58
Глава 58: Игра в жертву
Звуки разрушения в кабинете Арсения постепенно стихли, сменившись зловещей тишиной. Мария сидела на кровати, свернувшись в комочек, и её сердце бешено колотилось. Она слышала его гнев, его боль, его бессилие. Впервые за всё время, что она его знала, он был сломлен, и это зрелище заставило её принять решение. Неожиданно для себя, она почувствовала не только страх, но и жгучее, почти болезненное желание защитить его. Ей хотелось стать для него спасителем.
Её рука потянулась к разбитому телефону. Она нашла его среди осколков и, к своему удивлению, обнаружила, что сим-карта цела. Она вытащила её и вставила в свой старый телефон, который хранила на всякий случай. Номер Веденова, как она и ожидала, был в списке последних вызовов. Её пальцы дрожали, когда она набирала его.
— Передумал? — раздался в трубке хриплый голос.
— Это Мария, — её голос звучал тихо, но твёрдо.
— Что ж, какая приятная неожиданность, Машенька, — в голосе Веденова звучало злорадство. — Не могу поверить, что ты сама решила мне позвонить. Или ты уже устала от своего зверя?
Мария глубоко вздохнула, пытаясь унять дрожь. — Освободите его мать. И скажите, где я могу её забрать.
Веденов засмеялся. — Ты думаешь, что можешь диктовать мне условия? Ты думаешь, что ты настолько ценна? — он сделал паузу, и в его голосе появились сальные нотки. — Приезжай и докажи мне свою ценность, Машенька. Ты готова?
Мария почувствовала, как её щёки покрываются краской, но она не отступила. — Я готова на всё. В обмен на его мать. Я приду к вам. Я буду вашей заложницей.
— Моей заложницей? — Веденов усмехнулся. — Ты думаешь, что я буду держать тебя в подвале? Нет, Машенька, я буду держать тебя в своей постели. Ты этого ждешь?
Мария замерла. — Нет, — прошептала она, и эти слова дались ей с трудом.
— Ну приезжай, разберёмся, — Веденов усмехнулся и бросил трубку.
Она верила, что, принеся себя в жертву, она наконец-то сможет взять под контроль свою судьбу. Но на самом деле, это было лишь иллюзией. Её стремление "взять под контроль" ситуацию было результатом психологической травмы и эмоциональной зависимости от Арсения. Она не хотела быть игрушкой в руках мужчин. Она хотела быть спасителем. Но она подсознательно искала возможность быть нужной, ценной, даже если это означало приносить себя в жертву. Это был её способ справиться со своей собственной травмой и найти смысл в своей жизни, даже если этот смысл был извращён и опасен.
59
Глава 59: Ярость преданного зверя
Когда Мария исчезла, Арсений ещё не знал, что её уход был добровольным. Он метался по разгромленному кабинету, пытаясь дозвониться до своих людей, и его ярость была похожа на цунами, которое сметало всё на своём пути. Он думал, что Веденов похитил её, и это понимание заставляло его чувствовать себя бессильным и униженным.
Он наконец-то смог дозвониться до своего человека, но тот не знал, что произошло. Арсений, не слушая его, приказал ему найти Марию. "Найди её! Найди её, или я тебя убью!" — прокричал он в трубку, и его голос был похож на рычание зверя.
Его человек, испуганный его яростью, начал работать. И он нашёл. Он нашёл запись с камер видеонаблюдения, которая показывала, как Мария сама садится в машину Веденова. Он нашёл её телефон, который она оставила в особняке, и обнаружил, что она сама позвонила Веденову.
Когда Арсений получил эту информацию, он сломался. Его ярость, которая была направлена на Веденова, на мир, на себя, теперь была направлена на Марию. Он чувствовал себя преданным, униженным, опозоренным. Она, его Машенька, которую он любил, которую он защищал, которую он хотел сделать своей, ушла к его врагу.
Он закричал, его крик был настолько сильным, что, казалось, стены особняка задрожали. Он схватил со стола бутылку виски и начал пить её, как воду. Он не мог поверить. Он не мог понять. Почему? Почему она это сделала?
Он начал вспоминать их ночи, их разговоры, их смех. Он вспоминал, как она смотрела на него, как она прикасалась к нему. И каждый раз, когда он вспоминал, его ярость усиливалась. Он чувствовал себя идиотом, который поверил в её любовь.
Он упал на пол, обхватив голову руками. Он плакал. Он, Арсений, жестокий, беспощадный, хладнокровный, плакал. Он плакал не из-за того, что потерял её, а из-за того, что она предала его. Она предала его любовь, его доверие, его душу.
Он смотрел на разбитый телефон, на осколки стекла, на разбросанные книги. Это было отражение его души. Разбитой, сломленной, потерянной. Он больше не чувствовал ярости. Он чувствовал пустоту. Пустоту, которая была настолько огромной, что, казалось, она поглотит его.
Он остался один, в разгромленном кабинете, окружённый призраками своего прошлого. Он был сломлен, унижен и беспомощен.