Йеррет приподнимает брови. Это она… Ну, разумеется. Это она о хранителе чёрного сердца Мессета. Который, к великой радости Йеррета остался в столице. По крайней мере его брат несколько легче воспринимается при общении. Ноэр же на это кривится ещё сильнее, допивает бокал и отправляет тот в полёт с балкона. Йеррет вздыхает, пытаясь вспомнить чары, способные утихомирить брата. К сожалению, после того, как целителям по совету хага Ястена удалось хоть немного улучшить состояние Ноэра, к последнему вернулись все его способности в полной мере. И теперь чары… Да он сам в несколько раз быстрее проделает то же самое с Йерретом и не поморщится. Даже после почти опустошённого кувшина вина. И вряд ли удастся опередить его — Йеррет никогда не был воином. И с братом в скорости реакций ему не сравниться. Даже сейчас, когда он… нетрезв.
Йеррет вздыхает и нарочито громко напоминает Йо, о чём она говорила перед тем, как Ноэр прервал её своим появлением. Йо мгновение смотрит Йеррету в глаза, позволяя лишь немного дёрнуть уголком рта — так, чтобы Ноэр не заметил — и начинает подробно рассказывать всё, что произошло после того, как Йеррет отбыл из Кепри. Ноэр морщится и пытается что-то сказать, но Йо шипит не хуже кошки. Так что Ноэр предпочитает замолчать.
Йеррет чуть наклоняется вперёд, срывая листик с близко находящейся ветви. Приходится уцепиться за мокрые перила изо всех сил, чтобы не свалиться вниз. Он только краем уха слушает обстоятельный рассказ о свадьбе, гостях — ожидаемо её посетил новоиспечённый король — и прочем. Да, о том, какими глазами смотрели все женщины на её платье и… Йеррет усмехается. Вряд ли все — Йо преувеличивает количество завистниц — но…
— Жаль только, что Кэл не пожелал отменить приглашение для… этого человека, — мрачно произносит Йо, отправляя в рот виноградину. Ноэр вопросительно приподнимает бровь. Кусочек брови, перепаханной следом от когтей. — Хаг Шайесс Теннери.
По лицу Ноэра видно, что тот не вполне понимает причину такой нелюбви Йо к этому человеку, который принимал активное участие в облаве в Нахоше. Ну, да. Ни Йо, предпочитающая не упоминать о своей роли в том, что случилось в Могильнике, ни Йеррет — в конце концов, это не его тайна… да и о разговоре с хагом Шайессом он тоже не желает вспоминать без нужды… только не о том, каким жалким он тогда себя выставил… Поэтому брат совершенно справедливо возражает, что Теннери, может, и преследуют собственные цели, но в Нахоше были на их стороне.
Йо заливается хохотом, откидывая голову назад, а потом, резко обрывает смех.
— Кого вы ловили?!
— Разве ты не знала? — удивляется Ноэр, отставляя в сторону бокал, не сделав ни глотка. — Близнецов Тэлэ, виновных в смерти как минимум одного из наших братьев. Тебе отец не говорил?
Йо замирает, прижимая руку ко рту. Йеррет отворачивается, не способный вынести боль на её лице. Проклятье! А ведь он не может с этим ничего поделать! Виновные в том, что Йо сейчас больно, находятся неизвестно где, либо — как хранитель чёрного сердца — под защитой короля.
Впрочем, Йеррету везёт — на террасу выходит муж Йо в сопровождении хага Ястена. Они о чём-то оживлённо переговариваются, но тотчас обрывают разговор, как только замечают собравшихся. Йеррет кивает, соскальзывая с перил и принимая более пристойный вид — совершенно нет никакого желания выглядеть перед этими двумя настолько… недопустимо. Всё же они — чужаки. Йо выдавливает из себя улыбку и подставляет мужу щёку для поцелуя. Ноэр пожимает плечами, возвращаясь к бокалу.
Спустя пару фраз Кэллар уводит Йо, а Ноэр, вытряхнув последние капли вина из кувшина также покидает террасу. Идя ровно, словно бы и не было никакого вина.
Йеррет вздыхает. Остаётся надеяться, что брат возмёт себя в руки и прекратит вести себя, как…
— Как чувствует себя ваша сестра, хаг Ястен? — наконец задаёт он вопрос. Выдерживать молчание в компании представителей этой семьи совершенно невозможно.