян, подойдя ближе. Он взял в ладони её груди, слегка сжав пальцами соски. Так мучительно сладко, нежная тянущая боль пронзила девушку, отдаваясь пульсацией внизу живота. Опустив голову, он накрыл губами сосок, жадно втянув его в рот, слегка прикусывая- и тут же лаская языком. Элеонора не смогла сдержать тихого стона, подаваясь вперёд, навстречу его губам, она машинально сжала руки на его плечах, будто подталкивая. Себастьян, выпрямившись, усмехнулся.
— Голодная...- только и сказал полушепотом, а затем, развернув ее спиной к себе, опустил ладонь на её живот, скользя всё ниже и ниже, пока не достиг резинки тонких кружевных трусиков. Все эти действия он сопровождал то жадными, то нежными поцелуями шеи, плеч, заставляя Элеонору дрожать всем телом, откликнувшись спиной ему на грудь.
Он скользнул пальцами между влажных лепестков, накрыв средним пальцем пульсирующий клитор, истрогая из губ девушки рваные хриплые стоны. Выгнувшись, она расставила ноги, освобождая ему доступ.
— Пожалуйста... Пожалуйста...- умоляла, сама не зная о чем. Казалось, прекрати он сейчас — и она взорвется, разлетевшись на части. Но ещё несколько уверенных движений- и волна удовольствия захлестнула так, что Себастьяну пришлось закрыть ей рот, возбуждённо наблюдая за тем, как красивая девушка бьётся в его руках от судорог страсти.
Когда Элеонора пришла в себя, то бедняжке подумалось, что обернуться и взглянуть в глаза Себастьяну она не сможет никогда. Но он понимающе подошёл к кровати, взяв тонкое покрывало, завернул девушку в него.
— Ты не...Мы не...- попыталась она спросить о том, что будет дальше, но не смогла. Себастьян не стал делать вида, что не понял вопроса.
— Не сегодня. Не так, Элли. Я безумно хочу тебя. — между его бровей пролегла хмурая складка. — У нас ещё будут другие ночи. Множество ночей.
Обессиленно кивнув, Элеонора уткнулась лицом в его грудь, втягивая дурманящий мужской аромат.
— Давай спать? Я уйду на рассвете, а пока...
Он подхватил девушку на руки, вновь укладывая на кровать. А после лег рядом, прижав её к своей груди. И, кажется, Элеонора уснула под мерный стук его...сердца. Невероятно, но она будто бы слышала это мерное тиканье.
За окном начинал брезжить рассвет — время, когда миры людей и вампиров обычно расходились. Но для Элеоноры и Себастьяна этот рассвет знаменовал начало чего-то нового — союза, который, возможно, изменит судьбу обоих миров.
19. Совет бессмертных
"Множество случаев проявления вампирами своей сущности было засвидетельствовано по всему миру. В древней Греции ламии похищали младенцев, чтобы питаться их кровью. Поэтому на окно каждого дома перед сном клали несколько зубчиков чеснока. В Сербии, в селе Торлово, умер мельник. Спустя неделю в селе преставилось ещё восемь человек. Перед мучительной смертью люди чахли, хирели, отказываясь от еды и воды. А ещё все как один жаловались на покойного мельника — к каждому из несчастных упырь приходил по ночам, погружая в подобие сна, и пил их кровь. Когда из города приехала комиссия и врачи, была вскрыта могила мельника. Тот лежал будто живой, с перемазанным в крови ртом. "
Виктор Харт. " Вампирские хроники".
Зал Совета Бессмертных гудел от множества голосов. Новость о возвращении Ульриха и обнаружении "Сердца Тьмы" всколыхнула даже тех, кто обычно сохранял невозмутимость столетиями. Себастьян невозмутимо обводил взглядом всех его членов, но в голове пульсировали мысли об Элеоноре. О том, какой нежной и податливой...
— Это безумие! — восклицал Николай Дарк. — Сотрудничать с охотниками? Да они перережут нас, как только мы уничтожим Ульриха!
— А если мы не объединимся, Ульрих уничтожит всех нас, — возразил Себастьян. — Его создания становятся сильнее с каждым днём.
— Валериан прав, — неожиданно поддержала его Лидия Мортем. — Как бы мне ни претила мысль о союзе с "Серебряным крестом", сейчас речь идёт о выживании. Если Ульрих действительно активирует "Сердце Тьмы" в полнолуние, ни один человек или вампир в Равенсхолме не будет в безопасности.