- Ладно, - наконец, сухо ответила Макгонагал. – Ваша мать уже связывалась со мной, мисс Уизли. Я отпускаю вас под ее ответственность, надеюсь, вы в полной мере понимаете сделанное для вас исключение. Мистер Сноу не является вашим родственником, и вы планируете пропустить целый учебный день, когда предрождественские зачеты буквально на носу. Особенно, это должно заботить вас, мисс Уизли, вам через полгода сдавать СОВ, если вы еще не забыли.
Роза бы скорее не вспомнила своё имя, чем про годовые экзамены. Джеймс удержал фырканье от этой мысли. И открыл глаза. На секунду перед взором проплыли хаотично разноцветные круги, похожие на те, что бывают от бензина на воде. Юноша моргнул, и всё прошло.
Сейчас ему как никогда была нужна хотя бы одна победа. И она только что случилась. Профессор Макгонагал уступила их просьбе. Поблагодарив её, Роза и Джеймс вместе вышли из кабинета и направились в гостиную своего факультета.
- Нужно срочно послать письмо маме, чтобы она забрала нас завтра утром, - произнесла Уизли. Её яркие рыжие волосы, всегда напоминающие огонь и излучавшие тепло и радость, сейчас, собранные в узел на затылке, словно поникли и даже потеряли пару тонов цвета. И на лице едва ли время от времени мелькала тень усталой улыбки.
- Да, - кивнул Джеймс, бросая на девушку мимолетный взгляд. И добавил, с легкой неуверенностью. – Э… Роза.
- Что?
- Мия тоже поедет с нами.
- Ладно.
- И Дил.
- Ладно.
Джеймс ни разу не спросил у сестры, что происходит между ней и Джексоном сейчас, хотя безумно хотел знать. Но что-то удерживало его каждый раз. Быть может, неуверенность в том, что ответ его устроит.
Сейчас же он ожидал, что Роза хотя бы спросит, зачем ехать в больницу всей толпой, но она ничего больше не сказала. Видимо ей, как и Джеймсу, было всё понятно. Мия была очень близка с Оливером, все они это знали, так что ничего необычного в её желании навестить друга. Между Грейс и Сноу существовала какая-то особая связь, которую никто из посторонних не мог объяснить, да и сами они не вносили ясности. Ну, а Дил, что бы там ни было, еще боролся за свои отношения с Розой и сдаваться не собирался.
Если с Уизли Джеймс не говорил об этом, то Дилан буквально не замолкал, когда оставался наедине с другом – говорил о своих переживаниях и чувствах, о том, что не сможет, если потеряет девушку, искал совета. Но что здесь можно было предложить? Как помочь?
Джеймс с грустью вспоминал то время, когда иногда эгоистично желал, чтобы Дил и Роза расстались, потому что рядом с ними он чувствовал себя лишним, хотя прежде был лишь он и его лучший друг. Сейчас это осталось в прошлом. Джеймс больше не думал так даже в самых темных и тайных уголках души. Сейчас он бы предпочел, чтобы отношения Уизли и Джексона не заканчивались. Потому что это делало Дила счастливым. А еще, возможно, потому что он сам больше не нуждался во внимании Дила так сильно, как прежде. Просто перерос это. Или изменилось что-то еще? Может, дело в том, что у него самого появилась девушка? Или Оливер? Черт. Джеймс не знал и копаться в себе ради выяснения этого точно не собирался.
В общей гостиной было шумно, весело и пахло серой. Фиолетовый дым от разорвавшейся волшебной петарды еще мерцал под потолком подобно грозовым облакам. Джеймс рухнул в ближайшее свободное кресло и откинул голову на спинку, вдыхая этот запах. И тут к нему подошла Лили.
- Привет, - не поднимая головы, улыбнулся ей Джеймс. – Как ваши поиски потайных ходов? Есть успехи?
- Нет, - вздохнула девочка. Тогда Поттер протянул руку и легонько ткнул ее в предплечье.
- Дать подсказку?
- Вот еще! – сразу же отмахнулась Лили. – Мы сами справимся.
- Но если передумаешь…
- Ладно.
Лили ярко улыбнулась. Джеймс поднял голову и только тут заметил в руках девочки большой толстый альбом в красивой ало-золотой обложке.
- Хочешь посмотреть наши колдографии? – тихо спросила Лили. И юноша ощутил, как по телу его разливается нежное мягкое тепло, заслоняющее собой боль. Нет, та никуда не делась, но будто стала не так слышна за этим бархатным солнечным чувством.
