Она пересекает длинный коридор и на некоторое время замирает около дверей, ведущих в зал… судя по тому, что удаётся услышать, собрание совета по-прежнему продолжается. Лекки беззвучно выдыхает, чувствуя некоторую жалость по отношению к Дайлу, но потом вспоминает, что вместе с ним там страдают и остальные, злорадно усмехается и продолжает путь, стараясь при этом передвигаться бесшумно.
Сокровищница вообще не вызывает никаких эмоций. По сути это просто большой зал с сундуками, забитыми различными вещами. Никаких полок с разложенными предметами, как это было в доме на площади Снов — ничего такого. Поэтому Лекки каждый раз, когда бывает здесь (происходит это нечасто и в большей степени по необходимости, так как именно сюда отнесли все атрибуты для проведения положенных обрядов, а прикасаться к ним никому, кроме самой Лекки нельзя… даже другим жрецам), она стремится как можно скорее покинуть это место. Но сейчас, видимо, придётся тут задержаться надолго… Потому что Лекки попросту не представляет себе, где искать эту самую шкатулку…
Попробовать воззвать к памяти рода?
Как будто бы это чем-то поможет!
Лекки фыркает и тут же зажимает рот ладонью, замирая и прислушиваясь к тому, что происходит за стенами сокровищницы. Потом медленно выдыхает и задерживает дыхание. Так, чтобы по телу прошлось онемение, чтобы ужас от недоступности глотка воздуха заставлял поджиматься пальцы на ногах и сводил мышцы. Лекки зовёт Дымку. Теперь, по прошествии нескольких лет после того случая в подворотне Кепри, это получается запросто. Как и обратная трансформация. Даже смешно, что тогда так паниковала…
Сейчас она по словам матери выглядит как очень молодая кошка. Серая. С белыми полосками на шее и подпалинами по бокам в рыжину.
Лекки пробегается по выглядящей для неё сейчас просто огромной сокровищнице, пытаясь ощутить, где может находиться та самая шкатулка. Кость, изумруд и жемчуг… Изумруд не пахнет ничем, само собой. Но вот жемчуг и кость… Лекки переходит от одного сундука к другому, внимательно принюхиваясь. Она выискивает запахи моря, что навсегда впечатаны в жемчуг, и старой смерти…
Всё это занимает много, очень много времени. Слишком уж много в сундуках хранится украшений, костяных изделий и прочего. Тех же редких трав, что успешно отбивают обоняние, к примеру… Засунув нос в один из сундуков, Лекки потом долго не могла прочихаться… Так что шкатулку, запрятанную, как она выясняет после того, как вновь принимает человеческий облик, на самом дне довольно-таки вместительного сундука, Лекки находит уже незадолго до рассвета.
Шкатулка небольшая, но неожиданно тяжёлая. Такая, что удержать её одной рукой попросту невозможно. Да и двумя… Лекки садится на стоящий рядом сундук и устраивает шкатулку на коленях, внимательно рассматривая узор, созданный из жемчуга и изумрудов, и вязь символов, что оплетают саму шкатулку. Это выглядит… неприятно. Красиво, бесспорно, но хочется отставить шкатулку подальше от себя и забыть навсегда про её существование.
Тем не менее она осторожно приподнимает крышку, которая никак не заперта! Быть может тот, кто создавал эту вещь, решил, что того, как она воздействует на людей, будет достаточно? Магия… хочется по примеру Кайта повторить его «мерзость»! И в самом деле…
Внутри Лекки видит зеркало.
И от удивления, смешанного с испугом, чуть не роняет шкатулку на пол.
Зеркало.
Точь-в-точь, как то, что Лекки взяла в руки в подвале дома на площади Снов три года назад…
…Если вспомнить, что потом началось… Лекки захлопывает шкатулку и тут же убирает её обратно в сундук.
Для верности стоило бы опутать оный цепями и выбросить куда-нибудь в море.
Только вряд ли это хоть чем-то поможет.
Лекки прикрывает глаза, воссоздавая в памяти зеркало. Каменное, тяжелое даже на ощупь. Только… в отличие от того, что, вероятно так и осталось в подвале их старого дома, без изъянов. Сейчас Лекки вспоминает, что у того были почти незаметные для беглого взгляда царапины на поверхности «стекла» и выбоины на ручке в том месте, где у этого стоят чёрные неблестящие камни, почти слившиеся с самой ручкой.
То зеркало было повреждённым?
Если вспомнить, то и диадема, что была в другом сундуке, тоже… Только Книга оказалась целой. На беду. Хотя Лекки так до сих пор и не пришла к единственному верному ответу на этот вопрос… Стали бы ублюдки Майгор врываться в их дом, не окажись там Книги? Случилось бы нападение на Кайу в оранжерее? И, если да, сумела бы она спастись? И стала бы она так вести себя с Йошшей, спровоцировав ту на подобный шаг… Лекки попросту не знает, как бы развивались события.