— Лучше, чем могло бы быть. — В самом деле. Мозгов хватает явно. Особенно не то, чтобы прикидываться ничего не понимающей простушкой. И на то, чтобы понимать своё положение и будущее — тоже. Шайесс тоже берёт в руки горячую кружку, грея об неё замерзающую правую ладонь. Почему-то после того, как «подарок» лишила его пары пальцев, рука стала немилосердно мёрзнуть, даже если вокруг было лишь чуть прохладно. Вероятно, причиной тому является то, что бродяга успел проделать с «шёлком»… интересно было бы знать — что именно. — Прекрасно понимает, что и для чего происходит. При этом не истерит и не пытается навязать свои желания.
— И это — не считая того, что она является дочерью хозяина Даэх, — кивает Ясь, делая несколько мелких глотков. — Самое настоящее сокровище! Я готов начать тебе завидовать… И всё же. Неужели общение с невестой не стало для тебя причиной задержаться в Дайвеге подольше?
— Только не говори, что ты настолько жаждешь от меня избавиться, Ясь!, — фыркает Шайесс. Ясь пожимает плечами, откидываясь на спинку дивана и продолжая держать в руках наполовину опустевшую кружку. — Даже если бы я желал проводить больше времени с будущей женой… — Шайесс произносит это с придыханием, искривляя губы. И ловит понимающую ухмылку брата. — Даже в этом случае я не смог бы этого сделать. Часы посещения академии строго отмерены. Для всех. Даже для Семьи… особенно для Семьи.
— Неужели хаг… как там его?.. хаг Деннаро по-прежнему отказывается оставить свои нелепые убеждения касательно нас? — удивляется Ясь. Шайесс пожимает плечами.
Так оно и есть. Забавная причуда, которая время от времени приносит дополнительные неудобства. Причём — даже ему самому. Но это не то, что могло бы вызвать серьёзное неудовольствие Семьи. Хотя бы потому, что пользы от нынешнего главы академии гораздо больше, чем вреда. Во всяком случае — до тех пор, пока он продолжает сохранять нейтралитет между сторонниками Семьи и её противниками в Круге. И — Шайесс готов в этом признаться… себе — он бы предпочёл, чтобы хаг Лаор Деннаро уже выбрал хоть какую-то сторону. Желательно — противников. Ведь тогда его можно будет с чистой совестью убить… Шайесс делает большой глоток, чтобы перебить появившийся на языке призрачный вкус крови. Казалось бы — Лейш уже стала матерью. Теперь кровь не должна настолько перекрывать голос разума, требуя жертв. Но… Если бы всё было настолько просто!
— Это неразумно, — тихо произносит Ясь, рассматривая дно кружки. — Не стоит заливать смертями Кепри. Ни к чему хорошему это не приведёт.
— Я это знаю получше, чем кто-либо, — кивает Шайесс, дёргая плечом, чтобы согнать мурашки удовольствия, прокатившиеся по спине при одном только воспоминании о… многом. — И не только в Кепри. В самом деле — я предпочёл бы и правда задержатся в Дайвеге и прогуляться по подземным ярусам, но… Его почти уже величество жаждет видеть меня подле себя.
— Даже так? — фыркает Ясь. Шайесс возвращает ему ехидную улыбку, не желая, впрочем, развивать эту тему. Слишком… далеко можно зайти. И это совершенно не то, о чём вообще стоит думать.
— Что-то успело произойти в Кепри за то время, что я отсутствовал. Что-то, разбирательство с чем Сойлар собирается повесить на меня. Ты не слышал ничего странного?
Ясь качает головой. Нет. Что ж. Значит… Шайесс допивает отвар и поднимается из кресла, оставляя Яся в одиночестве. Поразмыслив, Шайесс решает добраться до дворца пешком — если сейчас ему повезёт, и ни один экипаж не встретится по пути… Шайесс очень надеется, что Сёстры будут к нему благосклонны… Ну, или Шайн. Хотя от последней ждать подобной милости бессмысленно — особенно в свете того, что он сделал осенью. Скорее она наоборот постелет под ноги прямую дорогу — раз её Слуге настолько не хочется ускорять встречу.
Оказавшись на улице, Шайесс вдыхает сырой воздух столицы, заставляя себя не ёжиться. И не обращать внимания на скручивающую боль в несуществующих теперь пальцах… Шайесс торопливо натягивает перчатку, про которую опять позабыл… Убедившись, что ни одного экипажа поблизости не наблюдается, он неспешным шагом направляется в сторону дворца — путь будет неблизким, но Шайесс не собирается приближать встречу с принцем. Пусть последний и… хм… попросил поторопиться. Особенно потому, что его пока ещё высочество попросил поторопиться.