Крэш ваэл дх-х-хойнеее… — вот так бы и прошипел ему в рожу, если бы он чуть пониже был. Говорит такие гадости ни в чем неповинному ботинку, по крайней мере, неэтично.
— Вы зря вернулись домой, принц, — наверное, ему казалось, что его голос слаще пения соловья. По мне, так ужаснее карканья ни одна ворона не воспроизведет! — Время, когда вы могли это сделать, давно прошло.
— Тебя спросить забыл, — процедил я сквозь зубы, оттолкнулся от пола связанными руками и сел, раскидав ноги в стороны. Хм, а они не знают разве, что я и ими тоже здорово махаться могу? Вам же хуже, ребята…
Их здесь было четверо: трое охранников, по совместительству грузчиком и носильщиков на полставки, и этот лощеный тип. На них — оружия с три средних склада, у него — лишь тонкая деревянная палочка и небольшой нож на поясе. Псих. Или на самом деле не темный, ибо у нас даже дети знают, что без нормального оружия не то что из дому, из кровати вылезать нельзя. Да и ложиться тоже, к кому бы то ни было.
— Ты куда мой Алие-Дхе Джайна дел, придурок?
Он легко замахнулся и рассек мне щеку своим прутиком. В ответ я подскочил и вдарил ему в челюсть, как и хотел, обитым железом носком сапога. Как он живописно задрал ноги кверху!
Я как раз успел обернуться, чтобы встретить трех телохранителей лицо к лицу. Мой окал их, по-видимому, напугал довольно сильно, потому что первый из них затормозил, и тут же получил ребром ладони по шее и согнулся пополам. Я от души добавил ему коленом в живот. Спасаясь от оставшихся двух, пока жертва моих острых и худых коленок еще не завалилась на пол, я перепрыгнул через него, как через козла. То есть, он и в реале козел, но я имел в виду спортивный снаряд.
Не думаю, что вы нуждаетесь в подробном описании всех финтов и выкрутасов, что я сотворил, гораздо интереснее то, что делал блондинчик. А он, зараза, в это время поднялся на ноги, утер белоснежным рукавом кровь с разбитой губы, довольно резво подбежал в угол и нажал ногой в полу какую-то определенную плитку. Тут же с тихим шорканьем часть пола, по счастью, в дальнем от меня угле разъехалась в стороны. Блондинчик поспешил туда.
В круглом огромном бассейне вровень с краями деревянной внутренней обшивки не плескалась, а лежала прозрачная гелеобразная масса. Блондинчик поспешил к концу наших разборок.
Второму охраннику я в мясо расколотил лицо, и поломал несколько ребер, а вот третьему не повезло совсем. Я его лягнул так, что тот полетел в сторону открытого колодца и ухнул туда. Раздался жуткий вопль, от водной глади, на которой даже круги не расходились, пошел пар. У меня мурашки прошли по коже, ноги сразу стали ватными, сердце бешено застучало, крича "Не хочу останавливаться!".
Я понял, где мы находились, что это за круглая комната с мягким зеленоватым цветом без намека на какую-либо мебель, но с огромным бассейном на половину пола. И что это за жидкость в нем плещется, в деревянной обшивке, и это была далеко не вода.
У Дроу нет кладбищ, и погребальный обряд довольно странен для других рас. Как и Черные, мы считаем, что занимать под такое дело территорию — полная фигня. К тому же, в стране, где любой владеет навыками неромагии, это небезопасно и очень соблазнительно. Поэтому трупы утилизируются так, чтобы от них даже пепла не осталось, как при кремации, которую почему-то так любят дриады и гномы.
Мы закупаем и производим столько масла лэнья в год, сколько производят и покупают другие страны во всем мире вместе взятые. Только этим товаром мы обмениваемся с темными эльфами в обмен драгоценные камни и прочая. И только мы вообще с ними торгуем.
Лэнья можно обозвать другим словом, только одним, — смерть. Эта кислота даже в малой концентрации сжигает все, что попадется у нее на пути, кроме дерева одной редкой породы. Дриады сколотили состояние на экспорте его древесины, ибо, несмотря на опасность и редкость лэнья, оно очень популярно.
Используя специальные добавки, можно придавать ему иные свойства, так как например эссенция камелии делает его потрясающим инструментом в огранке драгоценных камней. Лэнья нашла применение везде, куда ни посмотри, но только в одном она не годится — нет такого реагента, который бы позволил нанести её на стальное оружие так, чтобы она не потеряла своих убийственных свойств.