- Я буду здесь, - прошептал юноша. Еще раз посмотрел на Розу и отступил в сторону. И весь тот бархатный свет, что был вокруг него, ушел вместе с ним. И когда он скрылся за дверями библиотеки, девушка ощутила, что уже скучает по нему так сильно, что непонятно, как столько времени она могла сомневаться. Зачем она так упрямо пыталась склеить то, что уже разбито между ней и Дилом? Того не вернуть. Потому что она не хочет.
Назад в гостиную Роза буквально летела. Ей бы метлу, чтобы домчаться еще быстрее. И она больше не боялась разговора с Дилом, который причинит им обоим боль. Потому что знала, что за этой болью ее ждет Оливер.
- Эй, Сэм, ты не видела Дила? – будто ураган подлетела к подруге Уизли. Саманта подняла голову и ахнула:
- Что с тобой, Рози? Ты горишь, будто сотни две костров.
- Просто скажи, где он?
- Да не знаю я. Не слежу ведь за твоим парнем.
- Он вроде болтал со своим Микки, - подала голос занявшая соседнее кресло Мэри. И начала говорить что-то еще, но Роза уже не слушала. Пораженная собственной решительностью, она развернулась на каблуках в поисках младшего Джексона. И почти сразу увидела его в окружении Лили, Хьюго и Уолли.
- Микки, привет, - подлетела Роза к третьекурсникам. – И вам всем привет. Слушай, где твой брат, мне надо поговорить с ним?
Микки посмотрел на нее, и сердце Розы вдруг остановилось. Потому что в этих голубых как у Дила глазах была такая печаль, что мурашки прошлись по спине.
- Он у себя, - тихо ответил мальчик и отвернулся. Лили укоризненно уставилась на Розу, и та не стала допытываться, что случилось. Может, дело в учебе. Наверняка, да. В чем же еще? В любом случае, у Микки есть друзья, которые его поддержат, и всё это не её дело. Два разговора по душам она точно бы не потянула. И сейчас её ждёт самый тяжелый из всех – она скажет Дилу, что им нужно расстаться. Что он и сам это чувствует. Нужно только не растерять свою решимость. Потому что язык уже начал неметь, не желая произносить столь трудные и тяжелые слова.
Бегом Роза поднялась по лестнице, ведущей в комнаты мальчиков, и стремительно толкнула дверь. Пока вновь не начала сомневаться.
В спальне было темно и холодно. В открытое окно попадал снег. Но Роза знала, что Дил здесь. Она увидела его размытый силуэт среди сумрачных теней на постели.
- Дил? – осторожно позвала она, ощущая, как сердце сжимается от нехорошего предчувствия. И, нашарив рукой выключатель на стене, зажгла свет.
Дилан лежал на своей кровати, свернувшись калачиком, спиной к дверям, и даже не оглянулся. В распахнутое окно врывался ветер, и парень чуть заметно дрожал от холода, но даже не подумал прикрыться одеялом. Будто ему нравился мороз, но Роза знала, что это не так. Её Дил любил лето.
- Ты с ума сошел?! – воскликнула она и подбежала к окну. Быстро захлопнула его и заперла, чтобы ветер не смог его распахнуть. – Заболеть решил?
Она обернулась, готовая произнести длинную гневную тираду о таком беспечном отношении к своему здоровью, но слова вдруг застряли в горле острыми камнями.
Дил лежал с совершенно серым лицом и пустотой в открытых глазах. И только часто-часто поднимающаяся и опускающаяся грудь свидетельствовала о том, что он жив.
- Дил, - предчувствие страшного, что зародилось еще при взгляде на Микки, вдруг начало расти с бешеной скоростью. Роза опустилась на корточки рядом с кроватью и заглянула в лицо парня.
- Дил, что с тобой? – встревоженно спросила она. Юноша не отреагировал, словно не слышал. И только теперь Роза увидела, как опухли его веки, и не до конца прошла краснота.
- Дилан.
Она протянула руку и пальцами провела по его волосам. Погладила. И только на это движение Дил среагировал. Словно очнулся и впервые увидел, что не один.
- Роза, - выдохнул он. Лицо его скривилось, будто он вновь собирался заплакать, но сдержался.
- Что случилось? – Роза продолжала поглаживать его волосы, надеясь, что это подтолкнет парня к продолжению разговора. Она никогда прежде не видела его таким разбитым. И это было больно.
- Моя бабушка, - Дил не выдержал и всхлипнул. – Она в больнице.
