— Ох, я всё детство мечтала там побывать! — восклицает Берна. — Но братья… все трое… наперебой утверждали, что это опасно, скучно и мне совершенно не нужно… Хотя они точно так же утверждали и про Кепри… Ох, простите! Я сегодня слишком эмоциональна. Но, полагаю, мне это простительно. Всё же женится мой брат! Кстати. Где он?
Тьянни пожимает плечами. Берна вздыхает и качает головой, рассказывая, что на её собственной свадьбе, всё же была несколько иная обстановка — и муж не бросал её так надолго. Тем более, что она почти всё время была рядом либо с Ясем, либо с Шаем… Тьянни прищуривается, услышав домашние имена мужа и его брата. Мысленно пробует это произнести, но понимает, что пока что явно к такому не готова.
Берна подхватывает её под локоть и предлагает побыть рядом с ней, пока Шайесс не появится. И просит мужа поискать его. На что хаг Йеррет напоминает, что не знает здесь вообще никого. И это именно Берне будет проще сделать подобное.
— Вы явно не рады здесь находиться, — произносит Тьянни, когда её золовка, лавируя между людьми, теряется в толпе. Хаг Йеррет пожимает плечами, окидывая взглядом зал. — И в чём же причина? Если мне, конечно, можно задавать подобный вопрос.
— Не люблю толпы, — вздыхает хаг Йеррет, неловко переступая с ноги на ногу так, что Тьянни замечает его хромоту. — А вы очень смелая девушка, если решили связать свою судьбу с таким… человеком, как хаг Шайесс. Или вы не знаете о…
— Вы настолько не любите толпы, что не вполне понимаете, о чём стоит говорить при посторонних? — удивляется Тьянни. Её собеседник начинает стремительно краснеть. — Простите! Я не должна была… Но специфика теперь уже моей семьи… не то, о чём принято говорить. Кроме того — это невероятная честь. Стать частью Семьи… — Пусть сама она и боялась этого до дрожи… раньше. Пока не узнала, как Семья очищала ярусы от чудовищ. — Тем более, что только Семья хранит Дайвег от всего, что приходит с той стороны или из темноты… Хотя, признаюсь, я волнуюсь. Боюсь, что не смогу соответствовать…
— Не беспокойся. Сможешь. — Сзади её обнимают руки мужа, заставляя от неожиданности вздрогнуть. Но Тьянни тут же заставляет себя расслабиться — слишком много посторонних глаз, которые могут истолковать её зажатость, как… — Добрый вечер, хаг Йеррет. Неужели Бэрри оказалась настолько убедительной, что…
Тьянни видит, как хаг Йеррет чуть вздрагивает. И вопросительно смотрит на Шайесса. Тот пожимает плечами, не выпуская её из объятий. Потом она видит, как к ним направляются Берна и оба брата мужа. И даже начинает как-то сочувствовать хагу Йеррету. Похоже, тому совершенно не нравятся родственники его жены…
И, похоже, он действительно её любит, раз решился появиться здесь.
Вечером Тьянни долго стоит напротив панорамного окна, наблюдая за тем, как падает мелкий снег, и как время от времени мимо проносятся тени чудовищ, что выбрались наружу с наступлением темноты.
— Знаешь, я однажды, чтобы меня не застукали в неположенном месте, пробралась на территорию общежития по внешней стороне Стены. Вечером… — Тьянни оборачивается к мужу, который сидит в кресле рядом с разобранной кроватью в одних домашних штанах, и улыбается, поймав его изумлённое выражение лица. Ох, как это приятно — удивить этого человека! — Сейчас понять не могу, как вообще решилась на такое…
— Моей жене нравится меня удивлять? — совладав с собой, приподнимает бровь Шайесс. — Не страшно было встретить живность из подземелий?
— Страшно было в первую очередь сорваться вниз — в тот вечер был сильный ветер и обледеневший карниз, — Тьянни отходит от окна и присаживается на подлокотник кресла. Смотрит прямо в глаза мужа и думает, что, быть может, и правда справиться с ролью жены наследника Семьи.
***
Кайа сидит на полу, обложившись листами бумаги, с обеих сторон исчерченными линиями, значками, пометками. Время от времени те с шорохом перелетают с места на место из-за гуляющих по полу сквозняков.
Кайа настежь распахнула все окна в доме, чтобы не чувствовать, как стены сдавливают плечи и грудь, заставляя ночами задыхаться. За долгую осень, которая в Нэйнне тянется столько, что плавно перетекает в весну, она не раз просыпалась ночью, пытаясь унять бешено колотящееся сердце и пытаясь сделать хотя бы один вздох.
Она знает, что этот дом её убивает. Только вот совершенно не представляет себе, куда теперь податься. В Исверу? К убийцам Лаока?