Но что-то в конце папки привлекло её внимание. Это были не отчёты и не досье. Это были планы. Детальные, продуманные до мелочей. Он даже не сделав ей предложения, уже забронировал старинный замок в Европе. Он списывался с известным кутюрье, присылая ему наброски платья, которое, как он считал, идеально подойдёт ей.
Мария не могла сдержать слёз. Они текли не от обиды или страха, а от осознания. Слёзы от той ледяной, обезоруживающей правды, которая наконец-то открылась ей. Арсений был не просто монстром, не просто тюремщиком. Он был виртуозным манипулятором, который создавал её реальность, вкладывал в её голову свои желания, заставляя верить, что они её собственные. Он не ждал её согласия, он просто планировал их жизнь так, как считал нужным. Он не спрашивал, хочет ли она. Он просто решал. Он не давал ей выбора. Он просто писал сценарий, в котором она была главной героиней, а он — её сценаристом. Он строил для неё золотую клетку, но убеждал её, что это дворец.
В этот момент она поняла, что их судьбы переплелись. Но это было не слияние двух душ, а тугой узел, завязанный его одержимостью. И теперь, когда она знала всю правду, она должна была действовать. Должна была помочь ему спасти его семью. Но только для того, чтобы потом спастись самой. Спастись от него, от его любви-собственничества, от этого мира, в котором она была не человеком, а его идеей.
51
Глава 51: Последний Раунд
Утро следующего дня было наполнено зловещим спокойствием. Арсений был необычайно собран и холоден. Он отменил все встречи, кроме одной: с Помощником. Мария ощущала напряжение, витавшее в воздухе, и понимала, что сегодня наступит развязка.
Она наблюдала, как Помощник вошёл в кабинет Арсения. Его обычно безупречный вид казался слегка растрёпанным, а в глазах читалось нервное возбуждение. Он предвкушал свой триумф, не зная, что Арсений уже всё выяснил.
Мария оставалась в гостиной, пытаясь отвлечься чтением, но каждое движение, каждый звук из кабинета заставляли её напрягаться. Спустя некоторое время она услышала приглушённые голоса, затем наступила тишина. Тревога нарастала.
Внезапно дверь кабинета распахнулась. На пороге стоял Арсений. Его лицо было бледным, но спокойным, почти безмятежным. Его взгляд встретился с взглядом Марии. В нём не было триумфа, лишь холодная, стальная решимость.
"Всё кончено," — произнёс он, его голос был глухим.
Мария посмотрела мимо него, в кабинет. Там было пусто. Помощника не было.
"Что... что ты сделал?" — спросила она, её голос дрожал.
Арсений вошёл в гостиную, закрывая за собой дверь. Он подошёл к бару и налил себе виски. "Он всё признал," — начал он, делая глоток. — "Каждый пункт, каждую сделку с Веденовым, каждое своё грязное дело. Он думал, что я слаб. Что мои чувства к тебе сделают меня уязвимым. Он был неправ."
"И... где он сейчас?" — сердце Марии сжалось. Она знала, на что способен Арсений.
Арсений повернулся к ней, его взгляд был прямым и безжалостным. "Он исчез, Мария. Навсегда. Как и положено предателю." В его голосе не было ни злорадства, ни сожаления. Только факт. "Никто не посмеет предавать моё доверие." В этот момент Марии стало очень страшно, ведь она сама вынашивала план побега, а это было равносильно предательству. "Никто не посмеет трогать моих людей. И никто не посмеет использовать тебя против меня."
Мария похолодела. Она представила себе худшее, но не стала спрашивать. Она знала, что ответ её только травмирует. Арсений всегда доводил свои дела до конца, и Помощник, осмелившийся играть в такую опасную игру, подписал себе приговор.
"Теперь... теперь мы займёмся Веденовым," — продолжил Арсений, и в его голосе прозвучало предвкушение битвы. — "Он сделал роковую ошибку, когда решил, что Женя и его мать станут его козырем."
Мария посмотрела на него. В его глазах горел тот же огонь, что и в тот день, когда она впервые увидела его ярость. Она боялась Арсения, но одновременно любила. И вдруг поняла, что, когда он такой, она до дрожи хочет его. "Я привезу их назад, Мария," — сказал он, его голос был твёрдым. — "Что бы это ни стоило. И Веденов заплатит за это."
Она чувствовала, что Арсений безжалостный, но ей хотелось ощутить свою власть над ним. Она сделала шаг к нему, и он удивлённо посмотрел. Она неловко, несмело поцеловала его. Он набросился на неё, его поцелуй был диким и страстным, но она остановила его.
"Не так..." — прошептала она. — "Я хочу... по-другому."
Он усмехнулся. В его глазах полыхал огонь. "Как, Машенька? Как ты хочешь?" — его голос был низким и хриплым. — "Сделай так, чтобы я захотел этого ещё сильнее."