…Особенно ярко это он почувствовал в тот момент, когда на голову принца Сойлара опустилась корона. Всё внимание собравшихся в зале было сосредоточенно на новом короле, что позволило Йеррету отметить парочку интересных персон. Нет, не тех, что сейчас прикидывают, как именно использовать неопытность молодого короля в делах государственных — это не более, чем просто идиоты, не умеющие скрывать намерения — и не ещё больших идиотов, смотрящих на короля с превосходством. Нет. На тех, кто, несмотря на всё, что Йеррет о них знает, сейчас стоят со скучающим видом, слегка прикрытым выражением вежливого одобрения. Или на тех, кто, по примеру Шайесса Теннери, откровенно развлекается зрелищем, лишь для приличия приняв вид, сообразный событию.
Хаг Шайесс точно чувствовал в этот момент веселье. И ему было явно безразлично — какое положение теперь занимает Сойлар. А ещё… Йеррет не забудет липкое ощущение ужаса, что на мгновение охватило его, когда взгляд хранителя Чёрного сердца упал на него. Что-то… То, что повергло в ужас сестру? Это оно? Что-то абсолютно чуждое королевскому дворцу, столице, да и вообще Мессету. Если не всему миру. И это что-то откровенно забавляется, наблюдая за тем, как новый король принимает власть.
Что в этом может быть забавного?!
Йеррет тогда тут же отвёл взгляд, предпочитая смотреть куда угодно, только не на это… существо. По счастью, официальная часть коронации в скором времени завершилась, и стало возможно покинуть дворец. Пусть Йо и шипела на него потом дней десять.
Он только и успел заметить, как хаг Шайесс, перекинувшись парой слов с королём и другими хранителями, вместе с Берной покидает переполненный людьми зал. Через двери, находящиеся достаточно далеко от того места, где сейчас стоит Йеррет. Что не может не радовать, конечно.
Но… Берна. Она ощущает это? То, что… то, чем является её брат? Или она тоже…
Йеррет встряхивает головой, от чего едва не налетает на придворного. Нет! Разумеется, нет. Берна слишком живая и хорошая, чтобы быть чем-то, чему Йеррет даже не в состоянии подобрать слов…
Йеррет усмехается, возвращаясь в сегодняшний вечер.
Берна согласилась поехать в гости. Но, разумеется, не одна. И остаётся только надеяться, что сопровождать её будет не Шайесс Теннери.
Впрочем, Йеррет ничего не знает об его брате. Быть может, тот тоже не меньшее чудовище, чем…
Не стоит об этом.
Он поднимает взгляд на Йо и ещё раз пожимает плечами. Сестра вздыхает, бросает на стол пожелтевший листик лианы и покидает комнату.
***
Песок. Уже который день вокруг — один песок. Временами это кажется на диво умиротворяющим зрелищем. В другие же моменты — навевает тоску. И раздражает. Тем, что песок оказывается везде — в одежде, волосах. Лезет в глаза, скрипит на зубах…
Кайа думает, что даже эти тряпки, что накручивают на лицо караванщики, по сути мало чем способны помочь от вездесущего песка.
Она вздыхает и меняет позу, чтобы дать отдых затёкшим ногам. И радуется, что пока что — тот караванщик, что её спас, пояснил, что, это не продлится долго — может находиться на борту лодки наравне с детьми… мальками, как их называют караванщики. До тех пор, пока не исцелятся все раны, что она получила… тогда. Кайа поправляет точно такую же тряпку на лице и продолжает смотреть на неизменный пейзаж. И на время от времени появляющиеся в поле зрения фигуры караванщиков.
Лиц своих спутников — хоть взрослых, хоть мальков — она так и не смогла увидеть до сих пор. Может быть, это связано с какими-то их традициями, суевериями… Кайа не возьмётся утверждать наверняка. Но они так и не отняли ткани от лиц. И ей настрого запретили.
Доски песчаной лодки чуть поскрипывают. И пахнут чем-то чему Кайа не может подобрать названия. И это ещё одна вещь вызывающая некоторое раздражение — мало того, что никак не получается понять, что же это за запах… при том, что Кайу не отпускает уверенность в том, что она прекрасно знает, что именно так пахнет… так ещё и спрятаться от него не выходит. Запах ввинчивается в мозг, как бы Кайа не пыталась отстраниться от него. Она вздыхает ещё раз, чем привлекает внимание одного из караванщиков… или одной? В этих тряпках, что они навертели на себя, невозможно разобрать, какого пола стоящий перед тобой человек. Но то, что среди них есть женщины, Кайа успела заметить. Что вполне понятно, раз уж тут есть и дети. Жаль, что по запаху не определить — кто есть кто — этот кошмар перебивает всё остальное.