Дома её ждал отец. Виктор Харт сидел на кухне, разложив перед собой карту, утыканную красными булавками. Охотник на вампиров не оставлял своего ремесла, даже когда принципы ордена изменились благодаря тому, что Себастьян Валериан пожертвовал собой, чтобы запечатать портал между мирами, из которого в наш мир могла пробраться тьма.
— Элли, — он улыбнулся, увидев дочь. — Ты рано сегодня.
— Последняя пара отменилась, — Элеонора бросила сумку на стул и открыла холодильник. — Что-то случилось? Ты обычно в это время на охоте.
Виктор откашлялся, убирая карту.
— Я хотел поговорить с тобой. Присядь.
Элеонора со вздохом опустилась напротив отца. Она знала этот тон — он означал "серьёзный разговор".
— Я беспокоюсь о тебе, дочка, — начал Виктор. — Прошёл год, а ты всё ещё... не здесь.
— Папа...
— Нет, дай мне закончить. Ты ходишь в университет, сдаёшь экзамены, но ты как в тумане. Я понимаю, что ты пережила. Потеря близкого человека...
— Он не просто "близкий человек", пап.
— Знаю. Но жизнь продолжается. У тебя две дороги, Элеонора. Либо ты продолжаешь жить прошлым, либо делаешь выбор.
Элеонора нахмурилась.
— Выбор?
— В следующем месяце я отправляюсь в Трансильванию. Там обнаружен новый клан, есть подозрения, что они причастны к исчезновениям местных жителей. Ты могла бы поехать со мной, начать обучение, стать охотницей, как я. Твои дампирские способности — весьма ценный ресурс.
Элеонора покачала головой.
— Я не хочу ни охотиться, ни убивать, папа. Даже вампиров.
— Тогда второй вариант — ты берёшь академический отпуск, и мы вместе едем в турне по Азии. Никаких вампиров, никакой охоты. Просто отец и дочь, которые путешествуют, смотрят мир. Тебе нужно сменить обстановку, Элли. Это место... слишком много воспоминаний.
Элеонора посмотрела в окно, на знакомый силуэт деревьев на фоне закатного неба. Её отец был прав — каждый уголок Равенсхолма напоминал ей о Себастьяне. Она проходила мимо его бывшего офиса в университете, видела аудиторию, где он вёл лекции, сидела в кафе, где они впервые разговаривали не как студентка и профессор, а как равные.
Но уехать означало бы признать, что он действительно ушёл навсегда. А она всё ещё ждала. Знака, весточки, чего-то, что подтвердило бы её веру в то, что Себастьян найдёт способ вернуться.
— Я не могу, папа. Я должна закончить университет. Я обещала....себе. и Себастьяну.
Виктор вздохнул, но не стал давить.
— Себастьян хотел, чтобы ты была счастлива, Элли. А не просто существовала.
Той ночью Элеоноре вновь приснился Себастьян. Он стоял на берегу озера Блэквуд, грустно вглядываясь в серебристые воды.
— Я скучаю по тебе, — сказала она во сне.
— Я тоже, маленькая полукровка, — его голос был как шелест листьев на ветру. — Каждую секунду.
— Почему ты не вернёшься?
— Я пытаюсь. Но есть законы, которые даже вампиры не могут нарушить.
— Я жду тебя, Себастьян. Каждый день.
— Знаю. Но тебе нужно жить, Элеонора. Жить по-настоящему.
Она проснулась с влажными глазами. За окном занимался рассвет. Ещё один бессмысленный день- день без него.
В университете Элеонора двигалась как сомнамбула. Лекции, семинары, библиотека — всё сливалось в один бесконечный день. Она снова встретила Мэвис в столовой, но сделала вид, что не заметила её робкой улыбки. Увидела Бена в коридоре — он быстро свернул в сторону, очевидно, всё ещё находясь под влиянием её непреднамеренного дампирского внушения.
Во время лекции по средневековой литературе Элеонора подняла глаза к двери аудитории и на мгновение замерла — ей показалось, что в дверном проёме мелькнула знакомая высокая фигура. Сердце бешено заколотилось. Себастьян?
Она вскочила с места, не обращая внимания на удивлённый возглас профессора Дженкинса, и выбежала в коридор. Пусто. Только смутное ощущение, что секунду назад здесь кто-то был.
— Себастьян? — прошептала она в пустоту, чувствуя, как к горлу подступают слёзы.
— Мисс Харт? — профессор Дженкинс появился в дверях. — Всё в порядке?
Элеонора кивнула, мысленно проклиная своё воображение. Кажется, она начинает потихоньку сходить с ума, зациклившись на возвращении Себастьяна. В этот момент на долю секунды решимость оставила её, уступив слабости. А, может быть, отец прав? Ей стоит двигаться дальше, жить, строить своё будущее? Этим она не предаст память Себастьяна? Ведь он никогда....Но тут же она оборвала мучительную внутреннюю борьбу, запретив себе и думать о подобном. Нет, она станет ждать. Столько, сколько понадобится. Ждать и верить.