— Это, конечно, спорный вопрос. Но независимо от того, кто хочет твоего отъезда, Бадди или кто-то другой, тебе здесь угрожает опасность. Это было ясно, еще когда упала люстра, но я очень хотела, чтобы ты была рядом со мной, поэтому видела в этом только несчастный случай. Но слишком много зловещих совпадений. Сегодняшняя ночь еще раз доказала это.
— Но сегодня ночью не было никаких призраков! Я уверена, что это сделал вполне земной человек! — воскликнула я.
— Не могу даже предположить зачем? Зачем кому-то надо было изображать из себя привидение? Почему этот «вполне земной человек» хотел причинить тебе вред?
Я молчала, пытаясь решить, как много из того, что я должна сказать ей, Мэгги будет способна понять в своем нынешнем состоянии.
— Допустим, я скажу вам, что вообще не верю в существование в доме каких-либо призраков, — наконец начала я. — Что, если все происходящее подстроено живыми людьми?
— Но это бессмысленно. — Казалось, Мэгги была поражена моими словами. — Для этого нет никаких причин. Тем более, что это невозможно: ведь я сама разговаривала с Бадди, получала он него послания.
— Во время сеансов мадам Дивайны? — спросила я.
— Да. Но, не только тогда. Я видела его. Конечно, не могу сказать, что лицом к лицу. Но если бы это была лишь призрачная фигура в отдалении, я еще могла бы думать, что это обман. Кроме, того, я слышала его голос, зовущий меня.
Мэгги опять была готова расплакаться, и я почувствовала, как она ускользает от меня. Но я решила сделать еще одну попытку.
— Это могла быть хорошая имитация голоса или запись, — сказала я.
— Не верю, — ответила она, качая головой. — Я знаю голос Бадди. И как кто-то мог записать его голос, когда самого Бадди уже двадцать лет нет в живых. Нет, это был его дух.
Я взяла Мэгги за руку, решив не отступать и открыть ей правду.
— Что же он говорил вам?
— Разное, — ответила она, кусая губы. — Однажды он сказал:" Мама, мама, как ты могла?" — и начал плакать. Неужели ты не понимаешь, это потому, что я бросила его, потому что оставила его умирать, а сама уехала веселиться.
— Это абсурд, — возразила я.
Мэгги глубоко вздохнула и села на стул возле туалетного столика.
— Есть еще кое-что. Понимаешь, Бадди также является ко мне во сне.
— Это можно объяснить, — ответила я. — Почти все ваши мысли обращены к нему. Вполне логично что он вам снится.
— Но это необычные сны. Неужели ты думаешь, что я так безнадежно глупа? Они слишком яркие и выразительные. Во сне Бадди иногда дает мне советы, например, где искать потерявшуюся вещь. И я нахожу ее именно в том месте, которое он указал. Он говорил мне, что я услышу на следующем сеансе, и я слышала это... Даже если бы мадам Дивайна была лучшим шарлатаном в мире, она никогда не смогла бы узнать, что я слышала во сне.
Я была поражена и не могла найти аргументов, чтобы возразить ей.
— Все равно этому должно быть какое-то объяснение, — сказала я, чувствуя, как неубедительно звучат мои слова.
Мэгги сочувственно улыбнулась.
— Я знаю, что ты сейчас чувствуешь. Это безумно, не так ли? Я тоже теряла голову, пока не нашла самое разумное объяснение: Бадди вернулся ко мне.
Я начала было говорить, но тетя жестом остановила меня.
— Я не собиралась говорить тебе этого, но теперь чувствую, что должна, чтобы ты правильно поняла мое положение... и свое. Молюсь, чтобы это не изменило твоего отношения ко мне.
— Конечно, не изменит, — ответила я.
— Последние несколько дней Бадди опять является ко мне во сне.
Я начала догадываться, что она хочет сказать и предположила:
— Он настаивает на том, чтобы я уехала?
— Нет, — ответила Мэгги.
Я удивилась.
— Тогда почему...
— Он говорит, Что я должна взять твою жизнь, — сказала Мэгги.
Я окаменела, уставившись на тетю широко раскрытыми глазами, не в силах поверить услышанному.
— Он говорит, что я должна убить тебя, — повторила она. — Поэтому ради нас обеих я должна настаивать на твоем отъезде.
Глава девятнадцатая
Мне оставалось только уступить тете. Я не видела ни малейшей возможности убедить ее в земном происхождении призраков Орлиного Гнезда.
Остаться в доме означало бы вызвать гнев Мэгги и подвергнуть себя смертельной опасности.
Недалеко от Сансет-стрип находился очень хороший отель, и я сняла там уютный номер.
— Здесь очень мило, — сказала Мэгги, когда мы осмотрели комнаты. Она настояла на том, чтобы поехать со мной, найти подходящий номер в фешенебельном отеле и оплатить его.
Комнаты оказались чудесными, по-современному и со вкусом обставленные. Из окон открывался почти такой же великолепный вид, как и из дома тети. Стоило выйти в вестибюль, как сразу же захватывал стремительный водоворот жизни Лос-Анжелеса. Но никогда я еще не была в более мрачном настроении.