После этого он покидает галерею, осторожно прикрыв за собой дверь.
Тьянни же разворачивается и тоже намеревается покинуть это место, но замирает, привлечённая одним из окон. Оно… оно выглядит не так, как должно бы. Причём Тьянни не может сообразить, что же с ним не так. Она прикасается к его поверхности и тут же отдёргивает руку, ощущая, как по пальцам растекается жар. Подносит руку к лицу и рассматривает чистую кожу.
Она раньше почти не бывала здесь, пусть из окон этой галереи и можно увидеть Даэх… именно поэтому и не бывала, надо сказать… так что невозможно сказать — было это окно всегда таким, или же…
Что?
Тьянни отходит на несколько шагов назад, чтобы посмотреть на окно целиком. Но ничего необычного не видит. Хотя при этом что-то… Словно бы что-то тянет по ногам… сквозняк? Она встряхивает головой, отгоняя наваждение. И обещает себе потом порасспросить об этом окне кого-нибудь.
XXV
Шайесс пробегается взглядом по нетронутым стенам и кивает сам себе. Всё же стоит отдать должное возомнившим о себе слишком многое магам из академии — те ярусы, что вмещают в себя дорогое их сердцу учебное заведение, они защитили отменно.
Он неторопливо подходит к дверям академии, думая, что маги должны оценить его вежливость — всё же он не стал перемещаться внутрь, как обычно поступают посетители. Хотя… стоит ли от этих, возомнивших себя борцами за свободу… или за что они там борются?.. Стоит ли от них ждать понимания?
Шайесс проходит внутрь, поморщившись от рвущихся нитей чар, что, вероятно, были призваны не пропускать… его. И прочих представителей Семьи…
Прелесть какая!
Шайесс вежливо улыбается подбежавшему к нему магу и просит сообщить Тьянни Сэллар о его прибытии. Маг удивлённо моргает, потом кивает несколько заторможенно и уходит по боковой лестнице наверх. Шайесс же прислоняется к стене, чувствуя, как по той пробегают волны магии, пульсом ударяясь в кожу на кончиках пальцев — он специально разворачивает левую руку так, чтобы прикасаться пальцами к камню стены. Он прикрывает глаза, наблюдая из-под полуопущенных ресниц за несколькими стайками учеников, что перешёптываются и разглядывают его. Забавные…
…Людишки…
Шайесс опускает правую, всегда теперь затянутую в перчатку… по крайней мере — при посторонних… руку в карман и нащупывает осколок бокала. Проводит по нему мизинцем, вспоминая.
Не время сейчас. Не стоит позволять почти опьяневшей от крови людей и чудовищ части души больше, чем допустимо. Всё же это не какой-то там захолустный городок, названия которого никто не помнит. И не трущобы Кепри, населяющий которые сброд не заслуживает ничего, кроме смерти. Кроме того — это место, что всегда было и будет под опекой Семьи. Так что…
Шайесс чуть сильнее надавливает на осколок, чувствуя, как тот вжимается в плоть. Недостаточно сильно, чтобы даже разрезать ткань, но… Покалывание заставляет помнить. Шайесс вздыхает. Не слишком ли долго его будущая жена добирается до зала? Неужели она всё же из тех женщин, что тратят по полдня на сборы?.. Шайесс вспоминает дни, проведённые в Даэх… Вроде бы, там она никогда не заставляла себя ждать…
Шайесс вздыхает. Но тут же выпрямляется и чуть растягивает губы в приветственной улыбке. Достаточно открытой, чтобы можно было считать её радостной, но в то же время — строго в рамках приличий. Всё же придворная жизнь дала неплохую тренировку подобному выражению эмоций… большинство из которых он не чувствовал и не собирается чувствовать.
— Добрый день, хагари Тьянни, — он делает два шага и помогает будущей жене шагнуть с последней ступеньки на ровный пол, придерживая её руку. Тьянни чуть склоняет голову и столь же мило, как и он сам, улыбается. — Вы ослепительно прекрасны!
— А вы всё так же внимательны, хаг Шайесс, — отвечает Тьянни, кладя руку ему на предплечье и чуть сбиваясь с шага, выравнивая шаг в соответствии с его. — Прошу прощения за то, что заставила себя ждать. Я навещала бедняжку, пострадавшую от вчерашнего происшествия.
— Мне казалось, что среди учеников академии не было жертв… — И даже среди преподавателей. Шайесс в этом уверен абсолютно. И никто из этих преподавателей, к великому сожалению практически всех мужчин Семьи не связан с теми магами, что успели, пользуясь суматохой, что-то сделать с Дайвегом. Что — неизвестно. Но Шайесс чувствует едва ли не кожей, что город изменился. Что появилось что-то чуждое, лишнее. И понимание, что никак не удаётся нащупать — что же именно, заставляет вскипать кровь. И приходится вновь и вновь нащупывать осколок, чтобы не сорваться тут, дома.
— Да, это так, — соглашается Тьянни. — Но, как стало известно, эта ученица участвовала в ритуале, из-за которого монстры вырвались в Дайвег…