Кери склоняется над влажно поблёскивающим камнем и аккуратно крючком запутывает капли, заставляя те отправиться в ведро. Занятно, что пламя никогда не иссушает эту влагу. В отличие от солнца. Так что надо поторопиться, пока то не поднялось достаточно высоко. А ещё забавно, насколько похоже то, что произошло с близнецами, на её собственное… Кери встряхивает головой, от чего привычный уже платок падает на плечи. Кери морщится. Впрочем — время раннее. Да и солнце ещё не поднялось. Она забивает голову мыслями о росе, солнце, туманных жителях Руин и прочих, без сомнения, важных вещах. Только бы не возвращаться к сравнению жизни близнецов и собственной.
Она монотонно орудует крючком, собирая росу и стараясь при этом не сильно отдаляться от башни.
Надо полагать, что на этот раз доставлять росу покупателю придётся тоже ей? Братик же не сегодня-завтра перестанет беситься от того, что заполучить диадему просто так не вышло, и закопается в книги… И, по-видимому, это означает, что и объяснять Кайту, как следует вести себя в Шайраше, тоже придётся ей…
Кери резко выдыхает и выпрямляется. Смеривает недовольным взглядом ведро, очищенные камни, выглядывающие из-за разрушенной стены сгустки тумана… Кивает, прикинув, что больше она всё равно не сумеет дотащить по лестнице — чары, сверх того, что она уже использовала, применять нельзя! — и разворачивается к башне.
А, может, всё же удастся донести до Лио, что обучать Кайта (хотя бы!) должен именно он?
***
Дождь. Уже которые сутки идёт дождь. Из-за него все дороги размыло, как глубокой осенью, и единственное спасение — использовать тропы. Только вот те действуют исключительно в пределах леса, а Яране, как признанной наследнице хагари Гильетт… Ярана уже привычно морщится на этом моменте… приходится покидать лес, чтобы добраться до отдалённых деревень.
Она чуть меняет положение, чтобы дать отдых затёкшей спине, и старается — незаметно даже для себя самой — отодвинуть книгу, что хагари Гильетт велела изучить до конца лета. Которого осталось не так, чтобы очень и много. Лебединая Ночь… Ярана с присвистом втягивает в себя воздух через сжатые зубы… Лебединая Ночь прошла тихо. Под шум дождя, начавшегося с наступлением темноты. И стоило бы порадоваться тому, что в этот раз не было никаких смертей… даже твари в этом году почти не появляются. За что, по-видимому, нужно благодарить Орена…
Ещё одна тема, заставляющая злиться. Орен. И Мира. Демонстративно отказывающиеся с ней общаться вот уже почти год. Ярана вздыхает, поправляя кружево на манжете… совершенно нелепый фасон! Только городские дурочки могут всерьёз думать, что это красиво! Да попробуй они хоть раз пособирать травы в таких тряпках!.. Не говоря уже о целительстве. Хотя, надо думать, для таких, как… Керья… только и способных, что петельки вывязывать, да строить из себя невесть что, такие платьишки в самый раз. В самый раз, чтобы показать, что они из себя представляют. Ярана вновь пододвигает к себе книгу об этих самых петлях и узорах. Которые всё никак не даются на том уровне, который хагари Гильетт сочла бы приемлемым.
Нет, она никогда не говорит, что её старшая внучка была более талантливой и пригодной для той роли, что теперь отдана Яране. Хагари Гильетт никогда не допустила бы такого промаха. Только вот Ярана — не слепая. И она прекрасно понимает, что…
Получается, что стоит поблагодарить того, кто убил в прошлом году любовника той девчонки из города… Только вот он же убил и Меора.
Ярана прикрывает глаза. Вслушивается в шорох дождя, который совершенно не приносит успокоения. Хотя раньше она его любила. Время давно перевалило за полдень, но за затянувшими небо тучами этого всё равно не различить. В лесу уже который день царят серые сумерки. И она бы сказала, что это как нельзя точно отражает то, что происходит с ней самой, но… Но какая же это глупость! Выражаться подобным слогом… Помнится, Керья… она не раз и не два проходилась по каким-то книжечкам о любви, которыми зачитывается её тётя… И, кажется, даже цитировала оттуда что-то. И это что-то было подозрительно похоже на те мысли, что сейчас пришли Яране в голову. Она кривит губы. Не хочется признавать, что отношение к подобному у неё и Керьи схоже. Совсем не хочется. Но…
Ярана вздыхает и поднимается из-за стола. Понятно, что ничего она сейчас уже не прочтёт. При одной только мысли о том, чтобы вернуться к книге, по телу пробегает волна отвращения. Она пересекает небольшую комнатку и опускается на кровать. Вытягивается в струнку. Так, чтобы тело зазвенело. Прислушивается к звукам чужого дома. Чужого. Всегда чужого. Впрочем…