Сейчас он идёт чуть позади Лекки, о чём-то увлечённо спорящей с Дайлом. И даже не пытается вникнуть в суть спора. Он полагает, что в этом случае ему придётся занять ту или иную позицию, а к этому он совершенно не готов.
Зачем он вообще согласился их сопровождать? Кайт и сам не в состоянии этого понять. Вероятно, не сумел противостоять обаянию Лекки… Да и…
— Кайт! — Голос позади заставляет вздрогнуть и обернуться. Кайа?!
— Что ты…
— Это мой вопрос, — категорично заявляет Кайа, давая знак слугам чуть отойти.
— Вот ещё! Тебе не полагается прогуливаться за пределами дома без сопровождения!
Кайа пренебрежительно фыркает в ответ на это, одновременно что-то отвечая Лекки и даже улыбаясь Дайлу, чего она раньше не делала никогда. Даже в Кепри, когда ещё всё были живы, Кайа предпочитала его игнорировать. Разве что вежливо кивая в ответ на его приветствия. И что же теперь изменилось?
Кайа с некоторым удовольствием наблюдает за растерянностью брата, уточняя у Лекки, почему они отправились на прогулку и не поставили её в известность.
— Так ты в последнее время предпочитаешь уединение, — пожимает плечами Лекки, стараясь приноровиться к медленному шагу Кайи. Вот и правильно, а то носится, как не пойми кто… Кайа чуть морщит нос, предпочитая забыть о том, как она едва ли не вприпрыжку (хорошо, что они не встретили на своём пути никого) бежала к этой площадке. Не было этого! И уж точно Лекки не стоит знать о том… о том, чего не было. Но куда это Лекки так торопится? — И общество Книги.
— Ты хочешь об этом говорить здесь? — Кайа давит желание сказать что-нибудь резкое. Не место, до и стоит ли тратить силы на попытки убедить сестру? Особенно без уверенности, что попытки будут удачными…
— И всё же, — возвращается в разговор задумавшийся о чём-то брат, — почему ты решила, что можешь покидать дом без сопровождения? Это не Кепри, где на подобное могут закрыть глаза при определённых обстоятельствах.
— Я помню, — кривится Кайа, сожалея, что вокруг нет ни одной скамьи. И о том, что они начали этот разговор посреди площадки, которая, конечно, достаточно просторна, но людей всё же хватает. Это, по-видимому, понимает и Лекки, которая, вздохнув предлагает уйти куда-нибудь подальше от посторонних глаз. Кайа идёт на пару шагов позади Лекки и… Дайла. Что довольно абсурдно, если вспомнить, что тот по-прежнему является слугой и именно его место позади… Впрочем, судя по всему, с Дайлом что-то не так. И, как минимум, дядя в курсе и одобряет это. Значит, не имеет смысла сейчас хоть что-то говорить по этому поводу. Хотя бы потому, что это впоследствии может привлечь к Кайе повышенное внимание со стороны дяди и мамы, а его и так слишком много… Кайа на мгновение задумывается, с каких пор она начала мыслить так, но ничего толком не может вспомнить. Кажется, будто бы это всегда было так, но если бы это было правдой, то не было бы той безобразной сцены с Йо на балконе… значит… — Но я так привыкла в Нахоше быть сама по себе, что мне сейчас сложно перестроиться… кроме того — дядя Кьятт выделил мне слуг, — Кайа заставляет себя наивно похлопать глазами и улыбнуться. И думает, что было бы идеально ещё и покраснеть, но не представляет себе, как это можно провернуть… Опять эти рассуждения! Она бросает короткий взгляд на собеседников и отмечает, что Кайт ей верит. Но вот Лекки, да и Дайл смотрят с насмешкой. Ну, и ладно. Не для них это было сделано! Сейчас, по крайней мере. Кайа старается дышать ровно и не поддаваться желанию сорваться под их понимающими взглядами. Все вместе они пересекают площадь перед воротами города — Кайа даже не заметила за разговором, когда они успели пройти такое расстояние — и выходят на пустынную дорогу… Ах, да! Время же приближается к полудню. То-то всех как ветром сдуло. Забавные, всё же, у местных предрассудки… И как только можно верить, что…