- Соскучилась по дому? – ласковая улыбка затронула глаза и губы. И Лили кивнула.
- Немного.
Джеймс пододвинулся в кресле и хлопнул ладошкой рядом с собой. Девочка тотчас притиснулась рядом и положила семейный альбом им обоим на колени.
И это оказалось именно тем, что ему было нужно. Тревога и волнения измучили его, но тепло семьи помогало отдохнуть. Чуть приобняв сестру, Джеймс склонил голову и принялся рассматривать снимки. На самых первых улыбались совсем молодые Гарри и Джинни. А вот на руках миссис Поттер среди кучи пеленок, был сам Джеймс. Только увидевший этот свет. И чем дальше Лили листала, тем старше становился этот малыш. Вот он ползал около собаки, вот летал на первой метле, радостно хлопая в ладошки, вот дергал за волосы отца и дрался с кузенами.
А потом появился еще один малыш. И сердце Джеймса ощутило новый прилив нежности. Альбус. Его Альбус. И как никогда прежде сейчас Джеймс пожалел, что Ал не с ними.
Мальчики росли. Всё чаще на снимках с ними стала появляться Рози.
А потом родилась Лили. Маленькая рыжая девочка. Похожая на солнышко, внезапно оказавшееся в руках. Счастливые родители. Веселые малыши братья.
И с каждой колдографии сияли улыбки и беззвучный смех. Моменты счастья, замершие в живых картинках. Что будут такими же и через много-много лет. И даже после.
- О, а это мой День Рождения, - потянула Лили с улыбкой и ткнула пальцем в очередной снимок. – Хьюго бросил в меня жевательными червяками, смотри, одного даже видно в волосах.
Джеймс помнил тот день. Сестренке исполнилось четыре. Ей было весело, она смеялась и радовалась куче подарков. А сам Джеймс тогда подрался с Доминик, потому что она задразнила его «Джимми». Каким же глупым это казалось сейчас.
«Для тебя Джимми – тот малыш, который нуждается в защите, потому что сам слишком мелкий и пухлый для этого?» - прозвучал в голове веселый живой голос Оливера.
Да. Да, для него это было так все эти годы. Но больше нет. Теперь Джимми это тот, кого зовёт Оливер.
Если бы кто-то однажды сказал Джеймсу, что он будет отчаянно желать вновь услышать это прозвище, что он будет скучать по нему, он бы не поверил и рассмеялся в лицо тому, кто выдвинул такое предположение. Но вот сейчас именно это и происходило.
Он так хотел, чтобы среди тысяч голосов один-единственный сказал с тихой улыбкой «Джимми». И он бы услышал, как бы далеко ни был. Несмотря ни на что.
Ощутив, как дрожат пальцы, Джеймс отвернулся, надеясь скрыть внезапные чувства. И чтобы хоть как-то выплеснуть их, положил руку на плечо Лили, притянул ее к себе и, не говоря ни слова, уткнулся губами в ее рыжие волосы. Пряча свои тихие рваные выдохи. И, кажется, его маленькая сестренка поняла что-то важное, потому что не стала ничего спрашивать, а лишь прижалась сильнее к нему в ответ, как котенок, позволяя почувствовать себя дома.
***
Объятия с мамой были короткими, но такими нужными. Роза столько хотела ей рассказать, но не сейчас. Позже. У них будет время для длинных сложных разговоров. Сейчас же ей хотелось скорее отправиться в больницу Святого Мунго.
Это была идея Джеймса, но Роза сразу же ее поддержала. Им нужно было навестить Оливера. А ждать до выходных казалось невозможным. Сколько уже прошло? Неделя? Оливер потерял сознание в прошлый четверг вечером. И вот сейчас снова четверг.
Мама забрала их сразу после завтрака. И лишь с улыбкой высказала удивление, заметив кроме дочери и племянника еще двоих учеников, но выспрашивать ничего не стала. За это Роза любила ее еще сильнее. То, что мама ей доверяла. Она не требовала ответа, не пыталась контролировать, лишь спросила тихим ласковым голосом:
- Это правда так важно для тебя?
И когда Роза ответила «да» её мама лишь кивнула и вновь улыбнулась, всё понимая.
В больнице Святого Мунго Роза была лишь однажды – когда вместе с многочисленными кузенами, возглавляемыми дядей Перси, навещали там дядю Чарли. Но это было так давно, что она едва ли помнила хоть что-то, кроме основных черт.