- О Господи, - Роза прижала вторую ладонь к губам. – Но она в порядке?
- Сейчас ей лучше, но она чуть не умерла. Она ведь старая, и у нее куча болезней, и я не думаю, что она… – Дил закрыл глаза, и по щекам его заскользили слёзы. – Если и она умрет, кто у меня останется?
Дил порывисто сел и закрыл лицо руками. А Роза вдруг поняла, что тоже плачет. Она ощутила всю ту боль и страх, что сейчас захватили ее парня, это чувство приближающейся потери и одиночества.
- Эй, Дил, - она по-прежнему стояла на коленях на полу и обеими руками обхватила его голову, заставив поднять лицо и посмотреть на себя. – Не говори так. Она не умрет. Этого не случится.
- Как не умерла мама? – эта неприкрытая отчаянная боль разрывала Розе сердце. – Или папа? Она знает, что это скоро произойдет. Как знаю и я, и даже Микки. И когда ее не станет, что тогда? Что, Роза? Она – моя семья. Всё, что у меня осталось. И когда её не… Я останусь совсем один. Что мне тогда делать?
- Нет, нет, Дил, не говори так, - зашептала Роза, продолжая судорожными ласкающими движениями потирать его голову и шею. – Пожалуйста. У тебя будет Микки. И Джеймс. …И я.
Она не смогла всё закончить сейчас. Не тогда, когда Дилу было так больно, страшно и плохо. Она подождет. Но сейчас она нужна ему, как никогда прежде. И она не может его оставить.
Дил посмотрел на нее красными влажными глазами.
- Правда? – тихо, будто не веря, переспросил он. Роза подумала об Оливере, о том, что уже сегодня могла бы ворваться в библиотеку и не говоря ни слова поцеловать его, и кивнула, со сжатым сердцем:
- Правда.
И быстро прижалась своими губами к его. Чтобы не передумать. Потому что это правильно. А Роза Уизли всегда поступает правильно. Поцелуй вышел недолгим, и вскоре они просто замерли в руках друг друга, и девушка чувствовала, как становится сырым ее плечо от слез Дилана и старалась игнорировать какое-то внезапно возникшее чувство тревоги в груди, точно не имевшее отношения к обнимавшему ее парню.
========== 33. Его самая большая потеря. ==========
Оливер не лгал. Он действительно пришел в библиотеку за книгой по нумерологии. Только за этим. Всё остальное случилось совершенно спонтанно.
Он нашел нужный учебник и с удобством расположился за одним из столов, стараясь сосредоточиться на учебе, а не на Розе Уизли. Стоит признать, у него это почти получалось. Но мысли его возвращались к девушке снова и снова. И почему-то ему казалось, что у них есть шанс. Потому что в ее глаза он увидел то же, что чувствовал сам. Есть ли возможность, что Джеймс не прав, и Роза может бросить Дила?
Джеймс.
Оливер невольно бросил взгляд на пустующий стул напротив. Когда он успел так привыкнуть к назойливому Поттеру, что сейчас ему не хватало его болтовни и театральных вздохов? Это глупо.
И он вернулся к нумерологии. Но без голоса Джеймса на фоне и символы искались тяжело, и уроки делались точно так же. Вот же черт.
Оливер бросил взгляд на дверь. Он хотел, чтобы Роза вернулась. Она ведь сказала, что вернётся, и разве у него был повод ей не верить? В ее глазах те десять минут назад, когда они столкнулись, он увидел что-то такое новое, что кружило ему голову. Может, это была возможность, что у них двоих что-то есть. Уже есть. И будет, если только Роза захочет. Оливер дал ей это понять.
«Всё в твоих руках, Роза. Просто скажи, и я твой. Или же нет, и я не стану разрушать то, что у тебя с Джексоном».
Может, ему и почудилось, но она хотела сказать «да».
И вдруг это случилось.
Он услышал. Тихий шепот, похожий на шипение змей. Бормотанье, ворчливое, угрожающее. Не разобрать отдельных слов. Только голос. Темный. Манящий. Ледяной.
Время остановилось. Воздух застыл. Оливер медленно, словно под заклинанием, повернул голову на звук. И увидел ее. Сразу понял, что шептала она. Небольшая книга средней толщины в кожаной мягкой обложке грязно-бурого цвета. Ее нес под мышкой какой-то семикурсник, явно изучающий дополнительно Защиту от Темных искусств, чтобы стать мракоборцем. И книга в его руках яростно шипела, но он не мог ее слышать.