Шайесс поднимается со скамьи и только теперь обращает внимание на более чем свободный облик короля.
Что? Это где же его величество… шлялся?
— Это не то, что могло бы тебя касаться, Шай, — отмахивается Сойлар. По его губам пробегает лёгкая улыбка. Встреча с дамой? Хм… И кто же это такая, интересно знать? И насколько стоит учитывать её наличие в придворном раскладе… — Я желаю, чтобы ты привлёк к делу Чэнне. В конце концов помимо того, что он хранит «сталь» Мессета, его лоскут граничит с…
— Как прикажете, ваше… величество, — Шайесс чуть склоняет голову. Ровно настолько, чтобы это можно было расценить и как жест уважения, и как скрытое оскорбление. В зависимости от пожелания собеседника. Сойлар фыркает и качает головой. — Хаг Чэнне будет рад исполнить ваш приказ.
Только почему кажется, что таинственная дама невероятно важна? Даже сейчас — когда о ней неизвестно ничего, кроме того, что она существует?
Надо заставить Клая разузнать — всё равно ж он к нему собирался зайти…
Шайесс разворачивается и покидает беседку. Пересекает мостик, краем сознания замечая, как по поверхности пруда снуют водомерки, да расходятся круги от упавших листьев… рано они начинают облетать. Ещё ведь совсем немного перевалило за середину лета…
Проходя мимо стоящей навытяжку охраны, Шайесс небрежно кивает, ловя спиной бесстрастные взгляды. Люди Чэнне. Понятно.
Жаль.
Хотелось ощутить сейчас страх или презрение… что-то, что могло бы подкормить кровь Семьи, которая, быть может, и не требует сейчас смертей, но от искренних эмоций явно не откажется.
XXIII
Мира никогда не думала, что тут будет такой вот каменный лабиринт. Хотя она и вообще никогда особенно не задумывалась над тем, что находится в непосредственной близости от Лассая. Это городская сестричка Керьи… Льята, то есть. Мира поправляет себя уже в который раз за последний год. Всё же Льята совершенно не заслуживает этого прозвища, данного… Мира затрудняется сказать — кем. Мира качает головой. Оглядывается по сторонам. Кажется, она свернула куда-то не туда… Она выдыхает и пытается прислушаться к окружающему миру, чтобы понять, куда именно нужно теперь двигаться.
Кажется, направо… Мира сворачивает на перекрёстке, надеясь, что лабиринт приведёт её туда, куда нужно. Она думает, что потом обязательно расскажет Льяте в подробностях, что там, в Лассае. Ведь Орен так ни разу не соизволил ответить на вопросы, обходясь лишь общими фразами. А Льята явно обрадуется. Это ведь она всегда стремилась узнать всё обо том, что окружает Севре. Мира ускоряет шаг и едва успевает затормозить, когда оказывается на самом краю обрыва. Кое-как уняв бешено колотящееся сердце, она вытягивает шею, стараясь посмотреть, что же находится внизу. При этом не сдвигаясь с места. Внизу… узкое ущелье, усеянное острыми пиками скал поменьше.
Мира опускается на землю, не заботясь о том, что юбки выпачкаются в пыли. Как же она…
Повезло. Определённо. Но как теперь перебраться на противоположную сторону? Там — Мира чуть прищуривается — в тянущейся вверх скале Лассая видно что-то вроде углубления. Пещера? Это вот так вот они выглядят?
Мира вертит головой и уже готова признать поражение, когда видит узкую тропку, соединяющую края пропасти. Узкую настолько, что, как выясняется, когда Мира решается сделать первый шаг, стопа не помещается полностью, оставаясь висеть в воздухе либо пяткой, либо носком. Правда, нужно сделать всего-то десять шагов. Но — над пропастью, утыканной острыми камнями?! Как это вообще…
— Просто. Идёшь и всё, — голос заставляет вздрогнуть. Мира поднимает взгляд от тропки и видит Орена, смотрящего на неё со смесью усталости, раздражения и некоторого смирения. — Раньше ты не стремилась влезть во все опасности Севре, Мира.
— Раньше для этого была Льята, — пожимает плечами Мира, всё же решаясь быстро перебежать по мостику. На последних шагах она теряет равновесие, но Орен вовремя ухватывает её за плечи. — И Кери, рассказывавшая об её выходках.
— Она в них участвовала не реже, — замечает Орен, жестом предлагая пойти за ним. — Пусть и делала при этом вид, что выше всего этого.
Мира бросает последний взгляд на пропасть и торопится вслед за Ореном. Тот направляется как раз к той самой пещере. И пусть тут — по эту сторону пропасти — всего лишь небольшая площадка, хорошо просматриваемая со всех сторон, на которой можно не опасаться потеряться, но отставать от Орена нет ни малейшего желания.