Безлюдность Кладбищенской постепенно сменяется голосами и звуками города. Сначала появляются далёкие шаги, приглушённые сыростью, потом в тишину начинают вплетаться обрывки разговоров, искажая, дробя реальность. Шайесс морщится от того, как мир становится всё более плотным… человеческим. Это… неприятно. Что интересно — ярусы Дайвега никогда не становятся чем-то, что может осквернить присутствие человеческой жизни — слишком камень Стен древний, чтобы такие кратковременный искры жизни, как у людей, могли нарушить его покой. Шайесс позволяет себе на пару мгновений вспомнить, как камень Дайвега поглощает всё, что привносят люди, обнимая собой. Здесь же… Приходится терпеть присутствие людей.
Спустя несколько десятков шагов Шайесс вливается в Кепри, становясь… нет, не его частью, но чем-то, что мир не будет воспринимать, как нечто чуждое. Подходя к той части города, где располагается дворец, Шайесс уже полностью вплетён в мир. Настолько, что его начинают замечать. И кое-кто даже здоровается. Шайесс отвечает на приветствие, позволяя себе не фиксировать внимание на человеке.
Постояв несколько минут возле башни, в которой сейчас заправляет Клай, Шайесс сворачивает к той калитке, на которую обычно не обращает внимания никто из живущих в Кепри. Оно и понятно, если видеть, сколько чар её опутывает… Шайесс проскальзывает внутрь, преодолевает тот же путь, каким он шёл в прошлый раз, но теперь намного раньше сворачивает в сторону кабинета Сойлара — сегодня ему совершенно точно нечего делать в покоях королевы. Да и, Шайесс надеется, такого повода и вовсе не появится.
В кабинет он входит бесшумно, стараясь не привлекать к себе внимания. И это в определённом смысле ему удаётся — стражники в коридоре смотрят куда угодно, но не на него, а вот хаг Чэнне ловит взгляд и насмешливо улыбается. Шайесс возвращает улыбку, занимая место поближе к камину. Нет, он не мёрзнет — не после зим Дайвега, пусть и любит тепло. Но рука… Шайесс прикладывает затянутую в ткань перчатки ладонь к каминной полке, с наслаждением ощущая, как тепло проникает под кожу, начиная растекаться по мышцам и венам.
Но что-то с этим надо делать…
Сойлар тем временем что-то обсуждает с Кэллом. Что-то, что касается финансов. И Шайесс совершено точно не желает в это вникать. По крайней мере — сейчас.
— Что ж. Раз по этому вопросу мы всё прояснили, я предпочту перейти к последнему… — Сойлар откидывается в кресле. И вздрагивает всем телом, заметив Шайесса. Почти незаметно, но Шайесс специально отслеживал реакцию. Сойлар вздыхает, кивает коротко и продолжает, глядя Шайессу в глаза: — Стало известно, что в районе улицы Серебристых Роз участились случаи пропажи людей. Горожане недовольны.
— Вы полагаете, что это задача для меня, ваше… высочество? — вежливо уточняет Шайесс, отмечая, как Сойлар привычно уже скривился в ответ на обращение. Скоро эта забава уйдёт в прошлое, как ни жаль. — Это дело городской стражи. Или хага Чэнне. В крайнем случае.
Хаг Чэнне в ответ на это глубоко кланяется, прижимая руку к груди. Левую.
— Половина из этих людей — маги, — не принимает шутливый тон Сойлар. Шайесс серьёзнеет. Маги? Майгор ни при чём. По крайней мере — в этот раз. Тогда… Круг? Надо будет поинтересоваться у отца. Или озадачить Нейла. — Вторая — так ли иначе с магами связана.
Шайесс кивает, не произнося ни слова. Ни к чему. Только обменивается взглядом с хагом Чэнне.
***
Кери выпрямляется, чувствуя, как ноют затёкшие мышцы спины, и, бросив последний взгляд на поднявшееся уже достаточно высоко солнце, соскальзывает с подоконника. Перешагивает через выстроенную башню из книг и проходит к дальней стене комнаты, где Лио поставил притащенную неизвестно откуда ванну. Кери надеется, что не из своего сгоревшего дома. Просто потому, что это было бы… слишком. Пусть даже Кери и не придаёт подобным вещам значения в отличие от Миры, всерьёз считавшей, что подобные вещи несут на себе печать трагедий и, используя их, вполне можно оные трагедии привлечь в собственную жизнь. Кери хмыкает, отмечая, что способна вспоминать сестрёнку без боли… Она даже теперь способна вспоминать Севре, не испытывая при этом гнева и печали о потерянном. Забавно… Собственно говоря, Кери и не могла сказать, что так уж сильно тоскует по дому, но… вроде бы так принято, не правда ли? Что ж… Ненадолго её хватило в таком случае. Впрочем — ерунда это всё, не стоящая внимания.
Кери опускается в подогретую собственными чарами воду, откидывает голову и прикрывает глаза. Краем уха слушает, как Лио шуршит страницами книг, не обращая внимания ни на что вокруг. С тех самых пор, как вернулся пару дней назад с кристаллами в кармане. И даже не позволил ей прикоснуться к своей добыче… Как будто бы Кери так уж сильно этого хотелось! Она морщит нос, сдувая пену и скользит взглядом по изрезанному причудливыми трещинами потолку. Ни Лио, ни она так ничего и не сделали с внешним видом башни. При том, что на это всё ушло бы не более пары часов. И некоторого количества чар.