Хм… и ни следа суки и её щенков…
Да, конечно, за это время щенки уже успели вырасти и вполне могли бы разбежаться, но… Кайт качает головой. Нет. Он прикасается к флейте, хотя это и не имеет смысла. Впрочем, неважно. Он почему-то уверен, что щенков забрал кто-то из преследователей… Зачем?..
Какая разница?
Кайт окидывает склеп ещё одним взглядом, отмечая, что без всех этих вещей, что тогда были разбросаны вокруг, тут кажется гораздо просторнее, чем тогда, и направляется к выходу.
Надо будет рассказать Керье о том, что он тут увидел, когда вернётся в башню.
И хотелось бы вернуться сегодня до заката… Кайт мечтательно прикрывает глаза, вспоминая разливающийся по небу огонь… И тут же мотает головой, ощущая отвращение. К огню и к самому себе.
Он выходит наружу, тут же отыскивая взглядом Иву.
Не сказать, что он так уж сильно о ней беспокоится — в конце концов, для этого у девчонки есть Кэо, который, кажется, немного помешан на ней… что, впрочем, Кайта мало касается… Да и она, в отличие от Керьи, способна спокойно находиться по эту сторону от грани достаточно долго без последствий для себя, но тем не менее… Всё же она тоже предпочтёт не пропускать этот момент…
Ива находится неподалёку. Она всё же пересекла невидимую границу кладбища и теперь сидит на одном из надгробий — достаточно широком, чтобы можно было такое проделать — и качает ногой. Увидев Кайта, она приветственно машет рукой. Кайт кивает и прикасается к флейте. На этот раз та позволяет соскользнуть на иной уровень зрения, что до сих пор не до конца получается осмыслить. Перед глазами возникают линии, переплетения нитей и — она. Что-то вроде большой ямы прямо посреди кладбища. То самое место, куда можно… Кайт делает несколько шагов, чтобы оказаться посредине того места, что свободно от нитей чар и прочего.
Тут не так. Даже при том, что весь Могильник сам по себе заставляет то и дело зябко поводить плечами, чтобы сгонять мурашки, здесь, на этом месте — Кайт чуть возвращается в обычный мир, отмечая, что стоит при этом между двумя далеко не самыми примечательными могилами — его пробирает дикий холод. И страх. Причём — не понять, чего же именно он при этом боится. Явно не смерти, не… Кайт качает головой. Потом отпускает флейту — так, чуть покачиваясь, повисает на груди. Надо бы убрать её за пазуху.
Первым делом, вернувшись на этот слой реальности, Кайт отмечает, что за могилы стоят по обе стороны от центра «ямы». Достаёт кинжал и делает пометки — могилы совершенно обычные, не отличающиеся от прочих абсолютно ничем. Потом, следуя затверженному в поместье, где сейчас проживает Кайа со своим любовником… Кайт уже привычно морщится на этой мысли, но дальше этого дело не заходит, само собой… порядку действий, делает засечки на контрольных точках. Одна из таких находится как раз на той могиле, на надгробии которой расположилась Ива. Приходится её сгонять. Ива отходит поодаль и с любопытством наблюдает за его действиями. Со слишком сильным любопытством, надо сказать — Кайт ощущает её взгляд кожей. Аж волоски на теле дыбом встают.
Он заставляет себя не обращать на девчонку внимания — всё же чем быстрее он сейчас закончит, тем раньше они попадут обратно в башню. Но стоит отметить, что Ива стала гораздо любопытнее. По словам Керьи два года назад она боялась исследовать какие-то там лабиринты, хотя и следовала всё же за Кэо. Что ж. За два года общения с Кэо и ведьмой она окончательно изменилась.
Как только последние метки поставлены, Кайт отходит от «ямы» на достаточное расстояние — Ива повторяет его действия в точности, что не может не радовать, без малейшего напоминания с его стороны — и опять достаёт флейту. На это раз он прикладывает её к губам, проигрывая простенькую мелодию. Та плывёт в прохладном несмотря на лето напитанном солнечным светом воздухе, касаясь отмеченных точек.
Кайт, не переставая играть, хотя пальцы едва ли не сразу сводит болью, а воздуха в лёгких как будто бы нет и вовсе, наблюдает за тем, как в «яме» проступают контуры… Он видит высокие, стремящиеся в небо шпили башенок, каменную кладку городских улиц — белую, как в Эхтоме. Видит зелень цветов и лиан, обвивающую балкончики. Видит озеро посреди города. Почти слышит пение птиц…
Видит безмолвие улиц, пустоту домов, выворачивающую внутренности потусторонним страхом, видит ажур мостиков и окон… Видит водопад и отражение Руин на дне озера.